Лия

Четверг день уборки всей квартиры. Кое-кто вчера слишком буянил, что от квартиры осталось только одно название. Проснулась я рано, в медвежьих объятьях Вела. Солнце яркими лучами освещало комнату, и вставать совсем не хотелось. Переборов саму себя, все же освобождаюсь от цепких рук парня и плетусь в ванную. Мой внешний вид оставляет желать лучшего. Привожу себя в порядок, красуюсь возле зеркала, а затем иду в гостиную. М-да, и как мне это все убирать? Разбросанные вещи Вела валяются в разных углах, перевернутый журнальный столик и куча бутылок из-под алкоголя.

Диван испачкан ярко-желтой жидкостью, которая успела засохнуть. На углу кожаного дивана стояла пепельница, а в ней недокуренные несколько сигарет. До сих пор ощущаю их противный запах. Брезгливо беру стеклянную пепельницу в руку, выкидываю все в чистый пакет, который отправится в мусоропровод. Сгребаю руками весь оставшийся хлам в пакет, ставлю в угол комнаты. Поднимаю подушки с пола, аккуратно кладу их на место. Одежда Паши отправляется в стиральную машинку. Нужно успеть и белье развесить...

Переворачиваю журнальный столик в прежнее положение, меняю постельное белье на диване. В кладовой нахожу швабру с ведром. Мою полы в гостиной, тщательно вытираю засохшую и липкую слизь. Вот какого хрена это делаю я? Самодовольно вглядываюсь в чистую комнату, которую убрала за минут двадцать. Теперь все блестит и выглядит уютно. Но радоваться долго не приходится, ведь я вспоминаю про кухню. Солнце слепит мне глаза, прикрываюсь ладонью и осматриваю «территорию». Ну и срач! Вел — мастер наводить беспорядок!

Ладно осколки посуды, но как быть с холодильником? Он знатно пострадал... А хотя, пускай с этим разбирается Вел, а не я. Упираю руки в бока, с минуту стою в одном положении, а затем нагибаюсь убрать осколки. Их тут, кстати, очень много. И есть шанс того, что я могу легко пораниться. Убирать стекла оказалось труднее, чем я думала. Но зато и кухня была в отличном состоянии. Благо я делала все аккуратно, и не поранилась острым краем стекол. Мусорный мешок ставлю возле входа, швабру с ведром убираю в кладовую. Белье успело постираться как раз вовремя.

Развесив вещи парня, обратно ухожу на кухню. Горячий чай бы сейчас не помешал точно. Завариваю не только себе, но и Паше. Делаю простые бутерброды с колбасой и зеленью, ставлю на стол. Открываю окно на распашку, дабы проветрить навязчивый запах хлорки. Направляюсь в комнату к Велу. Леснов мирно спит, даже не подозревая о вчерашнем дне. Интересно, он помнит эту ночь? Бурные поцелуи, интимные прикосновения. Нет, секса у нас не было. Но целовались мы как влюбленные сумасшедшие, хотя не должны были такого допускать. Мы всего лишь соседи. Между нами быть ничего не может.

Глажу по темно-русым волосам парня, умиляясь с того, как мило дрожат его ресницы. Брови нахмурены, а мягкие губы приоткрыты. Сама не понимаю, что делаю, но целую Вела в лоб, оставляя влажный поцелуй. Он слегка приоткрывает один глаз, уголки его губ трогаются в полу-улыбке. Я смущенно отдаю ему ответную улыбку. Парень приподнимается на локтях, внимательно рассматривает меня. Светло-зеленые глаза, в которых полно добра и нежности, сейчас светятся для меня. Не могу сказать того же про свои глаза, но они тоже безумно рады видеть его физиономию.

— Красивые, — хриплым голосом говорит он. — Что? — рассеянно отвечаю я, задумавшись. — Глаза красивые у тебя, Каштанка. Они как лагуна, утягивают за собой на дно. — Разве это плохо? — Это превосходно, Ляль. Тону в твоих глазах, детка, — подмигивает он, вставая с кровати.

Я сижу одна в комнате, невольно касаюсь своего лица. Это первый комплимент парня про мои глаза, кроме родителей и Сани, конечно. Но все равно приятно слушать про себя приятные вещи. «Они как лагуна, утягивают за собой на дно». Странно, ведь мне всегда казалось, что у меня самые обычные голубые глаза. Таких глаз, как у меня, куча у разных людей. А может, и не у всех? Перестаю витать в своих мыслях и следом за парнем выхожу из комнаты. Слышу звук льющейся воды. Интересно, а какой он там? Так, стоп, Лиля, о чем ты думаешь?! Просто пройди мимо.

Легонько бью себя по щекам, выдыхаю и ковыляю до кухни. Нужно просто спокойно позавтракать, без всяких глупостей в голове! Но как быть, если Вел заставляет меня думать об этом? Как ему это удается? Вот же гад, но красивый до безумия...

***

Сижу на кровати и просто бездельничаю. По поводу вчерашнего, кстати, Вел решил оставить на вечер. Сказал, что пойдем в специальное место. А я согласилась, а то мало ли опять что-то в квартире разнесет. Я уже не знаю, как себя развлечь, честное слово! Я и в комнате убралась, почитала книгу, которую советовала мне Саня, оделась и накрасилась, чтобы быть готовой куда-то идти. Мы с Пашей больше не разговаривали. И это показалось мне странным. Мне не хватает его присутствия, и это меня ужаснуло. Обычно, я плевать на него хотела, а сейчас что?..

Телефон неожиданно завибрировал у меня под ухом. Подрываюсь с подушки, ударившись локтем об тумбочку. Прошипев нецензурные слова себе под нос, беру в руки телефон. Звонила Сашка, я напряглась. Подруга звонит только тогда, когда что-то случается, именно проблемы масштабного размера. Бегунок на экране айфона провожу вправо, отвечая на звонок. Подношу телефон к уху и слышу судорожное дыхание подруги, словно, она из-за чего-то переживает.

— Саня, алло, ты слышишь меня? У тебя все в порядке? — Это просто трындец, Лил! — вопит она, пугая меня еще больше. — Что случилось-то?! — выпаливаю я, вставая с постели. — Это видеть надо, подруга... Дуй быстрее сюда. Бегом!

Сбрасываю звонок, подхожу к зеркалу и поправляю волосы. Выхожу из комнаты и тут же вскрикиваю. Я случайно наступила на пушистый хвост Биника. Ударившись плечом об полку, прикусила язык от неприятной боли. Да что за невезение? Постоянно, когда я выхожу куда-то из комнаты, вечно что-то происходит. И именно со мной! Почему не с Пашей, например? Двигаюсь к входной двери, проходя мимо гостиной, где сидел парень. Он внимательно уставился на меня, а затем с усмешкой спросил:

— Ты почему над рыжим издеваешься, Каштанка? — Не до смеха сейчас, Вел! — пыхтя над кроссовками, говорю я. — А что случилось? — насторожился он.— У Сашки что-то случилось, вроде как, «трындец полный», — почти похоже цитирую слова подруги, — пошли со мной, пожалуйста!

Без лишних слов парень встает с дивана, обувается в два счета и выходит из квартиры. До двери Сани идти несколько секунд, стучусь в дверь подруги, а за ней доносится высокий голос Устименко, которая разрешает войти. Мы оба входим в ее хоромы, держась за руки. И я не сразу заметила это, только после того, как Саня многозначительно уставилась на наши сплетенные пальцы. Словно ужаленная, выдергиваю свою руку и подбегаю к девчонке. Крепко обнимаю, вдыхая знакомый запах сирени и утренней росы.

Отстраняюсь от подруги, внимательно осматриваю ее, замечаю засохшую кровь на ее руках. Напрягаюсь и с подозрением смотрю на Саню. Что за чертовщина? Чувствую, как по спине пробегает волна мурашек.

— Как это произошло? — севшим голосом спрашиваю я. — Все случилось слишком быстро. Парень помог мне спастись от вора с ножом, а сам же и пострадал хуже меня, — сбивчиво поясняла она, то и делая, что оглядывалась куда-то за спину себе. — Вот только кровь остановила, рана страшная. И он, кажется, без сознания...

Паша отодвигает нас в сторону и проходит к парню. Присаживается возле него и дотрагивается до шеи, проверяя пульс. Держусь за ледяные пальцы подруги, которая испуганно смотрит по сторонам. Темноволосый парниша лежал на полу, облокотившись на стену. Вел перекинул его руку на плечо и осторожно поднял на ноги. Послышались сдавленные стоны и хрипение, видимо, знатно досталось спасителю Сашки. Никак не задев раненого, уложил на кровать Устименко. Ее глаза полны ужаса и растерянности. Я ее понимаю, так же смотрела на Вела, когда впервые увидела его.

— Скорую не будешь вызывать? — осведомился Павел, подняв одну бровь. — Он попросил меня этого не делать, — она громко сглотнула, — незадолго как потерял сознание. — Ясно, — безразлично ответил он, — раны каждый час обрабатывай. И лучше ее зашить, иначе она так не заживет. — Но... я не умею! — беспомощно созналась она, смахивая слезы. — Лил, что делать? — Если хочешь сохранить ему жизнь — вызови скорую, не иди на уступки. — Ладно...

Мы переглянулись с Велом, а затем пошли на выход. Немного поболтали с Саней, чтобы та чуть-чуть, но успокоилась. Паша по пунктам рассказал ей, как и что делать, если рана начнет кровоточить. И дальше по списку. Я особо не вслушивалась, а смотрела на бледного парня, который во сне хмурил брови и что-то бормотал себе под нос. Вот угораздило же! И Сашке не повезло, и этому типу. Думаю, они справятся. Устименко стойкая и бойкая девушка, каждого на месте закопает. Но это я так, блефую.

«Сумасшедшая брюнетка» (по словам Паши, как он называет мою подругу) проводила нас до двери, сухо попрощалась и заперла дверь. Ну и денек, конечно. Столько эмоций испытать за несколько дней — нужно обладать стальными нервами. Настроение снова пропало, ведь за весь день толком не поговорили с Лесновым. Хотя он обещал! И да, уже, если что, наступил вечер! Но Вел, словно прочитав мои мысли, тихо сообщил:

— Ты готова? — К чему? — отозвалась звонко я. — Забавная, — усмехнулся он, — к романтическому вечеру. — К разговору, что ли? — Бинго! — он всплеснул руками, открывая дверь в квартиру. — Так что, каков твой ответ, Каштанка? — Спрашиваешь? Конечно, да.— Окей. Через час я загляну к тебе.

На этом мы разошлись в разные комнаты. Но когда оба шли на кухню, столкнулись плечами. Вел странно-заинтересованно взглянул на меня и его глаза жутко блеснули. Черт! Снова этот взгляд... От которого мурашки по коже. От которого сердце стучит как сумасшедшее. При одном только контакте с ним, мне хочется забыть обо всем на свете. Как это называют, любовь?..