Глава 11 Бриллиантовая бойня: возвращение из пепла

Когда Битва трёх королей закончилась и Вейлон был объявлен мёртвым, а его дракон Валерион повержен, Райен и его союзники вздохнули с облегчением, уверенные, что война окончена. Наместники, которые поддерживали Вейлона, один за другим приносили клятвы верности новому королю, а армия Райена праздновала победу, пируя в лагерях и сжигая тела павших. Казалось, что Бриллиантовая Бойня завершилась, и Вейрос наконец обретёт мир под властью законного наследника. Но они ошибались. Вейлон был живуч, как старый дракон, и его ненависть была сильнее смерти. В глубокой тайне, вдали от глаз победителей, он готовил свой последний, самый жестокий удар.В ту ночь, когда Райен вернулся в Золотой дворец, чтобы готовиться к своей коронации, его разведчики принесли тревожные вести: на юге, у границ Южных Равнин, появилась огромная армия, которая двигалась к столице с невероятной скоростью. Это были остатки армии Вейлона, которые не сдались после битвы, а укрылись в горах и лесах, ожидая приказа своего повелителя. Они были вооружены до зубов и горели жаждой мести, а их знамёна с чёрным драконом развевались на ветру, словно насмешка над победителями. Райен не колебался ни мгновения: он приказал своей армии готовиться к обороне, а сам вскочил на Серебряного Огня и вылетел из столицы, чтобы встретить врага в открытом поле и разбить его раз и навсегда.Когда Серебряный Огонь появился над полем битвы, армия Райена уже вступила в кровавую схватку с врагом, и земля была покрыта телами павших, а воздух наполнился звоном мечей и криками умирающих. Райен обрушил на врага потоки пламени, сжигая целые отряды вражеских солдат, которые разбегались в ужасе, пытаясь укрыться от огня. Казалось, что победа снова будет за ним, и он уже предвкушал триумф, когда произошло нечто, что заставило его кровь застыть в жилах. Из-за облаков, словно призрак из мёртвых, вынырнул огромный чёрный дракон, и его чешуя сверкала в лучах заходящего солнца, а глаза горели расплавленным золотом. Это был Валерион — тот самый дракон, который, по всеобщему убеждению, был мёртв, раздавлен в падении во время Битвы трёх королей. Но он был жив, более того, на его спине сидел человек, которого Райен видел в последний раз лежащим с переломанными костями на поле битвы. Это был Вейлон — живой, невредимый, с торжествующей улыбкой на губах и мечом в руке, готовый к последней битве.Райен не мог поверить своим глазам. Он видел, как Валерион рухнул на землю, как Вейлон вылетел из седла и разбился о камни. Он видел его тело, сломанное и беспомощное, и был уверен, что узурпатор мёртв. Но теперь он понял, что его жестоко обманули. Вейлон подменил себя на похожего человека, который носил его доспехи и сидел на его драконе, чтобы сыграть роль мёртвого короля. Валерион, этот хитрый и умный зверь, сыграл свою роль как настоящий актёр: он упал на землю, издал предсмертный хрип, закрыл глаза и притворился мёртвым, чтобы все поверили в гибель его наездника. Вейлон же в это время скрывался в горах, собирая свою армию и готовясь к последнему удару, который должен был навсегда уничтожить Райена и его союзников.«Ты думал, что победил, племянник? — закричал Вейлон, и его голос разносился над полем битвы, заглушая шум сражения. — Ты слишком наивен, чтобы править Вейросом! Ты думал, что я позволю какому-то полукровке занять трон, который принадлежит мне по праву? Сегодня ты умрёшь, и твоя жена будет умолять меня о пощаде, как умоляла её мать, когда я перерезал ей горло!»Райен зарычал от ярости, и Серебряный Огонь взмыл вверх, чтобы встретить Валериона в смертельной схватке. Два дракона столкнулись в небе с такой силой, что земля под ними содрогнулась, а их крики разнеслись по всей равнине, заставляя солдат внизу замирать в ужасе. Валерион был старше, больше и сильнее, чем Серебряный Огонь, и он обрушил на своего противника всю свою мощь, раздирая его чешую когтями и изрыгая потоки пламени, которые прожигали кожу дракона до костей. Серебряный Огонь отчаянно пытался защищаться, уклоняясь от атак и нанося ответные удары, но Валерион был слишком силён — он вцепился в шею Серебряного Огня, вонзив в неё свои длинные, острые клыки, и рванул так сильно, что кровь хлынула ручьём, заливая чешую серебристого дракона.Серебряный Огонь закричал так пронзительно, что этот крик эхом разнёсся по всей равнине, и Райен почувствовал, как дракон под ним начинает терять высоту. Он пытался удержать его, направить вверх, но раны были слишком серьёзны, и Серебряный Огонь, обессиленный и истекающий кровью, рухнул на землю с глухим грохотом, поднимая облако пыли и камней. Райен вылетел из седла, но ему повезло — он упал в густую траву, которая смягчила его падение, и хотя его доспехи были помяты, а дыхание сбилось, он остался цел и невредим, если не считать нескольких царапин и ушибов.Он поднялся на ноги, глядя на своего дракона, который лежал на боку, тяжело дыша, его чешуя была изодрана, а из ран текла кровь, смешиваясь с грязью. Серебряный Огонь смотрел на своего наездника глазами, полными боли и любви, и Райен подбежал к нему, прижимаясь к его голове и шепча: «Ты выживешь, слышишь? Ты выживешь, мой верный друг. Я не позволю тебе умереть». Валерион тем временем кружил над ними, издавая торжествующие крики, словно насмехаясь над побеждённым врагом, и Вейлон на его спине смеялся громко и злорадно, уверенный в своей окончательной победе.«Видишь, племянник? — закричал Вейлон, и его голос был полон яда. — Твой дракон повержен, твоя армия разбита, и ты стоишь передо мной на коленях, как побитый пёс. Признай своё поражение, и я, возможно, буду милостив. Я отправлю тебя в изгнание, как твой отец отправил моих союзников. Я позволю тебе дожить до старости в нищете, зная, что я сижу на Бриллиантовом троне, а твоя жена носит моих наследников!»Но Райен не сдался. Он поднял голову, и в его глазах горел тот же огонь, который помог ему выжить в Битве трёх королей. Он знал, что не может победить Вейлона в открытом бою, но он мог выиграть время, мог заставить врага сомневаться, мог найти способ переломить ход битвы. Он поднял руку и закричал так громко, что его голос разнесся над полем:«Ты думаешь, что победил, Вейлон? Ты думаешь, что я сдамся так легко? Ты забыл, что я — сын Рейлариона, что я — кровь дракона, и моя воля сильнее твоей ненависти! Даже если я умру сегодня, моё дело будет жить, и мои союзники отомстят за меня! Ты не сможешь удержать трон, потому что твоя жадность и жестокость сделали тебя врагом для всех, кто тебя окружает!»Вейлон нахмурился, и в его глазах мелькнула тень сомнения. Он знал, что Райен прав: многие наместники поддерживали его только из страха, и если Райен умрёт героической смертью, они могут восстать против него. Он колебался, и этой секунды было достаточно.В этот момент из леса, который находился на восточной стороне поля, раздался громкий рог, и на поле битвы вырвалась свежая армия — это были остатки союзников Райена, которые не успели на битву, но услышали звуки сражения и пришли на помощь своему королю. Они атаковали фланг армии Вейлона, и солдаты узурпатора, уже уставшие и деморализованные, начали отступать в панике. Вейлон закричал от ярости, попытался развернуть Валериона, чтобы атаковать новых врагов, но Райен уже вскочил на ноги, схватил меч и бросился к своему раненому дракону, чтобы защитить его до последнего.Вейлон понял, что момент упущен. Его армия была разбита, его союзники разбегались, и даже если он мог убить Райена, он не мог удержать трон без поддержки наместников. Он заскрежетал зубами, проклиная всё на свете, и приказал Валериону подняться выше, чтобы улететь и перегруппироваться. Но Райен, стоя среди дыма и крови, с мечом в руке, поднял голову и закричал ему вслед:«Беги, Вейлон! Беги, как трус! Но знай: я найду тебя, где бы ты ни спрятался! Я найду тебя и убью собственными руками! Это обещание!»Вейлон исчез в облаках, оставив после себя лишь дым, кровь и разрушение. Армия Райена собралась вокруг своего короля, ликующая и уставшая одновременно, и когда они увидели его живым и невредимым, они разразились радостными криками, поднимая свои мечи в знак победы. Но Райен не разделял их радости. Он стоял рядом со своим раненым драконом, поглаживая его голову и шепча слова утешения, а в его глазах горел ледяной огонь, который не погасить ничем. Он знал, что Вейлон вернётся, что война ещё не закончена, и что его враг слишком хитер и коварен, чтобы сдаться. Он также знал, что Визерра, которая осталась в столице, ждёт его с тревогой, и что её жизнь всё ещё висит на волоске, пока Вейлон жив.В тот вечер, когда Райен вернулся в Золотой дворец и Визерра увидела его израненного, но живого, она подбежала к нему и обняла, чувствуя, как её сердце бьётся от облегчения и страха одновременно. Она прошептала: «Я думала, что потеряла тебя», и Райен, впервые за долгое время, обнял её в ответ, прижимая к груди. Он ничего не сказал, но в его объятиях было больше слов, чем в любом разговоре. Визерра знала, что его ненависть к ней всё ещё жива, но в этот момент они оба были живы, и это было главное.Но глубоко в душе Визерра понимала, что это затишье перед бурей, что Вейлон вернётся, и что следующая битва будет ещё более жестокой. Она сжимала в руке медальон с волосами Деймона и думала о том, что её истинная борьба ещё впереди — борьба за выживание, за любовь, за будущее, которое она хотела построить для себя и для тех, кого любила. И она поклялась себе, что не сдастся, что будет бороться до конца, даже если весь мир будет против неё.