Часть 6. Жар на грани фола

Часть 6. Жар на грани фола

Три дня после того поцелуя прошли как под током.

Лера вела себя нормально. Слишком нормально. Пила кофе по утрам, ходила на лекции (Андрей теперь сидел в аудитории — на задней парте, как молчаливый черный монолит), спорила о Бродском с Крестовским, рвала джинсы на коленях и собирала кудри в небрежные пучки. Но в её взгляде появилось что-то новое. Голодное. И каждый раз, когда их взгляды встречались, воздух между ними нагревался градусов на десять.

Андрей спал еще хуже обычного. Проверял оружие по пять раз за ночь. Не прикасался к ней. Даже случайно — обходил по широкой дуге, потому что знал: одно касание — и всё посыплется.

В среду вечером Лера заявила:

— Я хочу в ресторан. Нормальный. С живой музыкой и вином. Не смотри на меня так, Гром. Ты поедешь со мной. Будешь сидеть за соседним столиком и сверкать глазами. Но я хочу выйти из этой чертовой квартиры, пока не сошла с ума.

Он не спорил. Собрался за две минуты: пиджак, "Глок" под мышкой, запасная обойма в кармане. Лера надела короткое черное платье — открытые плечи, вырез на спине до поясницы, тонкие бретельки, которые так и норовили соскользнуть. Волосы распустила, кудри падают на голую кожу. Духи — ваниль и имбирь, но в два раза ярче обычного.

Она знала, что делала.

Ресторан оказался на двадцатом этаже бизнес-центра, с панорамными окнами и видом на ночной город. Андрей посадил Леру за столик у стены — обзор всего зала, спина прикрыта, выход рядом. Сам сел через два столика, заказал черный чай и не пил.

Она пила вино. Два бокала. Потом третий. На четвертом перестала делать вид, что смотрит в окно, и уставилась прямо на него. Зеленые глаза горели, волосы растрепались, платье задралось на бедре.

Он выдержал её взгляд три минуты. Потом поднялся, подошел к её столику и сказал тихо:

— Едем домой.

— Нет, — ответила она. — Я хочу танцевать.

— Здесь нет танцпола.

— Тогда поцелуй меня. Прямо здесь. При всех.

Андрей наклонился, взял её за подбородок, посмотрел в глаза и прошептал:

— Нет. Потому что тогда я не смогу остановиться. А я не хочу, чтобы это было в ресторане при официантах.

Лера выгнула бровь. Потом медленно, очень медленно, провела языком по нижней губе.

— А где ты хочешь?

Он не ответил. Схватил её за руку, кинул на столик три купюры (с запасом, чтобы не ждать сдачу) и вывел из зала.

---

Лифт был стеклянным. Панорамным. Город внизу мерцал огнями, как огромная новогодняя елка.

Они вошли вдвоем. Двери закрылись. Лифт поехал вниз.

Андрей нажал кнопку "стоп". Кабина замерла между этажами.

Лера прислонилась к стеклянной стене, руки за спину, смотрела на него из-под ресниц.

— Ну? — спросила она. — Что дальше, телохранитель?

Он подошел вплотную. Уперся руками в стекло по обе стороны от её головы. Запах её духов ударил в голову сильнее любого виски.

— Ты хочешь, чтобы я нарушил всё, во что верю, — сказал он хрипло. — Ты хочешь, чтобы я забыл про контракт, про твоего отца, про то, что мне заплатят, только если я не прикоснусь к тебе.

— Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне, — поправила она. — Всё остальное — просто слова.

Андрей зарычал — почти по-звериному — и впился в её губы.

Поцелуй был жестким, требовательным, без нежности. Он вжался в неё всем телом, чувствуя каждую косточку через тонкую ткань платья. Лера выгнулась, вцепилась в его волосы, притянула ближе. Её нога скользнула по его бедру, обвилась вокруг талии.

— Андрей, — простонала она в губы. — Пожалуйста. Не останавливайся.

Он не остановился. Спустил бретельку с её плеча, поцеловал ключицу, родинку, ту самую, которую заметил в первый день. Лера выгнулась дугой, ударившись затылком о стекло. Город внизу плыл огнями, но они не видели ничего, кроме друг друга.

Его рука скользнула под подол платья. Вверх по бедру. Лера ахнула, прикусила губу.

— Сейчас, — прошептал он. — Прямо здесь?

— Прямо здесь, — выдохнула она.

Но в этот момент лифт дернулся. Где-то наверху кто-то вызвал кабину. Автоматика сбросила блокировку.

Андрей отпрянул за секунду до того, как двери открылись.

На площадку восьмого этажа зашла пожилая пара с сумками. Женщина уставилась на Леру — растрепанную, с зацелованной шеей и сбившимся платьем. Мужчина сделал вид, что смотрит в пол.

Лера улыбнулась им своей самой невинной улыбкой.

— Добрый вечер. Лифт с характером, да?

Пара ничего не ответила.

Андрей молча нажал кнопку паркинга. Всю дорогу вниз стоял рядом с Лерой, не касаясь, но дыша так тяжело, что стекло запотевало.

---

Дома они даже не дошли до спальни.

Лера влетела в квартиру, скинула туфли прямо в прихожей, развернулась к Андрею, потянула его за пиджак.

— Снимай, — приказала она.

Он снял. Пиджак упал на пол. За ним — кобура с "Глоком". Лера отшвырнула её ногой в угол.

— И остальное.

— Подожди, — сказал он, перехватывая её запястья. — Ты выпила. Ты сейчас не соображаешь.

— Я абсолютно трезва, Андрей. Я хочу этого с первой ночи, как увидела тебя. Не пизди. — Она вырвала руки, расстегнула пуговицу на его джинсах. — Хватит быть ответственным. Будь мужчиной.

Он подхватил её за талию, посадил на кухонный стол. Холодный мрамор, посреди разбросанных бумаг и чашек. Лера охнула от контраста — холод снизу, жар сверху.

— Это здесь? — спросил он, нависая над ней.

— Здесь, — кивнула она. — Давай.

Андрей раздвинул её ноги, встал между ними. Поцеловал шею, ключицы, спустился ниже, туда, где платье уже не закрывало почти ничего. Лера откинулась на стол, сметая локтем пустую чашку — та упала на пол и разбилась.

— Плевать, — прошептала она.

Он стянул с неё трусы одним рывком. Лера закусила губу, вцепилась в край стола.

— Посмотри на меня, — потребовал Андрей.

Она открыла глаза. Зеленые, огромные, с золотыми крапинками. В них не было страха — только желание, чистое, как ураган.

— Ты уверена? — спросил он в последний раз.

— Андрей, если ты еще раз спросишь, я за себя не ручаюсь.

Он вошел в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его, как она выгибается, как её пальцы впиваются в его плечи через рубашку. Лера вскрикнула — негромко, скорее выдохнула, чем закричала.

— Тише, — прошептал он, начиная движение. — Тише.

— Не могу, — прошептала она в ответ. — Слишком... слишком хорошо.

Кухонный стол скрипел в такт их движениям. Где-то за окном сирена, где-то в соседней квартире телевизор, но они слышали только друг друга. Её тихие стоны, его сбитое дыхание, шорох одежды, которую они так и не сняли полностью.

Лера кончила первой — сжалась, выгнулась, вцепилась в его рубашку так, что оторвала пуговицу. Андрей вошел в неё еще дважды и замер, уронив голову ей на плечо.

Тишина. Только их дыхание и звон осколков под столом.

— Ну, — прошептала Лера, поглаживая его по затылку. — Теперь точно всё.

Андрей поднял голову. Посмотрел на неё — растрепанную, с размазанной тушью, счастливую и испуганную одновременно.

— Теперь точно, — сказал он. — Контракт нарушен.

— К черту контракт, — ответила она и поцеловала его в уголок губ. — Ты мой. И я твоя. Остальное решим.

За окном медленно вставало утро, подсвечивая розовым их спутанные тела и разбитую чашку на полу.

---

Конец шестой части.