Magic Circus

Это случилось тем самым летом, когда ничего не предвещало беды. Птицы весело щебетали на ветках густых деревьев, легкий ветерок прогонял по улицам города пыль и случайно оброненные бумажки. Пахло цветами и солнцем. Если оно вообще чем-то пахнет.

Приезд цирка для их небольшого городка - невиданное чудо. Только прослышав об этом все жители вмиг оживились, поспешили закончить все дела, чтобы освободить себе вечер для похода всей семьей на представление.

Джисон тоже ждал. С того самого момента, как взбудораженный Хёнджин прибежал в их домик на дереве и сказал, что в субботу приедет цирк, размахивая цветной брошюрой, которыми вдруг оказался обвешен каждый угол. На красно-золотом листе были нарисованы слоны и тигры, акробат под самым куполом и фокусник в высоком цилиндре. Чем дольше Джисон вглядывался в картинку, тем чаще ему казалось, что молодой парень с картами в руках озорно подмигивает ему.

- Мама, мама, мы ведь сходим на представление в субботу?

Мальчик робко протягивает матери афишу, улыбаясь самым краешком губ, в надежде смягчить её строгое лицо.

- Отстань, не видишь мне сейчас не до этого? И вообще, ты разве не достаточно взрослый, чтобы сам сходить туда? - рявкает мать, упирая руки в бока. - Отправляйся в комнату немедленно, а не мешайся у меня под ногами.

Джисон опускает руки и кивает. Мама у него была не плохая, вовсе нет. Просто из-за того что много работала у неё редко бывало хорошее настроение, а лицо всегда мрачное и пасмурное. Оно менялось лишь в редкие дни, например на прошлое рождество, когда они вместе пекли печенье перед походом в церковь.

"К тому же, - уже в комнате, осторожно складывая листовку в стол, подумал Джисон, - она не сказала нет. Мне ведь уже семь, значит я и вправду могу сходить сам. А мама отдохнет и может быть вечером улыбнется."

***

Цирк приехал утром пятницы. Цветастые трейлеры проехали вдоль центральной улицы, а следом за ними клетки, где лениво помахивали хвостами тигры и львы. За ними гордо шла пара слонов, приветственно поднимая хоботы каждые несколько метров. Большинство циркачей, одетые в яркие необычные костюмы, шло рядом, громкими криками и смехом приветствуя жителей города. Джисон вместе с другими мальчишками и девчонками смотрел на происходящее с открытым ртом, не в силах отвести взгляд. Ему казалось что от улыбок приезжих гостей солнце стало светить в тысячу раз ярче. Лето вдруг стало ещё ярче, точно кто-то разлил краски на белый холст.

Уже через пару часов на большом пустыре словно по волшебству выросли яркие красно-золотые шатры, над которыми развивались цветные флажки. Естественно дети наблюдали за этим чуть со стороны - и речи быть не могло, чтобы отправиться заняться чем-нибудь другим. И хотя никто не решался подойти ближе, циркачи, замечая их присутствие только шире улыбались. Кто-то даже ненадолго отвлекался от дел и показывал ребятам что-нибудь удивительное: жанглирование кеглями, дурашливые стойки и простенькие акробатические трюки. Толпа была в неописуемом восторге.

Ложась спать вечером того дня, Джисон не мог перестать улыбаться. И с необычайным волнением ждал вечернего представления. Он ещё не понимал почему, но завтра казалось ему днём, когда обязано случиться что-то волшебное.

***

- Ты точно не пойдешь со мной? - стараясь скрыть грусть, уточнил Джисон, когда мама помогла ему заправить футболку.

Женщина отрицательно качнула головой. Оглядев сына со всех сторон, она сама себе кивнула. В честь такого дела Джисона нарядили в новенькую белую футболку и темно-синие джинсовые шорты, которые лежали у мамы в шкафу, чтобы мальчик даже не думал отправиться в них гулять.

- Нет, ко мне придет друг, чтобы... помочь с некоторыми делами. А ты пока повеселись в цирке. Хорошо?

Джисон кивнул, мысленно пообещав себе запомнить всё всё, что увидит и пересказать маме. Поэтому взяв деньги на билет и сладкую вату, мальчик поцеловал маму в щеку и бегом помчался в сторону перекрестка, где его уже наверняка заждался Хёнджин с семьёй.

- Привет, Сони! - во все горло закричал друг, ещё издалека завидев мальчика.

Джисон помахал ему, невольно широко улыбаясь, и ускорился. Миссис и мистер Хван тоже улыбнулись, увидев его. Вежливо поздоровавшись, они все вместе пошли в сторону шатров, куда уже стекалась толпа из других жителей города вместе с детьми.

- Так не терпится увидеть дрессировщика тигров, просто жуть. Интересно, а он будет класть голову льву в пасть? Надеюсь, потом можно будет подойти погладить их или вообще покататься, - возбужденно тараторил Хёнджин, не в силах сделать паузу даже чтобы вдохнуть воздух.

- Но никто не катается на тиграх, - с улыбкой возразил Джисон.

- Это же цирк, а там возможно всё, - авторитетно заявил Хёнджин. Чуть подумав он спросил: - А ты что больше всего увидеть хочешь?

Джисон сначала растерялся. Как-то до этого он задумывался над тем, какой номер ждёт больше всего. Но вспомнив афишу, которую за последние дни выучил наизусть, он наконец ответил:

- Хочу посмотреть на фокусника.

- Скука какая. Да фокусы любой дурак показывать может, - Хёнджин разочарованно вздохнул.

Джисон лишь пожал плечами. Может и так, но что-то волшебное в улыбке фокусника было. И мальчику не терпелось увидеть что же именно.

Прежде чем идти на свои места, они вместе с родителями Хёнджина прогулялись вдоль палаток с разной едой и конкурсами. Мальчшкам купили огромную сладкую вату, похожую на облачко. Вкус Джисону не особо понравился, но он все равно съедает целиком, понимая что неизвестно когда в следующий раз сможет получить подобное лакомство. Помимо горожан на площадке вокруг главного шатра хватает и цирковых. Кто-то ходит вокруг раздавая программки представления, а кто-то развлекает толпу. Например клоун, вокруг которого собралась самая большая толпа ребятишек. Джисон клоунов не очень любил. Те, которых он видел по телевизору или в книгах казались жуткими и больше пугали, нежели веселили. Этот же выглядел дружелюбным и только самую малость грустным. Сквозь яркий грим сложно было понять как выглядит человек под ним, но звонкий мелодичный голос Джисону очень нравился.

- Пойдемте уже посмотрим что внутри, - канючит Хёнджин, дергая отца за рубашку.

- Не хотите прокатиться на каруселях? - с удивлением предлагает миссис Хван, указывая на несколько аттракционов.

Джисон быстро-быстро отрицательно мотает головой, непроизвольно делая пару шагов в сторону входа. От одной мысли сесть даже на медленно крутящихся вокруг оси лошадок волосы вставали дыбом.

- Нет, Сон их как огня боится, - рассмеялся Хёнджин, заметив расширившиеся от страха глаза друга. - А один я кататься не хочу.

- Ну хорошо, тогда идёмте найдём наши места, - соглашаются родители и мальчишки бегут на вход в шатер.

Внутри Джисон никак не может закрыть рот от восхищения. Пройдя сквозь тяжелые занавески, закрывающие вход от ветра и лишнего света, они точно попали в совершенно новую вселенную. С внутренней стороны купол не ярко-красный, а темно-синий с сотнями золотистых и серебряных пайеток, которые кажутся россыпью звезд. Некоторые, более крупные, даже можно было сложить в известные созвездия: мальчик нашел большую и малую медведицу.

Арена уже была застелена специальным покрытием, по которому шагали красивые женщины в цветасто-пернатых костюмах. Они слегка пританцовывали под незнакомую мальчику мелодию и ярко улыбались всем гостям, как радушные хозяйки вечера. Но это ещё были цветочки. Когда началось представление никто из присутствующих в зале уже не мог отвести взгляд от арены и даже подумать о чем-то другом.

Первым, как и положено, из-за закулисье появился конферансье. Джисону очень приглянулся его яркий красный фрак, украшенный блестками, и цилиндр с красивыми павлиньими перьями.

- Смотри какая у него забавная борода! - зашептал Хёнджин, посмеиваясь.

Джисон удивленно посмотрел на друга. Ему вышедший на арену казался совсем молодым и уж точно без бороды. Может кому-то из них показалось из-за необычайно яркого света софитов?

- Дамы, господа и наши юные гости! - звонко начал парень на арене. - Добро пожаловать в цирк волшебства и чудес. Мы не обещаем вам мир во всем мире, но гарантируем чудесные несколько часов смеха и удивления!

Все захлопали, кто-то уже посмеивался с манерного поведения конферансье. Джисону очень нравилось то, как широко и искренне улыбался парень. Это не были улыбки взрослых, когда они хотели казаться вежливыми или просто надеялись так отделаться от мешающей "мелочи".

- И пока вы не слишком устали, чтобы поднять голову, взгляните как под куполом порхают наши акробаты! - указывая наверх тростью, провозгласил парень.

Как только он сказал это, свет устремился туда же и все смогли увидеть юношу и девушку, стоявших по обе стороны натянутого на самом верху каната. Из-за нарядов, украшенных белыми перьями, Джисону они напомнили двух белых голубей. Так легко и задорно они бегали по канату, выделывая всевозможные трюки, точно порхали с ветки на ветку. На особо опасных кульбитах весь зал замирал, затаив дыхание, чтобы после успешного завершения взорваться аплодисментами. Джисон так старательно хлопал, что вскоре у него заболели ладони. Но представление того стоило.

Следом, под восторженные крики Хёнджина,на арене появился мотоциклист. Чего он только не выделывал на своем байке: катался внутри огромного железного шара, проезжал через подожженные кольца, разгонял мотоцикл, а сам выделывал на нем всякие трюки, пару раз даже отпускал руль. У Пака дыхание перехватывало от того, как это выглядело со стороны. Представлять себя на месте смелого водителя было жутко. Наверняка даже страшнее, чем прокатиться на карусели.

После снова был акробат - молодой парень с помощью ярких красных лент парил под самым куполом, показывая удивительные позы. Иногда создавалось впечатление, что он действительно летает, а не использует для этого ленты. Это они следует за ним по пятам в этом завораживающем танце. Когда же юноша неожиданно начал падать вниз, раскручиваясь вместе с лентами, Джисон невольно испуганно вскрикнул. Но в метре от земли падение остановилось, и акробат повис на лентах, нежно улыбаясь толпе, которая шумно приветствовала его удивительный трюк.

Следующий номер всех заставил хохотать. Клоун, которого они видели неподалеку от входа, дурачился на сцене, показывал трюки с очаровательными белоснежными пуделями. И хотя Джисон тоже смеялся от всей души, порой ему казалось, что взгляд клоуна слишком грустный. Его хотелось пожалеть, а не заставлять валяться по арене на потеху публике.

После пришёл черёд блока выступлений с животными. Под шатром появились яркие попугаи, передразнивающие дрессировщика, а на арене огромные слоны, перекидывающие друг другу большой резиновый шар. А потом, наконец, арену огородили специальной клеткой и там появились тигры и львы. Джисон и Хёнджин во все глаза смотрели как огромные свирепые хищники выстраивались во всевозможные фигуры по команде дрессировщика. Тот показался Паку настоящем повелителем зверей, настолько ловко и умело он управлялся с животными. Под конец казалось, что ему достаточно взгляда, чтобы лев или огромный тигр послушно встали на задние лапы.

- Ну и напоследок, чтобы оправдать звание цирка магии и чудес, позвольте показать вам настоящее волшебство! - объявляет конферансье.

Джисон аж подпрыгивает на месте от нетерпения. Наконец на сцене появился фокусник, как и на афише в темно фиолетовом костюме, белоснежных перчатках и цилиндре, украшенном черной атласной лентой. Как и многие выступающие, он казался совсем молодым, а из-за одежды больше похож на юношу из исторических фильмов, которые показывают по вечерам, чем на артиста цирка. Из общей картины выбивалась только небольшая обезьянка в черной жилеточке, устроившаяся у него на плече. Джисон смотрел на все с открытым ртом. И на карточные фокусы, когда карты летали так и этак, но всегда возвращались в руки фокусника. И на то, как парень достал из своего цилиндра маленького белоснежного кролика. Как обезьянка то появлялась то исчезала в волшебной коробке. И как она же потом играла с фокусником в карты на орешки и всегда ловила его на мухлеже.

Мальчику очень не хотелось, чтобы выступление заканчивалось. Но вот артист отвесил последний поклон, достал из носового платка букет живых цветов и вручил его конферансье, который кокетливо улыбнулся такому жесту. За ними на сцену вышли и остальные выступавшие, чтобы поклониться публике и пообещать ещё раз обязательно вернуться. Когда последний из них исчез за занавесом, а люди вокруг начали подниматься со своих мест, Джисон грустно вздохнул. Он чувствовал, что мог бы наблюдать за таким всю свою жизнь.

***

Хотя представление и закончилось, шум вокруг шатра не смолк. Горожане не спешили домой, а с новым азартом шли к палаткам и аттракционам. Вокруг царили смех и радостные возгласы, а ночную темноту разрезали сотни лампочек висящих тут и там. Не удивительно, что Джисон легко потерялся во всем этом.

Мальчик даже не сразу понял, что случилось. Просто в какой-то момент не смог найти в толпе Хёнджина или его родителей. Сначала Джисон даже не испугался, подумав что те просто ушли вперёд, пока он загляделся на светящееся колесо обозрения. Но через десять минут тщетных поисков, никто так и не был найден. Вот тогда-то мальчик и перепугался, не зная куда бежать или кого просить о помощи. Он вдруг оказался совсем один среди кучи незнакомцев.

Возможно всё закончилось бы куда плачевнее, если бы бредя вдоль палаток Джисон случайно не наткнулся на кого-то лбом.

- Айгу, малыш, тебе стоит внимательнее смотреть по сторонам, - мягким басом проговорил фокусник, широко улыбаясь.

На нём уже не было цилиндра и перчаток, но Джисон всё равно без труда его узнал по нежно-розовым, похожим на жвачку, волосам. Слезы подступили только сильнее, так что мальчику пришлось старательно шмыгать носом и часто моргать, чтобы не заплакать. Было бы стыдно, ведь этот человек так старался его развеселить.

- Хей, ты чего? Дай угадаю, испугался моей густой черной бороды? - присев на корточки, чтобы сравняться с ребёнком в росте, уточнил молодой мужчина.

Джисон снова шмыгнул, с недоверием оглядывая лицо артиста. Оно было молодым и совершенно гладким. И если во время представления Джисон мог бы чего-то не заметить или перепутать, то тут это было просто невозможно.

- Как я могу испугаться того, чего нет? У Вас ведь никакой бороды нет, - растирая по щекам слезы, спросил мальчик.

Он заметил секундное удивление на лице фокусника, с которым тот справился почти моментально, возвращая на место улыбку.

- И вправду. Совсем забыл, я ведь сбрил её в прошлый четверг. Розовые волосы и черная борода - какая безвкусица, - согласился парень. Почесав затылок, он спросил: - Но почему же ты тогда плачешь? И где твои родители?

- Мама осталась дома. А я пришёл сюда с другом и его родителями. Но... Но они куда-то делись, - рассказал Джисон, снова начиная шмыгать носом. - А я не знаю как добраться до дома по темноте.

- Ох, вот же беда, - с искренним сочувствием согласился фокусник. - Но, думаю, я без труда смогу тебе помочь, малыш. Может быть пока тут так людно ты посидишь у меня в вагончике, а потом мы вместе отыщем твоего друга и его родителей?

Парень протянул ему раскрытую ладонь в знак приглашения. И хотя Джисон не чувствовал никакого опасения, он далеко не сразу согласился.

- Мама говорит никуда не ходить с незнакомцами, - покачал головой мальчик.

Фокусник рассмеялся, услышав такой ответ.

- Что же поделать, тогда придётся нам познакомиться. Меня зовут Джемин, можешь звать меня хёном. А как я могу обращаться к тебя, дружок?

- Пак Джисон, - представился Джисон, пожимая как взрослый предложенную ладонь. - Очень приятно познакомиться, Джемин-хён.

Фокусник согласно закивал. А потом неожиданно подхватил Джисона на руки, крепко придерживая за талию, чтобы тот не упал.

- Ну раз познакомились, то теперь пора наведаться в гости. У меня есть очень вкусный чай и просто невероятные кокосовые конфеты. Я жуткий жадина, но правила гостеприимства никто ведь не отменял, так что с тобой поделюсь, - весело трещал фокусник, без особого труда скользя между людьми в толпе.

Джисону казалось, что те их просто не замечают. Но он и думать об этом забыл, ведь весёлый новый знакомый засыпал его кучей вопросов, вроде того что он больше любит: леденцы или мармеладки. В его компании было хорошо и спокойно, а этого мальчику хватало, чтобы доверчиво обнимать парня за шею, робко отвечая на бесчисленные вопросы.

***

Джемин с интересом наблюдает за мальчишкой, который весело болтает ногами под столом, прихлебывая чай из пузатой кружки. Фокусник был удивлен, когда оказалось, что ребенок видел все. Чары, которые заставляли простых людей обманываться внешним видом циркачей, не действовали на Джисона. Это было удивительно. Любопытно.

Но все стало ещё интереснее, когда Цирк пропустил его. Простой человек мог сколько угодно ходить мимо поворота к их вагончикам и вольерам, но так бы и не смог пройти. Даже если бы очень захотел, его обязательно что-нибудь бы остановило. Такова магия этого места - тут только свои, те кому дарована вечность под магическим куполом. Поэтому Джемин был почти уверен, что даже неся ребенка на руках он не дойдет до нужного места. А нужных амулетиков, которые исправили бы положение, под рукой не было. Но все было как и обычно, лишь магия чуть гуще облепила их. Её невидимые потоки точно пуховое одеяло окружали Джисона и сейчас. Кажется мальчик приглянулся Цирку.

Как и самому Джемину. У ребенка были милые щечки, по кукольному пухлые губы с родинкой под ними, маленький аккуратный нос-кнопка и небольшие глаза. Внутренний мимиметер фокусника зашкаливал, а руки так и тянулись погладить Джисона по голове или ущипнуть за щечку.

- Скажи, Джисони, а почему ты пришел с родителями друга, а не с мамой и папой? - осторожно спросил На. И дело было даже не в праздном любопытстве. Просто, если ребенок никому не нужен, возможно они могли бы забрать его себе?

Ноги мальчика ненадолго замерли под столом. Он немного нахмурился, то ли недовольный вопросом, то ли потому что ответ ему и самому не нравился. Джемин едва сдержал довольное урчание от того насколько ребёнок милый. Был бы здесь Ренджун или Джено, обязательно бы пошутили, что парню лечиться пора от ненормальных наклонностей.

- Мама осталась дома, чтобы закончить какие-то дела со своим другом. Так она сказала. Она редко проводит со мной время из-за работы, так что я уже привык. Мне уже семь лет, так что я достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе сам, - спокойно и слишком серьёзно для своих лет отвечает Джисон. - А папы у меня нет. Мама сказала, что он уехал ещё до моего рождения. Но я знаю, что на самом деле он умер.

У На волосы на затылке зашевелились от того как просто этот малыш говорил о таких вещах. Ведь любому понятно, что мать сейчас развлекается с каким-то дружком, вместо того чтобы уделить время смышленому сыну. Джемину, который в жизни не знал что такое родительская любовь, захотелось дать тупой курице по лицу. Ведь не смотря на всё это её сын вырос способным дарить искренние улыбки. А это дорогого стоит.

- И тебе не грустно из-за этого? - Джемин подсел ближе к мальчику, тасуя в руках любимую колоду.

- Не знаю. Ведь мама очень старается, чтобы мы жили хорошо, я не могу капризничать из-за пустяков, - пожал плечами Джисон.

- Твоя правда, - согласился Джемин. Да, пожалуй они могли бы забрать ребёнка себе. Цирк охотно примет его, а мать не сильно расстроиться пропаже. - Знаешь, а у меня нет ни мамы, ни папы. Но всё равно есть большая семья. Хочешь расскажу о них?

Ребёнок утвердительно кивает, отставляя почти пустую чашку. На улыбается, выуживая из колоды первую карту.

- Это мой старший братишка. Не родной, конечно, но не значит, что не близкий. Его зовут Марк, ты, наверное, запомнил его номер с львами и тиграми, - начал рассказ Джемин. Джисон взял карту в руки очень аккуратно и смотрел с восторгом на красивый рисунок. Дрессировщик на нём действительно казался почти живым. - Он иногда ворчит и кажется строгим, но на самом деле очень любит всех нас. И заботится, даже когда мы шалим.

- Он так классно руководил теми тиграми, - согласился Джисон.

- А это Ренджун. Он ворчит даже больше Марка, вечно вредничает и иногда даже бьет нас. Хотя и самый маленький по росту. Но мы знаем, что он просто стесняется говорить о том, как сильно он нас любит, - Джемин улыбнулся, представляя как бы сильно Джун разозлился, услышь он что-то подобное.

- Он очень красиво танцевал в воздухе, - признался Джисон, немного смущенно. Ему казалось, что таких простых слов не достаточно, чтобы описать увиденное во время шоу. Но других пока ещё не знал.

Фокусник с улыбкой кивнул. Стоило потом рассказать Хуану о подобном сравнение, ему оно точно придётся по душе.

- Это Джено. Мы с ним лучшие друзья, почти как братья-близнецы всегда вместе, - продолжил представлять коллег Джемин. - Правда он почти никогда не разрешает мне кататься на своем мотоцикле. Хотя я всегда обещаю быть очень осторожным. Иногда, назло ему я беру его без разрешения.

Джисон осуждающе покачал головой. Совсем как маленький взрослый.

- Нельзя брать чужие вещи без спроса. Джено-хён может расстроиться, если узнает, - строго проговорил мальчик, стараясь скопировать манеру говорить у воспитательницы в саду.

Джемин улыбнулся. Скорее уж Ли разозлится и попытается поджечь его любимой зажигалкой. Или попросит своего парня разобраться. А уж у Ренджуна вариантов убийства - целая куча.

- Хорошо, обещаю больше так не делать, - скрещивая пальцы за спиной, проговорил На. - А вот наш главный приколист. Донхёк постоянно устраивает разные розыгрыши и шутки. Это забавно, но порой немного раздражает.

- Я думаю, он старается поднять всем настроение, чтобы вы никогда не грустили, - улыбнулся Джисон. - Я тоже всегда стараюсь развеселить маму.

Джемин в этот момент был уверен, что если бы было возможно, он бы растекся розовой лужицей умиления. Этот ребёнок был просто невероятным.

- А вот это Ченле. Он чуть младше нас, и мы все стараемся окружить его заботой и любовью. Думаю, вы с ним подружитесь, он такой же милый и добрый ребёнок, - закончил свой рассказ фокусник, вручая Джисону последнюю карту.

- Эти карты очень красивые, - осторожно проводя пальчиками по рисункам, проговорил Джисон. - Я бы хотел научиться рисовать также красиво... Но у меня пока не получается...

Джемин заметил, как всё медленнее мальчик говорил и начал зевать. На него наконец подействовали сонные травки, которые фокусник добавил в чай. Не то чтобы ему не нравилась компания нового знакомого, но нужно было решить пару вопросов, пока мальчик ещё здесь. И желательно не слышит и не видит лишнего. Пока что.

Когда Джисон завалился в бок, окончательно заснув, Джемин аккуратно поймал его и переложил на кровать. Немного подумав, он даже укрыл его пледом.

- Коко, пригляди за ним, пожалуйста, - попросил На, кивнув обезьянке на ребёнка.

Дождавшись, что мартышка перебежала на кровать и внимательно наблюдает, Джемин быстро переоделся в более удобную одежду и направился к Марку. По дороге в голове он прокручивал варианты того, как можно было бы начать разговор, чтобы старший не выставил его сразу же. Но ни одна приемлемая идея ему так и не пришла.

- Слушай, хён, а мы могли бы оставить одного милашку себе? - заглядывая в вагончик Минхёна, поинтересовался Джемин.

Марк, пивший чай вместе с Донхёком, тяжело вздохнул. Кажется за последние двадцать-тридцать лет На слишком часто приставал к нему с просьбами взять то котенка, то слоненка, то кролика.

- Кого на этот раз? Хотя знаешь, всё равно. Больше никаких четвероногих, Джем. Я итак позволил тебе оставить мартышку, хотя толку от неё не много, - хмурит брови Ли.

- Он не четвероногий. И даже животное ровно настолько же насколько и мы с тобой. По поводу Джено не уверен, он псина редкостная. Его ты, к слову, почему-то до сих пор не выставил, - рассудил Джемин, надеясь что в потоке слов Марк не обратит внимание на главную мысль и просто уже скажет "да", только бы его оставили в покое.

Но судя по зазвеневшей тишине, старший всё услышал и понял.

- Только не говори, что ты притащил какого-то смазливого парня, и он сейчас стоит у нас за чертой, - со стоном попросил Марк. - С меня и вас хватает!

- Не буду. Да и он не стоит за чертой. Джисони спит в моём вагончике, - в защитном жесте поднимает руки На.

- Ты что, уже успел с кем-то поразвлечься и тебя так впечатлило, что даже решил его оставить? - прыснул Донхёк, до этого старавшийся не влезать в обсуждение.

- Ты такого хорошего обо мне мнения, я просто в восторге, - закатил глаза Джемин. - Я не педофил, так что не трогал его. В перспективе, если из него вырастит такой же милый хомячочек, то я очень даже не против.

Марк подавился чаем. Ему видимо уже казалось, что больше сюрпризов не будет. Наивный, ничему жизнь не учит.

- Джемин, ты что украл ребёнка? - стараясь сохранять остатки спокойствия, уточнил Марк.

Фокусник вновь закатил глаза. Определённо, иногда старшему не хватало скорости соображалки. Пришлось в общих чертах рассказать историю знакомства с мальчиком и его способностях к магии.

- Мы определённо должны оставить его, - подвёл итог Джемин.

Марк вновь нахмурился, задумчиво постукивая пальцами по столу. Его тоже удивляло то, как просто Цирк пропустил Джисона к ним. Пожалуй, такого раньше не бывало, за исключением тех случаев, когда они сами приходили к этому месту. Всех прочих гостей приходилось обвешивать амулетами, которые всё равно действовали лишь пару часов.

- Не думаю, - наконец проговорил Марк. Опережая возражения розоволосого, он продолжил: - Он ещё ребёнок. А значит, если мы его возьмём, он перестанет расти. Просто представь: будет идти время, он станет ментально взрослым, но навсегда останется заперт в теле ребёнка. Не думаешь, что это уже не будет наградой, а станет наказанием?

Джемин, признаться, об этом совершенно не подумал. Окрыленной мыслью, что этого сладкого милашку можно и даже нужно оставить с ними, парень даже не стал размышлять, что в этом месте никто не растёт и не стареет. И вряд ли правило обойдёт Джисона стороной. И стать навечно ребёнком... Не слишком радужно, на самом деле.

- И ничего нельзя сделать? Цирк ведь принял его. У мальчишки точно дар, хотя ещё и не понятно какой. Я просто... чувствую, что он должен остаться, - захныкал Джемин, готовый топать ногами от разочарования. В голове он уже представил, как они прикупят мальчику маленький фрак, и он будет помогать фокуснику во время представлений.

- А что если ещё просто не время? - вдруг предложил Донхёк. - Если подумать, то мы могли бы подождать лет десять, пока он вырастет и вернуться. Так даже будет честнее: он будет достаточно взрослым, чтобы самостоятельно решить свою судьбу.

- А это мне уже нравится куда больше, - хмыкнул Марк. - Для нас это время пролетит незаметно, даже моргнуть не успеем. Подойдёт тебе, Джемин?

На поджал губы. Ждать, пусть и не так много, ему не хотелось. Джисон каким-то удивительным (а точнее магическим) способом уже был родным. Отпускать его - точно оторвать кусочек от сердца. Но в этом была логика и даже необходимость.

- По рукам. Но через десять лет я заберу милашку себе, и вы меня не остановите, - фыркнул Джемин. - Отнесу его домой, пока Цирк не решил, что он уже навсегда здесь остаётся.

***

Вернувшись в вагончик, Джемин не как не ожидал застать там кого-то кроме Коко и Джисона. Но вот чудо: Ченле сидел на корточках перед кроватью и с любопытством наблюдал за спящим ребёнком. Это было действительно удивительно, ведь обычно Чжон держался в стороне даже от них всех, предпочитая одиночество. Да и в гости его можно было затащить только силой.

- Я шёл по своим делам, как вдруг почувствовал что-то странное. Захотелось вдруг заглянуть сюда. Этот мальчик очень... необычный. Магия так красиво кружит вокруг него, точно морозные узоры на стекле, - не дожидаясь вопроса, рассказал Ченле. Грустно улыбнувшись, он повернул голову к фокуснику: - Но мы не можем его оставить, так?

- Не сейчас. Мы вернёмся за Джисоном через десять лет, когда он подрастёт, - проговорил Джемин, справившись с удивлением. Раньше Ченле вообще не проявлял никакого интереса к происходящему вокруг. Даже после сорока лет жизни бок о бок можно было по пальцам пересчитать моменты, когда они мило болтали о чем-то в свободное время. Если подумать, фокусник даже о его прошлом толком не знает. - Впервые вижу тебя таким...

Заинтересованным.

Ченле улыбнулся. Впервые на памяти Джемина в его улыбке не было печали. Можно было смело забирать Джисона уже затем, чтобы так продолжалось и дальше.

- Просто он напомнил мне моего младшего братишку. Думаю, мы с ним обязательно подружимся, когда придёт время, - поднимаясь на ноги пояснил клоун. Немного подумав, он добавил: - Позаботься о нем, пожалуйста.

- Ага, - на автомате ответил На, провожая друга удивлённым взглядом. - Да что же ты такое, Пак Джисон?

Вопрос, конечно же, остался без ответа. Ну ничего. Ведь совсем скоро - каких-то десять лет - и мальчик останется с ними навсегда. И тогда можно будет разгадывать его тайну хоть целую вечность.

***

Футболка посерела от пота и пыли, на шортах уже высохшие следы от газировки и травы. Джисон поднимает лицо к небу и солнцу. Оно жжётся, потому что парень никогда в жизни не пользовался солнцезащитным кремом, а под палящими лучами он уже не первый час. В прочем даже если потом нос покраснеет и облезет - не беда, в конце концов перед кем в их захолустье красоваться.

На коленях уже почти закончившийся скетчбук. Там попытка зарисовать пейзаж: уходящее в сторону голубого небо поле с желто-зелоной травой и редкими каплями голубых цветов. Цветные карандаши не могли в полной мере передать все краски природы, но Джисон рисунком был доволен. Не зря всё же парень убил последние пять лет на занятия рисованием. Может, как говорили учителя и знакомые, у него и вправду талант.

Мобильный завибрировал. "Милый, по дороге загляни в магазин и купи помидоры" - гласит СМС от матери. Джисон вздохнул. Это такой намек, что ему пора домой? Ну точно, сегодня ведь "семейный" ужин. Парень никак не мог понять, зачем мать, которой всегда было всё равно на него, так старается наладить его отношения с отчимом. Они не цапаются и ладно, Джисон то почему должен страдать?

Решив, что все же не стоит устраивать очередной скандал, парень поднялся с травы, отряхивая шорты и ноги. Чуть не обжёг пальцы об нагревшуюся на солнце раму велосипеда, когда поднимал его с земли. Кажется он просидел на поляне за городом даже дольше, чем казалось. В таком случае могут пострадать не только нос, но и руки. Всё же стоило сидеть в тени старого дуба чуть ниже у реки, а не на самом пекле.

Быстро добравшись до пустой в такое время дороги, парень легко набрал скорость. Почти новенький велосипед не скрепел так, как тот который развалился в прошлом году, да и педали крутить получалось куда проще. Джисон прикрыл глаза, когда по лицу стал бить свежий ветерок. На лицо вылезла непрошеная улыбка. Ветер для парня всегда казался символом свободы. По странной магии в городе, где было не так уж и много высоких зданий, даже легкий бриз был редкостью. От душного застоявшегося воздуха в горле был вечный ком. Пак точно задыхался в крошечной клетке, не в силах вырваться или освободиться. У него либо начиналась клаустрофобия, либо аллергия на их городишко. Свою роль тут, наверняка, играл юношеский максимализм - Джисону семнадцать и ему хочется великих свершений, а не полное отсутствие перспектив. Он бы многое отдал за возможность стать свободным как ветер и мчаться куда пожелает душа.

"А не в магазин за помидорами," - сам себя осадил парень, когда через полчаса показались первые дома.

***

Джисон лениво ковырялся палочками в еде, без особого интереса слушая щебетание матери о последних сплетнях в городе. Стоило все же признать, что с появлением в их доме мистера Ли - отчима парня - женщина точно расцвела. Теперь она гораздо чаще улыбалась, вновь следила за собой и сменила гардероб на более подходящий возрасту. Пак не мог отрицать, что она точно помолодела в компании этого мужчина. И не сказать, что отчим был таким уж плохим. Обычный мужчина, немного грубоватый, но с руками из нужного места и добрым сердцем. В общем-то, Джисону стоило бы радоваться, а не оставаться единственным комком негатива в доме. Но в нём играла какая-то детская обида - почему какой-то посторонний мужчина делал его мать счастливой, а не он сам?

- К слову, говорят в эту субботу приезжает цирк, - радостно сообщила мать.

Джисон сначала тупо кивнул, не осознавая сказанное. Но когда суть чужих слов дошла, он чуть не подскочил с места.

- Цирк? Какой? - удивленно переспросил парень, роняя палочки на стол.

- Да кто же их знает? - рассмеялась с похожего на взъерошенного совенка сына женщина. Встав из-за стола она взяла с тумбы листовку и протянула ему. - Вот, весь город завешен ими. Удивительно, что ты не заметил.

У Джисона мелко дрожали пальцы, когда он взял в руки афишу. Она совсем другая, теперь уже не красно-золотая, а сине-фиолетовая с большими серебренными буквами. Но люди на ней - вот же чудо - совсем такие же, как и десять лет назад. И фокусник-Джемин вновь подмигивает ему.

- Ты чего так переполошился, парень? - удивленно спросил отчим.

Джисон помотал головой, откладывая афишу в сторону. Вот ещё глупость, не может быть такого, чтобы эти люди совсем не изменились за прошедшие десять лет. Такое только в каких-нибудь сказках и бывает.

- Может сходим все вместе? - предлагает мать.

Джисон соглашается на автомате. В голове у него только запах травяного чая и кокосовых конфет, гул голосов за стеной вагончика и бас На, рассказывающего про удивительные места. Которые он обещал показать ему, когда Джисон подрастет.

***

Город вновь ожил в преддверие приезда цирка. Джисон, как не старается, не может избежать разговоров о нем. Афиши весят на каждой стене, в магазине, их кидают вместе с утренней почтой. Из-за резко испортившейся погоды даже загород не сбежишь: дождь накрапывал постоянно, изредка переходя в настоящий ливень. Парню приходилось валяться на кровати в комнате, разглядывая пожелтевшую отделку потолка. Но даже в родной и знакомой крепости не было покоя.

Неужели никто не замечает, что лица на афишах одинаковые? В таком случае, не сошел ли сам Джисон с ума? Ведь не бывает так, чтобы люди совсем не постарели за, страшно подумать, десять лет. Возможно в детстве ему ещё могло привидиться, что он видит трупу цирка совсем не так как окружающие. Возбуждение от первого похода на подобное шоу все объясняло. Но сейчас он уже не маленький мальчик и совсем не нервничает. Нет, всему определенно должно было быть логичное объяснение.

За последние дни, парень стал таким рассеянным, что это заметили все. Мама даже в шутку поинтересовалась, не влюбился ли Джисон. Пак заверил, что нет, конечно. Влюблённость это ведь когда ты почти постоянно думаешь об одном человеке, мечтаешь поскорее встретиться, а потом никогда не отпускать. Это чувство эйфории при малейшем воспоминании о нём. Это когда даже каждое его несовершенство кажется тебе прекрасным. Джисон такого не испытывал. Вернее, конечно что-то подобное было ему знакомо. Его мысли вечно занимал странный фокусник, встреченный десять лет назад. Но не могло же это быть тем самым? Бред.

Полежав ещё немного, Джисон неуверенно посмотрел на шкаф. Помотал головой, отгоняя навязчивую мысль заглянуть в старательно запрятанную коробку, спрятанную там пять лет назад. Нет, он не станет ворошить прошлое. Давно минуло то время, когда мальчик Джисон верил, что фокусник Джемин и его удивительные друзья-циркачи вернутся за ним. Что он тоже станет одним из них и будет колесить по всему миру, свободный телом и душой. От этих фантазий толку было даже меньше, чем от семейных ужинов каждую пятницу. Зато болезненного разочарования - сколько угодно.

Но через пять минут, когда за окном не надолго утихает дробь капель, Джисон все же встает с кровати. Открывает шкаф. Вытаскивает несколько коробок с обовью, коллекцию комиксов и старые игрушки. И вот, в самом низу, потрепанная и потускневшая, стоит обувная коробка с приклеенной на ней звездой. Парень прикусил губу, уже подумывая сложить все обратно и забыть, что в шкафу вообще что-то есть. Но в последний момент все же протягивает руку и достает старый «клад». Пересев на кровать, Джисон ещё какое-то время не решается открыть крышку, хотя содержимое ему знакомо так хорошо, что даже смотреть не надо.

«Это просто старые воспоминания, прекрати превращать их во что-то особенное,» - сам себя поучает парень, наконец поднимая крышку. Сверху ворох детских рисунков, не таких умелых, как хотелось бы. Перспектива и анатомия явно хромает на обе ноги, но в лицах узнаются и акробат Ренджун и конфирансье Донхёк, дрессировщик тигров Марк и лихой экстремал Джено. Ченле тоже имеется, но клоун получился совершенно не похожим. Скорее уж вышел Пенивайз из Кинговского "Оно". Джисон вздохнул. А ведь из сотни рисунков он выбрал самые лучшие. Пожалуй, из приезда цирка желание стать хорошим художником - единственное хорошее, что Джисон вынес. Снова вздохнув парень отложил рисунки. Пусть остаются, как память о первых начинаниях, да и не за ними же он полез.

Пак был уверен, что спрятанные в самом низу старая афиша и колода странных карт, подаренных чудаковатым фокусником давно посерели от времени. Но нет. Красно-золотая листовка была все такой же яркой, точно только вчера напечатанной. А карты, ни капли не потертые и потускневшие, все также манили своими загадочными рисунками.

Когда Джисон взял колоду, ему показалось что тонкие кусочки пластика потеплели. Кончики пальцев точно легким током прошибло, но парень предпочел списать все на статическое электричество. Часть колоды была довольно обычной - привычные цифры, тузы и прочие. В детстве Джисон ещё не мог понять, насколько искусной работы были эти карты. Все в них, начиная от рубашки и заканчивая картинками на лице, было достойно звания шедевра. Но особое внимание привлекала вторая часть колоды, неприменимая в играх, да и вообще непонятно зачем необходимая. Но все равно именно она была для Джисона самая любимая. Маленькие лица персонажей казались живыми, точно вот вот начнут двигаться и говорить, как видео на смартфоне.

«Пьеро». Обычно замаскированный под клоуна Ченле на карте был почти без макияжа. Лишь под глазами подрисованы две черные капельки, как застывшие слезы. Джисон всегда в детстве мечтал стереть грусть из глаз молодого парня.

«Черный всадник». В улыбке Джено на этой картинке было что-то темное, оправдывающее надпись под ней. Но в тоже время Пак не чувствовал угрозы, напротив что-то манящее, как когда вглядываешься в ночное небо, в надежде разгадать тайны вселенной.

«Сломанная кукла». Джисона безусловно до сих пор восхищало то, в какой невероятной позе застыл Ренджун. Казалось, что обычный человек просто не в состоянии так выкрутить суставы. Но этот парень мог и делал это так, что у невольного зрителя все внутри замирало в восторге.

«Шут». Из под зелено-золотой шутовской шапки глаза Донхёка поблескивают озорством. При одном взгляде становиться понятно, что он уже успел что-то натворить и, приложив пальчик к губам, просит никому не говорить. Джисон невольно улыбается.

«Король зверей». Марк крутит в руках корону, точно не понимает зачем она ему нужна. Скорее всего незачем. По осанке, манере держать голову и так понятно, кто есть кто.

Переворачивая последнюю карту Джисон уже знает кто там. Именно её он изучил лучше всего, каждый штрих, каждую деталь.

«Ловкач». Джемин улыбается широко, дружелюбно, но что-то темное плутовское угадывается в нем без труда. Джисон с удивлением понимает, что то, что он в детстве принимал за связку ключей на деле оказывается отмычками. Можно было догадаться об этом ещё давно, ведь название у карты было довольно говорящее.

Разложив перед собой карты, Джисон поморщился. Сколько часов он провел в детстве, разглядывая эти рисунки, пытаясь увидеть какой-нибудь тайный смысл, послание, сокрытое в них. Но в определённый момент пришлось признать простую истину: это была самая обычная колода карт, в которую кто-то подложил несколько лишних. Да, красивая, да на ней знакомые лица циркачей. Но вот и вся загадка.

Почувствовав хорошо знакомое разочарование, Джисон был в шаге от того, чтобы запихнуть подарок в мусорку и сжечь. Он даже было потянулся к коробке, чтобы избавиться от всего, как заметил на самым дне ещё одну карту. Парень нахмурился. Он был уверен, что все на месте. Обсчитался?

"Вольный художник" - гласила надпись на карте. Но рисунка не было. Лишь фон, на котором обычно были расположены люди.

- Какого черта, - прошептал Джисон, прокручивая в руках карту. Он на сто процентов был уверен, что раньше её среди колоды не было. Так откуда бы ей взяться в закрытой коробке, которую никто не доставал уже много лет? - Я точно крышей поехал.

Но выкидывать подарок Джемина вдруг перехотелось. Наоборот, парень положил колоду на прикроватный столик, чтобы всегда можно было взять её в руки. А тянуло к ней часто, точно к любимому лакомству спрятанному в полку.

Через пару дней парень уже постоянно таскал колоду с собой, не в силах выйти из дома, если та оставалась в комнате. Это и бесило, и успокаивало одновременно. Джисону пришлось признать, что ответить на все свои вопросы он сможет только в одном месте. Кажется сходить на представление всё же придётся.

***

Цирк был таким же, каким Джисон его и запомнил. Шумный, пропахший карамелью и жженым сахаром, пестрый из-за ярких тентов палаток и одежды циркачей. Попадая в окружение всего этого точно в другой мир перемещаешься. Здесь нет места рутине и проблемам, взрослые и дети смеются вместе над глупыми выходками клоуна и восторгаются талантам артистов. Но Пака здесь совсем не это интересовало. Таскаясь по ярмарке следом за родителями, он пытался разглядеть в толпе знакомые лица. Карты, лежавшие в кармане, то и дело будто теплели, но парень так и не разглядел хоть кого-нибудь. Только разве Ченле, но понять тот ли это был клоун из-за грима было сложно. Джисон успокоил себя тем, что представление всё расставит по своим местам.

Всё тот же шатер, тот же сверкающий звездный купол. Танцовщицы в знакомых цветастых нарядах. То ли просто дежавю, то ли всё действительно такое же. Парень потирает переносицу. Вот же не хватало ему в жизни удивительного, так оно свалилось сразу целой кучей.

Но веселье начинается, когда затихают звуки голосов, играет музыка и на арену выходит конферансье. И Джисон несколько раз трет глаза, потому что там стоит Донхёк. Ни капли не постаревший, только костюм в этот раз глубокого изумрудного цвета, а не красный. Такого просто не бывает, но перед Паком всё тот же парень, какого он видел десять лет назад и чье лицо украшает карту Шута.

А потом выступление гимнастов-голубей, сменившиеся номером Джено. Который сменил модель мотоцикла, но сам остался всё тем же Чёрным всадником. И Сломанная кукла Ренджун не постарел, а наоборот стал ещё прекраснее и утонченнее. У Короля зверей Марка изменилась прическа, а Пьеро Ченле всё тот же клоун, только в другом костюме. Джисон замирает, когда Донхёк объявляет последний номер.

Джемин сменил цвет волос на нежно-голубой, а костюм теперь не темно-фиолетовый, а черный с красной атласной лентой на цилиндре. Даже обезьянка осталась знакомая Паку - малыш Коко всё ещё резво прыгает по арене и обыгрывает фокусника в карты. От нереальности происходящего у Джисона волосы на затылке встают дыбом.

Когда представление заканчивается, парень отпрашивается у матери с отчимом, якобы прогуляться с друзьями, которые ждут его на ярмарке. Его конечно же отпускают, даже без лишних вопросов. Да и, если подумать, не так уж и сильно Пак соврал. Пробираясь между палатками, парень полон решительности разъяснить все вопросы раз и навсегда. Он даже не задумывается о том, почему так хорошо знает куда идти. Просто через десять минут уже стоит перед вагончиком Джемина, в окнах которого приветливо горит свет.

Тут-то парня и стопорит. Джисон вдруг понимает, что понятия не имеет что говорить. А если там не Джемин? Тогда можно соврать, что пришел взять автограф и потом навсегда уйти, забыв про цирк. А если фокусник его не узнает? Тогда парень его просто придушит за все годы, проведённые за любованием картами.

- И долго ты стоять собрался? - интересуется насмешливый голос за спиной.

Пак резко поворачивается, растерянный и неготовый увидеть перед собой Джемина. Тот улыбается, вращая в руке цилиндр. Коко на его плече грызет орех и никакого интереса к гостю не проявляет. Они оба действительно остались такими какими были десять лет назад. Карты в кармане жгут ногу.

У Джисона перехватывает дыхание от резко накатившего осознания, какой же фокусник всё же красивый в реальности. Это всегда было где-то на периферии сознания, но только сейчас стало осязаемым. Джемин высокий и статный, у него идеальные черты лица и просто невероятная харизма. Может быть будучи ребёнком Пак просто этого не понимал?

- А ты сильно вырос, Джисони, - присвистывает фокусник, внимательно изучая лицо парня. В его взгляде знакомое тепло и диковинное любопытство. Хотя ничего удивительного, Пак-то действительно вырос за прошедшие десять лет.

- А ты почему-то совсем не изменился, хён, - в тон отвечает Джисон, пряча руки в карманы ветровки, чтобы скрыть дрожь. Он самую малость смущен собственной реакцией на долгожданную встречу.

Джемин пожимает плечами с усмешкой.

- Вообще-то я волосы перекрасил. А ещё ухо проколол в третий раз. Но простительно, что ты этого не заметил. Вот Джено - другое дело. А ещё мой лучший друг, - На как всегда говорит больше, чем требовалось, сопровождая это широкими жестами.

- Я о другом. Прошло десять лет. Это больше половины моей жизни, а вы все не постарели. Как будто мы виделись вчера, - Джисон начинает раздражаться. Его бесит, что он не понимает совершенно ничего, а этот треклятый фокусник кажется не сильно спешит что-то объяснять. А уж собственное сердце, бьющееся слишком быстро, вообще бесит неимоверно. - И никто кроме меня этого не замечает. Всем всё в новинку, точно вы тут никогда не бывали. Мне кажется, что у меня крыша едет.

- В детстве ты был куда более милым. Вернее ты и сейчас милашка, но тогда не задавал так много вопросов, - вздыхает Джемин. - Хотя знаешь ли, десять лет назад ты тоже видел много того, что прочие не замечали. Например что вся трупа моложе, чем должны или, что акробат на лентах вовсе не девушка, а парень.

Джисон вздыхает. У него начинает болеть голова от количества непонятной информации.

- Джемин, ты какого лешего оставил своего ушас... Оу, - откуда-то сбоку неожиданно появляется Донхёк.

Конферансье уже успел переодеться из своего сценического костюма в обычную толстовку и джинсы. И Пак вдруг осознает, что все эти ребята едва ли сильно старше его. Встреться они просто на улицы в обычный день, парень бы и подумать не смог, что вокруг этой трупы циркачей так много странных секретов. В мозгу у Джисона полный разрыв шаблона: как кто-то столь обычный, может в тоже время скрывать в себе столько непонятного? И всё ли волшебство такое простое на вид?

- Привет Джисони! А я и забыл, что ты отсюда. То то Джемин ходил пару дней перед приездом такой взбудораженный, точно у него день рождения, - Донхёк радостно улыбнулся, покрепче перехватывая кролика в руках.

- Привет, - на автомате отвечает Джисон, совсем позабыв о чем шла речь до этого.

- Будь, пожалуйста осторожнее с мистером Паффи, нам с ним ещё столько номеров показывать, - цокает языком Джемин, забирая кролика себе. - Лучше сходи к Марк-хёну и скажи, что я оказался прав. Он мне должен сотку.

Донхёк рассмеявшись, обещает так и сделать. Махнув парням на прощание, он идёт в сторону других вагончиков, насвистывая что-то себе под нос.

- Я поспорил с хёном, что ты придёшь. Он, знаешь ли, до последнего не верил, что Цирк снова тебя позовёт, - пояснил Джемин, наконец открывая дверь вагончика и проходя. - Заходи, налью тебе чаю и отвечу на все вопросы, раз уж тебе так не терпится.

Пак кивает, проходя. Ему происходящее все сильнее напоминает сумасшедший сон от которого он вот вот должен проснуться в холодном поту. Не может же такой бред происходить наяву. Джемин тем временем усаживает кролика в клетку, воркуя что-то о том, какой тот молодчинка. Коко уже перебрался с плеча фокусника на свой гамак. Вагончик внутри тоже не поменялся, и Джисон против воли чувствует себя спокойнее, в окружении знакомых вещей.

- Карты принёс? - интересуется На, расставляя на столе чашки и вазочку с конфетами. В этот раз клубничное драже. - Хотя можешь не отвечать, я знаю, что они с тобой. Не подумай, что мне жалко, но я с ними уже как-то сжился. Да и для фокусов почему-то самые удобные. Рад, что уже скоро они будут при мне.

Джисон окончательно запутался, но на автомате достаёт колоду из кармана. То ли в вагончике особенный свет, то ли карты стали чуть светиться, оказавшись тут. А их рубашка с причудливым переплетением ветвей деревьев и вовсе точно ожила, шелестя на легком ветерке.

- Ничего не понимаю, - устало вздыхает парень, садясь за стол.

- Ты и не должен, - понимающе улыбается Джемин. - Просто скажи... Что ты чувствуешь? Сейчас и за все эти десять лет с нашей встречи.

Джисон задумывается, пытаясь и сам понять. Радость. Смятение. Предвкушение чего-то удивительного. Самую капельку страх, что все вдруг исчезнет. Пожалуй это лучше всего могло описать его теперешнее состояние. Каким бы колючим парень не старался быть, он действительно мечтал вновь оказаться здесь. Этот Цирк (именно так, с большой буквы, точно он живой) ощущался близким, родным. Находиться здесь казалось Джисону правильным. Все внутри говорило, что среди этих людей и их странностей Паку самое место. И пусть он ещё совершенно их не знает, пусть не понимает всю суть места, куда его занесло, он уже очень хочет остаться.

- Я чувствую, что пришел домой, - уверенно отвечает Джисон, быстрее чем эта мысль откладывается в голове.

И эти слова точно все расставляют по своим местам. Становится не важно, почему и как Джисон очутился под куполом цирка, как попал в компанию На. Главное, что он пришел, а все остальное - успеется.

Джемин улыбается. Придвигает ему чашку с зеленым чаем и вазочку с конфетами. Младший ещё не знает, но фокусник уже чувствует, как на пустой карте, которая появилась в колоде несколько дней назад, появляется портрет Джисона. Цирк принял его и больше не отпустит. Джемин об этом позаботится.

"Ты вырос даже красивее, чем я мог тогда представить. И при этом всё ещё очаровательный хомячок. Будет невероятно сложно держать себя в руках, пока ты привыкнешь," - размышлял Джемин, наблюдая за тем, как светлеет от радости лицо парня перед ним.

- И я очень рад, что ты теперь будешь здесь, Джисони.

Ходит легенда, что существует на свете удивительный цирк. Он кочует с места на место, из одной эпохи в другую полный удивительных секретов и тайн. Вы не узнаете лица вечных артистов этого балагана, не запомните их имён, но они поселят в ваших душах свет и теплоту. Словно кусочки пёстрой мозаики они дополняют друг друга и излечивают сердца. Кто они? Откуда? Это лишь одна из множества тайн звездного купола Цирка. И чтобы разгадать её, придётся научиться видеть волшебство.