ЧАСТЬ 4

Барти успел подняться со стула раньше, чем Уизли вытащил палочку. Гермиона взмахом руки оплела путами Рона. Невербальная магия подметил я, а Гермиона не так проста как я думал, невербальная магия очень сложная и даже для меня нужно прилагать некоторые усилия.

- Ты совсем с ума сошла?! - рявкнул Рон, переводя взгляд с него на Гермиону. - Он Пожиратель смерти!

- Бывший аврор тоже когда-то был Пожирателем, - лениво заметил я. - Правда, в моём случае маска держалась куда убедительнее.

- Заткнись!

- Рон, - спокойно произнесла Гермиона.

Он будто не услышал.

- Ты понимаешь, что он делает?! Он играет тобой! Ты для них просто грязнокровка, Гермиона!

Она медленно повернула голову.

И я заметил перемену раньше самого Уизли.

Не вспышку ярости.

Холод.

Опасный, выверенный холод человека, который уже принял решение, просто остальные ещё не поняли этого.

- Не называй меня так, будто жалеешь, - тихо сказала она.

Рон растерялся лишь на секунду.

- Я не это имел в виду...

- Нет, именно это.

Она подошла к нему ближе.

Медленно.

Уверенно.

В халате, босая, с растрёпанными волосами - и всё равно выглядела так, будто контролирует всю комнату.

Интересно, понимал ли Уизли, насколько сильно проигрывает прямо сейчас.

- Ты пришёл сюда зачем? - спросила она. - Чтобы признаться мне в любви после того, как месяцами обвинял во всех ошибках?

- Гермиона...

- Или чтобы почувствовать себя хорошим человеком?

- Я люблю тебя!

Я тихо усмехнулся.

Как вовремя.

Уизли резко повернулся ко мне:

- А ты вообще заткнись! Ты больной псих!

- А ты удивительно медленный даже по меркам своей семьи.

- С удовольствием посмотрю, как тебя повесят!

- С удовольствием посмотрю, как ты наконец научишься думать раньше, чем открывать рот.

- Да пошёл ты-

- Хватит.

Голос Гермионы прозвучал негромко.

Но мы оба замолчали.

Она устало провела рукой по лицу, подошла к креслу и буквально упала в него, вытянув ноги. Рон всё ещё тяжело дышал от злости.

А она выглядела... утомлённой.

Не испуганной.

Не разбитой.

Просто смертельно уставшей от всего этого.

- Господи, как же вы оба шумите, - пробормотала она.

Я наблюдал, как она достаёт из ящика тонкую сигару.

Уизли уставился на неё так, словно видел впервые.

- Ты куришь?!

- Иногда.

Она щёлкнула пальцами, поджигая кончик.

Несколько секунд в комнате стояла тишина.

Только треск огня в камине.

И её спокойное дыхание.

Рон всё ещё пытался что-то сказать, но уже неуверенно:

- Гермиона... пожалуйста. Пойдём со мной. Мы можем всё исправить.

Она медленно выпустила дым.

- Нет, Рон.

- Ты не понимаешь, во что ввязываешься!

- Напротив, - спокойно ответила она. - Впервые за долгое время я всё прекрасно понимаю.

Потом она вдруг поднялась.

Резко.

Решительно.

Подошла к письменному столу и выдвинула нижний ящик.

Я видел бумаги.

Старые письма.

Документы.

Фотографии.

Что-то из её прошлой жизни.

Она даже не посмотрела на них толком - просто взяла стопку и бросила в камин.

Огонь мгновенно взметнулся вверх.

- Гермиона! - Рон шагнул вперёд.

Она не ответила.

Только развернулась и быстро поднялась наверх.

Я смотрел ей вслед и уже понимал.

Это не эмоциональный порыв.

Она не убегала.

Она закрывала дверь.

Навсегда.

Сверху послышался шум шкафов.

Рон нервно повернулся ко мне:

- Что ты с ней сделал?

Я усмехнулся.

- Ничего. Просто она наконец встретила человека, который её слушал.

- Она никогда не станет одной из вас.

- Уже становится.

Он хотел броситься на меня.

Правда хотел.

Но в этот момент Гермиона вернулась.

И даже я на секунду замолчал.

Строгая тёмная одежда, идеально сидящий пиджак, длинное пальто, волосы собраны назад. Ни следа той растрёпанной девушки в халате.

Теперь перед нами стояла ведьма, похожая скорее на молодого министра магии, чем на бывшую участницу Золотого трио.

Собранная.

Холодная.

Опасная.

И чертовски уверенная в себе.

В её руках была толстая папка с документами и несколько свитков.

Следом по лестнице спустился её огромный кот.

- Гермиона... - голос Рона дрогнул.

Она посмотрела на него спокойно.

Без ненависти.

Это было куда хуже.

- Мне жаль, что всё закончилось так, - сказала она.

- Тогда не делай этого!

Она чуть наклонила голову.

- Ты всё ещё думаешь, что это он меня заставил?

Рон замолчал.

И в его глазах впервые появилось понимание.

Не Барти Крауч уводил Гермиону Грейнджер.

Она уходила сама.

Она подняла палочку.

- Обливиэйт? - хрипло спросил он.

- Нет.

Вспышка света.

Рон рухнул на пол без сознания.

Гермиона даже не вздрогнула.

Только повернулась к столу, взяла небольшую стеклянную колбу с тёмной жидкостью и бросила её в камин.

Секунда.

Потом огонь стал ярче.

Слишком ярким.

Магическое пламя мгновенно поползло по комнате.

- Это был твой дом, - заметил я, наблюдая, как языки огня поднимаются по шторам.

Она подозвала кота, и тот тут же прыгнул ей на руки.

- Был.

Вот и всё.

Ни сожалений.

Ни слёз.

Только точка в конце предложения.

Она подошла ко мне.

Совсем близко.

В её глазах отражался огонь.

- Ну что, Барти, - тихо сказала она. - Покажешь мне новый мир?

Я смотрел на неё несколько долгих секунд.

На женщину, которая только что собственными руками уничтожила свою прошлую жизнь и даже не дрогнула.

Мерлин.

Какой же опасной она стала.

И как же это было красиво.

Я протянул ей руку.

Она приняла её без колебаний.

А через мгновение мир исчез в рывке аппарации, оставляя позади горящий дом, бессознательного Рона Уизли и пепел той Гермионы Грейнджер, которую они когда-то знали.