Глава 42: Пока цветёт магнолия

Летние вечера в Стороне были особенными. Тёплый воздух чуть колыхал шторы. Окна были распахнуты. На подоконнике — чашки, пустые, забытые. В комнате пахло полынью, костром, и... мятой. Из сада доносился мягкий смех других жителей, тихая музыка и шелест светлячков над фонарями.

Феликс лежал на ковре. В футболке и коротких шортах. Волосы спутаны. Ладонь под головой.

Хёнджин сидел у него над головой, расчесывая ему волосы гребнем, делая это с невероятной серьёзностью, как будто собирался их заплести в невероятную причёску.

— Ты понимаешь, что возишься с этим уже двадцать минут? — лениво спросил Феликс, прикрыв глаза.

— Я художник, — отозвался Хёнджин, — а ты — холст. А ещё... у тебя просто приятная голова.

Феликс хихикнул.

— Это признание?

— Нет. Это диагноз.

☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽ﾟ･⋆｡☆⋆｡

Позже они вышли на крыльцо. Сели на ступеньки, касаясь плечами. Феликс уставился в небо.

— Помнишь, как ты ревновал меня к Рейду, когда я с ним начал обсуждать арканы магического слияния?

— Я не ревновал. Я... оценивал угрозу, — фыркнул Хёнджин.

— Угроза?

— Он красив, знает всё на свете и на голову выше меня. Ещё и носит чёрное. Это автоматически делает его... опасным.

Феликс засмеялся.

— А ты знаешь, что я тогда чувствовал?

— Что?

— Что ты такой дурак. Но мой. И я бы выбрал тебя даже если бы Рейд предложил мне трон всего нижнего мира.

Хёнджин замолчал. Потом склонился и уткнулся носом в его плечо.

— Иногда ты говоришь такие вещи, что я начинаю бояться себя. Потому что люблю тебя... слишком.

— Эй, — Феликс взял его за подбородок. — Не «слишком». А ровно настолько, чтобы я каждый раз чувствовал себя живым.

☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽ﾟ･⋆｡☆⋆｡

Они молчали. Слушали ночь. Магнолия цвела за спиной, её аромат смешивался с тишиной. 

— А если однажды мы постареем? — спросил Феликс. — Если я стану морщинистым, занудным и начну носить тапки?

— Тогда я куплю себе такие же. И будем ворчать в унисон. А потом я укутаю тебя пледом и скажу: «Ты всё ещё мой свет».

Феликс положил голову ему на плечо.

— А магнолия?

— Она будет цвести. Пока мы — это мы.

И пока звёзды смотрели сверху, двое сидели рядом. Ничего не происходило. И именно в этом — была их магия.