Баланс - это Б****

Гарри всегда не везло. Не то чтобы с ним никогда не случалось ничего хорошего - он бы счел, что Дадли, проснувшемуся покрытым жгучими фурункулами после его избиения, здорово повезло - просто он был ... склонен к несчастным случаям.

Сначала это были такие вещи, как поскользнуться в душе, или споткнуться о шнурки на ботинках, и чуть не напороться на садовые ножницы, или утечка газа, когда он был дома один. Но каждый раз, когда случалось что-то подобное, Гарри просто отмахивался от этого и считал, что ему повезло, что он остался невредим. В конце концов, по мере того, как он становился старше, они становились все более жестокими и гораздо опаснее: когда его чуть не сбил фургон, которого он даже не видел, когда он споткнулся или поскользнулся в воздухе, он успевал спохватиться, прежде чем упасть на что-то острое, или неожиданные болезни, которые затронули только его и исчезли как раз тогда, когда его родственники были - неохотно - на грани того, чтобы отвезти его в больницу, чтобы у них не было очень мертвого племянника на руках.

Когда Гарри упомянул о подозрительных инцидентах своему воображаемому другу из сна, он поделился тем, как он беспокоился, что некоторые из событий на самом деле подстроили его родственники, пытающиеся причинить ему боль или избавиться от него. Его спутник от души рассмеялся над этим предложением и отклонил его взмахом своей обугленной костлявой руки. "Ерунда!" Он сказал: 'Мы оба знаем, что твои родственники слишком сильно боятся тебя, чтобы попробовать что-то настолько ... необычное .' Он отмахнулся странно звучным баритоном, в котором были приглушенные нотки, как будто все в мире слушали его, даже не повышая голоса, древнего и нечеловеческого. И поэтому он продолжил. "То, что происходит, - это просто равновесие, Гарри".

"Я не понимаю, 'равновесие?" Его собеседник всегда был загадочен до невозможности, поэтому Гарри не удивился, получив еще один расплывчатый и сбивающий с толку ответ.

'Последняя попытка вселенной сбалансировать то, с чем умышленно играют. Однако этого будет недостаточно, чтобы прервать события. Я мало что могу сказать тебе сейчас, ты поймёшь все через несколько лет, когда тебе исполнится одиннадцать. Просто будь в безопасности и осторожен.' Он закончил серьезным тоном, который Гарри достаточно часто использовал в разговорах со взрослыми, чтобы его воспринимали более серьезно. Прежде чем Гарри смог попытаться разобрать эти слова и извлечь из них хоть какое-то понимание, его спутник продолжил.

'Я собирался подождать еще немного, чтобы начать готовить тебя ... но это не может ждать, если ты уже используешь столько случайной магии. Тебе нужно будет контролировать это до того, как ты пойдешь в школу. Будет трудно общаться с тобой, пока ты бодрствуешь тем что ещё не пришло время, которое я назначил, но, приложив немного больше усилий, я смогу направить тебя туда, где тебе нужно быть, не пересекая завесу. Мне нужно как можно лучше подготовить тебя к тому миру, иначе тебя разжевают и выплюнут, как только ты туда попадешь". Фигура в плаще размышляла, больше для себя, чем для Гарри, в то время как многие другие ключевые моменты отсутствуют .

"Я не понимаю" - фраза, которую Гарри в тот момент начинал ненавидеть: "О чем ты?!" О каком мире? Его сны, конечно, были странными!

Гарри мог чувствовать веселье собеседника, поскольку оно, казалось, эхом отдавалось вокруг них и сотрясало черную пустоту, окружающую их, как будто они поселились в чьих-то легких, которые сотрясались от смеха .

'Магия, Гарри! Ты был волшебником с самого рождения, и до этого момента от тебя скрывали немало вещей. Существует целый тайный мир, и я научу тебя лучшему, что смогу, чтобы тебе не пришлось полагаться на тех, кто не заботится о твоих интересах, когда ты туда попадешь. Я расскажу тебе о волшебном этикете, заклинаниях и магии, прежде чем ты получишь свою палочку, о том, чего ожидать в ближайшие годы, кто ты и откуда пришёл ". И он именно это и сделал.

Той ночью существо, населявшее сны Гарри, продолжило объяснять, как появились волшебники и ведьмы и что оба его родителя были волшебниками. В отличие от других времен, которые снились Гарри, здесь время текло чрезвычайно медленно, а не слишком быстро. Гарри сидел на деревянном стуле-это было на удивление комфортно-для того, что казалось часами, слушая сказку, которая, казалось, более сложной и удивительной , чем он когда-либо читал раньше.

В какой-то момент существо сделало паузу в своем объяснении о первой войне волшебников, и внезапная тишина вывела Гарри из благоговейного транса, в который он был погружен, слушая. Его спутник, казалось, смотрел на что-то слева через плечо Гарри. Прежде чем Гарри смог повернуться, чтобы посмотреть, что привлекло его внимание, фигура заговорила.

'Уже почти рассвет; ты скоро проснешься. Я не смогу разговаривать с тобой пока ты не спишь, по крайней мере еще несколько дней, но мы продолжим этот разговор, когда ты снова уснешь сегодня вечером.' Сказал он с легким сожалением в голосе из-за того, что не смог продолжить, но, по-видимому, не совсем встревоженный. Прежде чем Гарри проснулся, что, как он действительно чувствовал, вскоре произойдет, у него возник животрепещущий вопрос, он ждал паузы в обсуждении, чтобы озвучить.

"Подожди!" Гарри поднял руку, и хотя существо физически не отодвигалось, Гарри все равно почувствовал, что теперь, когда он был близок к сознанию, расстояние между ними увеличивалось. "Скажите мне, кто вы. Если вы хотите, чтобы я слушал, если вы настаиваете на том, чтобы так часто навещать меня в моих снах, то будет вежливо представиться ". Гарри заявил приятным, но твердым тоном. Существо разразилось безудержным смехом, его плечи затряслись, а тело откинулось назад от силы этого смеха. Гарри не чувствовал, что над ним смеются, он просто терпеливо ждал, пока тот успокоится, прежде чем одарить его многозначительным взглядом, который говорил, что он все еще ждет ответа.

"Я рад, что выбрал тебя, дитя". Небрежно сказал он, прежде чем выпрямиться и вернуться к своему невозмутимому поведению. 'Ты уверен, что хочешь знать? Если я скажу тебе, ты будешь ... напуган". Спросил он, в его голосе все еще звучало веселье.

Гарри приподнял бровь. Не впечатленный скрытым подтекстом этих слов.

"Тогда ты, должно быть, плохо меня знаешь. Потому что, если бы ты знал, то в этом мире мало чего меня больше пугает. Я не настолько наивен, чтобы думать, что я сильнее всего и поэтому ничего не сможет причинить мне вреда. Я просто понимаю, что в этом мире происходит много плохих вещей, и мы едва можем контролировать хорошие вещи, так зачем тратить время, притворяясь, что мы можем контролировать плохое? " Гарри уставился в черную бездну теней, которые, казалось, разрастались под капюшоном плаща фигуры, на лицо, которое, как он знал, было там, но он не мог видеть.

"Как цинично для такого молодого человека". Все, что было сказано существом, не прозвучало разочарованно. Гарри слегка нахмурился от того, что его слова были неправильно поняты.

"Не цинично. Я не говорю, что в этом мире нет ничего хорошего или что вы должны отказаться от счастья. Просто страх направлен на то, чего мы не понимаем. " Гарри не был циником, он просто знал по опыту, что, впустив страх, тени станут только темнее, превратят обычных людей в монстров и не позволят ему открыть глаза и жить своей жизнью, делая то, что должно быть сделано. Гарри не был бесстрашным, только идиот мог утверждать такое. Страх помогает сохранять бдительность и безопасность, но слишком сильный страх может иметь противоположный эффект. Это может быть изнурительным.

Его спутник внимательно изучал лицо Гарри, пока у него в голове происходил свой собственный небольшой разгром из-за слова "циничный". Теперь, когда Гарри снова сосредоточился, он почувствовал, как поток сознания снова уводит его от фигуры, хотел ли кто-то из них, чтобы его утащили от разговора, или нет. Как раз в тот момент, когда Гарри подумал, что не получит ответа, существо заговорило с веселой улыбкой в ответ на его гулкий и леденящий душу голос.

'Я Смерть, Гарри Поттер. Жнец Душ и завершение всего существующего". Окончательность этих слов эхом отозвалась в голове Гарри, когда он резко выпрямился на своей маленькой кроватке в шкафу. Его сердце билось в груди, как колибри, и на этот раз детали сна оставались болезненно яркими и четкими в его сознании наяву. В голове у него так больно стучало, как будто сон был вырезан и вытатуирован на внутренней стороне его черепа.

Гарри знал, что это смешно, но каждый раз, когда он говорил себе, что это был всего лишь сон и фигура в его сознании лгала, это звучало как ложь даже для его собственного мозга.

После того, как Гарри приснился сон о существе, называющем себя Смертью, Он проснулся, готовый отбросить нелепую идею и списать ее на чрезмерно активное воображение ребенка, неспособного вести себя как ребенок в реальной жизни. На что Гарри, однако, не рассчитывал, так это на знакомый голос, раздавшийся прямо у него за ухом.

Когда это случилось в первый раз, два дня спустя, Гарри готовил завтрак и от неожиданности выронил сковородку из рук и умудрился забрызгать ноги горячим жиром. Ожоги были болезненными, но не серьезными, и он получил всего лишь удар по голове, ушиб правого ребра и несколько дней без еды от своей тети за беспорядок, который он устроил. Могло быть гораздо хуже, если бы сковорода расплавилась или покоробила линолеум на кухонном полу, Гарри ожидало бы гораздо худшее наказание. Получение более суровых наказаний, чем это, было необычным для Гарри - не потому, что его родственники неохотно наказывали его, Гарри просто быстро научился не облажаться, если этого вообще можно было избежать.

Знакомый голос почти ничего не сказал, только то, что позже он снова поговорит с Гарри о его магии и о том, чтобы они могли начать практиковаться. Пока Гарри сидел в своей кладовке все дни своего наказания, он продолжал слышать голос в течение всего дня. К четвертому дню, когда он застрял в кладовке, а не в школе, его спутник стал значительно яснее и мог говорить гораздо дольше.

Гарри смирился с тем фактом, что сошел с ума. Только сумасшедшие слышат голоса в тишине, только сумасшедшие слушали голоса в тишине.

Прошла еще неделя, прежде чем произошло что-то еще. Под "еще" он, конечно, имел в виду 'безумие'. Гарри ухаживал за садом, когда заметил, что все ярко-фиолетовые петунии, которые он поливал только вчера, сморщились и превратились в коричневую и уродливую шелуху. На мгновение Гарри, потрясенный и сбитый с толку, почувствовал, что прямо у него на глазах произошла какая-то божественная метафора, но он быстро пришел в себя и почувствовал нарастающий ужас, глядя на кладбище цветов.

Гарри запаниковал и повернулся, чтобы схватить пульверизатор в отчаянной надежде опрыскать цветы до того, как их заметит тетя. Когда Гарри обернулся с бутылкой, вместе с тем, каждый петуния сверкала яркими и насыщенным цветами .

Гарри нахмурился и подозрительно уставился на цветы, как будто мог застать их за притворством мертвыми, если бы подождал достаточно долго. Тяжело вздохнув, Гарри вернулся к текущей работе, хотя так и не смог полностью выкинуть этот инцидент из головы.

Обычно Гарри мог легко отмахиваться от странных и необычных вещей, которые происходили вокруг него, но он все еще был ребенком, и с тех пор, как его друг вбил ему в голову мысль, что он может быть кем-то большим, чем просто Гарри, он не мог отмахиваться от происходящего так легко, как раньше. Гарри никому бы в этом не признался, но ему не терпелось поддаться иллюзиям. На самом деле он не возражал, если это сводило его с ума, он не чувствовал себя сумасшедшим.

После нескольких недель "ознакомления со своей магической сущностью" (как объяснил Смерть, Гарри это показалось просто какой-то странной формой медитации) Гарри, наконец, что-то сделал.

Смерть - Гарри был недоволен тем, что назвал своего спутника этим титулом, но тот настоял - научил его своему первому 'заклинанию', как только почувствовал, что Гарри готов. Гарри так часто закатывал глаза за последнюю неделю, что боялся, что у него напрягутся глазные мышцы. Гарри был потрясен, когда он сумел бросить алохомора на дверь кладовки и услышал мягкий металлический щелчек прежде чем дверь распахнулась.

- Я не могу поверить, что это сработало... - пробормотал Гарри себе под нос, все еще таращась на слегка приоткрытую дверь.

'Конечно, это сработало! Это одно из самых простых заклинаний, которое ты узнаешь в первый год обучения. Я бы предложил что-нибудь еще попроще, но я предположил, что это тебе понравится больше.' Самодовольный тон Смерти стал немного серьезнее, и Гарри уловил, что он имел ввиду. Его спутник подсказал ему выход! И Гарри мог это оценить.

Это означало, что у Гарри был выход из чулана ночью, чтобы достать еду, если его наказывали. Это означало, что его родственники больше не смогут запереть его, если ему понадобится выбраться. Это означало, что магия реальна!

От этого окончательного осознания у Гарри закружилась голова, и надежда, которая упрямо вспыхивала в нем слишком быстро, чтобы он мог ее искоренить, теперь имела причину быть там.' Это реально! Это реально, и это значит, что я могу уйти! Я смогу пойти в эту замечательную школу волшебства и научиться многому !' У Гарри так кружилась голова, что он почувствовал безумное желание немедленно собрать все свои вещи и ждать у почтового ящика своего письма, хотя до него оставались еще годы.

'О боже, неужели холодный и стойкий ребенок наконец-то согрелся?' Тон Смерти буквально сочился весельем. Выражение лица Гарри стало абсолютно бестрастным , когда он огрызнулся на существо.

"Хватит об этом!" Мысленно прошипел он, зная, что его собеседник услышит проекцию громко и ясно. Гарри был раздражен еще несколько мгновений, прежде чем ему в голову пришла мысль, и он спросил Смерть об этом.

'Если магия исходит из вашей сути и мы можем творить заклинания без палочек, тогда зачем мне палочка? Они делают что-нибудь особенное?" Спросил Гарри, чувствуя себя все более комфортно, чем дольше он смотрел на открытую дверь.

'Волшебные палочки служат фокусом или воронкой для магии, вместо того чтобы просто направлять как можно больше магии на заклинание, пока оно не сработает. Это не только отнимает огромное количество энергии, если вы не привыкли к беспалочковой магии, но и практически невозможно для многих ведьм и волшебников, потому что у них либо недостаточно силы, либо концентрации, чтобы владеть беспалочковой магией. Беспалочковая магия намного сложнее, но со временем, безусловно, можно научиться контролировать поток магии, чтобы заклинания не оказывались сильнее и ты не истощал свою магию. Это также означает, что ты не будешь беззащитен без волшебной палочки. Вдобавок ко всему, когда тебе исполнится одиннадцать, на тебе будет наложен След, так что ты не сможешь колдовать несовершеннолетним за пределами волшебной школы чародейства и волшебства Хогвартс. Всякий раз, когда человек, не достигший установленного законом возраста, использует магию или магия используется вокруг него, След отправляет сообщение в Министерство магии, и этот человек получает предупреждение, а затем наказывается за любые последующие проступки. Однако здесь есть лазейки. Если ты находишься в присутствии взрослого волшебника, он не сможет отличить, от кого исходило заклинание. След связан с использованием волшебной палочки для любого вида заклинаний, поэтому о магии без палочки не сообщается. След аннулируется на территории школы, и он остается до вашего прибытия в Хогвартс, а это значит, что у нас будет короткий промежуток времени, чтобы познакомить тебя с использованием волшебной палочки, прежде чем ты уйдешь '. Объяснила Смерть.

' Итак, в целом : неиспользование волшебной палочки привлечет к тебе слишком много внимания, а ее использование сделает все твои заклинания более точными и мощными. В продолжении практиковать беспалочковую магию также есть огромное преимущество, поскольку это сохраняет вашу магическую суть острой и под контролем. Учитывая, что у тебя много магии, позволить себе лениться и пользоваться только палочкой сделает твою магию еще более трудноуправляемой и может причинить тебе вред. Кроме того, заклинания, произносимые с помощью волшебной палочки, записываются на самой палочке и, следовательно, могут быть замечены другими, если их проверить, в то время как магия без палочки недоступна, и она не оставляет вас беззащитными, когда вы без палочки. Когда ты получишь свою палочку, используй ее в присутствии других и на занятиях, но если ты один, попробуй попрактиковаться с ней здесь и там '.

Одной из вещей, которыми Гарри восхищался в своем знакомом, был тот факт, что, за исключением нескольких случайных намеков на какое-то грандиозное событие, которое должно было произойти в его одиннадцатый день рождения, он всегда был предельно честен и открыт в отношении информации, которую давал Гарри. Если Гарри задавал вопрос, даже если он не хотел знать правду, он всегда получал ответ без каких-либо придирок или умолчаний