Глава 10. Двое из детдома

Прошёл год после свадьбы родителей.

Элиас и Алекс сидели на балконе своей квартиры, как делали это тысячи раз. Пили чай. Смотрели на звёзды. Но сегодня Элиас был странно напряжён. Вертел в руках кружку, не пил.

— Ты чего? — спросил Алекс.

— Думаю, — ответил Элиас.

— О чём?

— О нас. О будущем. О том, что мы уже год как вместе, а всё никак...

— Что «никак»?

Элиас поставил кружку. Повернулся к Алексу.

— Я хочу детей, — сказал он. — Не сейчас. Но скоро. Я хочу, чтобы в нашем доме был смех. Чтобы кто-то звал нас папами.

Алекс смотрел на него. Не улыбался. Не хмурился. Просто смотрел.

— Ты серьёзно? — спросил он.

— Никогда не был серьёзнее.

Алекс отставил свою кружку. Подошёл к Элиасу. Сел рядом.

— Я тоже хочу, — сказал он. — Давно. Боялся говорить.

— Почему?

— Думал, ты не готов. Твоя карьера, концерты, съёмки...

— Карьера без тебя и без семьи ничего не стоит, — ответил Элиас. — А дети — это мы. Продолжение нас.

Алекс обнял его. Крепко.

— Тогда решено, — сказал он. — Берём детей.

— Не сейчас, — уточнил Элиас. — Через год. Когда я закончу тур.

— Через год, — согласился Алекс.

Они поцеловались. Долго, медленно. Никуда не спешили.

---

Через год они поехали в детдом.

Элиас закончил тур. Алекс взял паузу в танцах. Они были готовы.

Директор детдома встретил их в кабинете. Разложил бумаги, фотографии.

— У нас есть малыши, — сказал он. — От года до трёх.

— А те, кому больше? — спросил Элиас. — Кого редко берут?

Директор замялся.

— Есть двое. Кирилл и Даниил. Им по пятнадцать. Они... сложные.

— В каком смысле?

— Держатся вместе. Не подпускают никого. Несколько раз их хотели забрать по отдельности — они сбегали. А вместе их никто не берёт. Двое подростков — это дорого, хлопотно...

— Мы заберём их вместе, — сказал Алекс. — Только вместе.

Директор удивился. Но повёл их в комнату.

---

Комната была маленькой, на двоих.

Кирилл сидел на подоконнике, смотрел в окно. Тёмные волосы, замкнутый взгляд. Даниил лежал на кровати, листал старый журнал. Светлые волосы, улыбка — но не настоящая, дежурная.

— Здравствуйте, — сказал Элиас.

Кирилл не обернулся. Даниил поднял голову:

— Здрасьте.

— Нас зовут Элиас и Алекс, — сказал Алекс. — Мы хотим забрать вас отсюда. Вместе. Не по отдельности. Вдвоём.

Кирилл впервые повернул голову. Взгляд — колючий, недоверчивый.

— Зачем? — спросил он хрипло.

— Потому что мы тоже были такими, — сказал Элиас. — Я — как ты. Злой на весь мир. Он — как Даниил. Улыбался, когда хотелось плакать.

Алекс кивнул.

— Мы не хотим быть вашими родителями, если вы не готовы. Мы хотим быть теми, кто не бросит.

Даниил перестал улыбаться. Впервые — по-настоящему. Убрал дежурную маску.

— Вы нас заберёте? Обоих? — спросил он тихо.

— Обоих, — ответил Алекс. — Только так.

Кирилл посмотрел на Даниила. Даниил посмотрел на Кирилла. Они переглянулись. Это длилось секунду. Но в этой секунде было всё — годы в детдоме, страхи, надежды, обещания, которые никто не сдерживал.

— Мы согласны, — сказал Кирилл.

---

Первые дни дома были трудными.

Кирилл не разговаривал. Сидел в своей комнате, смотрел в стену. Даниил улыбался, но улыбка была той самой — дежурной, за которой ничего не было.

Элиас и Алекс не давили. Готовили еду. Спрашивали, как дела. Не лезли в душу.

— Они нас выгонят, — шептал Кирилл ночью.

— Нет, — отвечал Даниил. — Они не такие.

— Откуда знаешь?

— По глазам вижу. Они любят друг друга. И нас, кажется, тоже.

Через неделю Кирилл заговорил первым.

— Можно я посмотрю на твою лошадь? — спросил он Элиаса.

— Можно, — ответил Элиас.

Они пошли в конный клуб. Кирилл гладил Ветра. Впервые за долгое время он улыбнулся — не дежурно, а по-настоящему.

— Красивая, — сказал он.

— Хочешь научиться кататься?

— А можно?

— Всё можно, — ответил Элиас. — Ты теперь дома.

Кирилл кивнул. Не заплакал, но был близко.

---

Даниил потянулся к танцам.

Он увидел, как Алекс танцует в гостиной — просто так, под музыку, после тренировки. Замер в дверях.

— Научишь меня? — спросил он.

— Научу, — ответил Алекс.

Они начали заниматься. Даниил оказался талантливым — пластичным, музыкальным, чувствующим ритм.

— У тебя дар, — сказал Алекс.

— Правда?

— Правда. Будешь знаменитым.

Даниил улыбнулся. Впервые — не дежурно. Настоящей улыбкой, от которой засветились глаза.

---

Элиас и Алекс заметили, что Кирилл и Даниил слишком близки.

Они постоянно были вместе. Спали на соседних кроватях, но часто перебирались друг к другу. Держались за руки, когда думали, что никто не видит.

— Тебе не кажется? — спросил Алекс Элиаса.

— Кажется, — ответил Элиас. — Они как мы.

— Ты думаешь, они...

— Не знаю. Но мы должны быть осторожны. Не повторить ошибок наших родителей.

Они решили наблюдать. Не давить. Не спрашивать. Ждать, когда парни сами захотят рассказать.

Прошёл месяц. Два. Кирилл и Даниил не рассказывали. Но их взгляды, их касания — всё говорило само за себя.

---

Однажды Элиас вернулся домой раньше обычного.

Зашёл в комнату Кирилла и Даниила. Дверь была приоткрыта. Он заглянул.

Кирилл и Даниил сидели на кровати в обнимку. Кирилл гладил Даниила по голове. Даниил целовал Кирилла в щёку. Не по-дружески. По-другому. Медленно, нежно, как целуют того, кого любят.

Элиас замер. Кирилл заметил его. Глаза стали огромными от страха.

— Папа, мы не... — начал Кирилл.

— Мы просто... — добавил Даниил.

Элиас закрыл дверь. Прислонился к косяку. Сердце колотилось. Он узнавал этот взгляд. Этот страх. Потому что сам так смотрел на Алекса. И боялся, что кто-то увидит.

Он рассказал Алексу.

— Они как мы, — сказал Элиас.

— Они боятся, — ответил Алекс. — Как мы боялись.

— Что нам делать?

— Не повторить ошибок наших родителей.

---

Элиас и Алекс сели с Кириллом и Даниилом на кухне.

Заварили чай. Сели за стол. Кирилл сжимал кружку так, что костяшки побелели. Даниил смотрел в пол.

— Мы не злимся, — сказал Элиас. — Мы любим вас. Обоих.

— Вы не выгоните нас? — спросил Даниил тихо.

— Нет, — ответил Алекс. — Мы сами такие. Мы с Элиасом — пара. Мы любим друг друга. И мы никогда не сделаем вам больно за то, какие вы есть.

Кирилл поднял голову. В его глазах стояли слёзы. Он не плакал с десяти лет.

— Нас в детдоме били, когда узнали, — прошептал он. — За то, что мы... что мы любим друг друга.

Элиас и Алекс переглянулись.

— Здесь никто вас не тронет, — сказал Элиас. — Вы дома.

Даниил заплакал. Кирилл обнял его. Элиас и Алекс смотрели на них. Держались за руки под столом.

— Спасибо, — прошептал Кирилл. — Папа.

Элиас не плакал. Но было близко.

---

После разговора Кирилл и Даниил перестали прятаться.

Не при родителях — при них они вели себя как братья. Но когда никого не было — держались за руки, обнимались, спали в одной кровати.

Элиас и Алекс не делали замечаний. Не говорили «не при нас». Они просто были рядом. Поддерживали. Защищали.

— Они как мы, — сказал однажды Алекс.

— Даже лучше, — ответил Элиас. — У них не было битого стекла.

— И измены.

— Им повезло.

— Им повезло, что у нас был плохой пример, — усмехнулся Элиас. — Они не повторят наши ошибки.

Алекс засмеялся. Поцеловал Элиаса.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тебя больше, — ответил Элиас.

Они смотрели, как Кирилл и Даниил сидят на балконе, обнявшись. Смотрели на звёзды. Как когда-то сами.