Глава 20. Июнь - финальный концерт, решение

В конце учебного года был большой концерт — отчётный. Я играла сольную программу: Бах, Шостакович, Канчели. Вера Павловна была довольна.

— Ты выросла, Шубегура, — сказала она после репетиции. — Теперь ты не играешь музыку — ты её проживаешь.

Я улыбнулась. Я чувствовала это — внутри меня что-то изменилось. Я стала сильнее. Не жёстче, а именно сильнее — как дерево, которое выросло на ветру.

Концерт прошёл хорошо. Я не боялась — я наслаждалась. Зрители хлопали, преподаватели кивали, Настя и Катя махали из первого ряда.

После концерта я стояла в коридоре и разговаривала с Верой Павловной. Она говорила о летней практике, о планах на следующий год.

И в этот момент я увидела её.

Она стояла в конце коридора. У двери, ведущей на улицу. В чёрной куртке, с короткими волосами, с глазами, которые смотрели только на меня.

Я замерла. Вера Павловна что-то говорила, но я не слышала.

— Извините, — сказала я и пошла к ней.

Она не двинулась с места. Стояла, сжав руки в карманах. Когда я подошла, я увидела, что её глаза красные — она плакала.

— Адель, — сказала я. Голос был чужим.

— Привет, Саша, — ответила она. Голос хриплый, как у курящей.

— Что ты здесь делаешь?

— Смотрела на тебя. — Она усмехнулась. — Ты прекрасно играла. Ты всегда прекрасно играла.

— Зачем ты пришла?

Она опустила глаза.

— Хотела увидеть тебя. Просто увидеть. Спросить, как ты.

Я смотрела на неё. На её бледное лицо, на тени под глазами, на то, как она кусает губу — так же, как в детстве, когда боялась сказать правду.

— Ты написала мне записку, — сказала я.

— Да.

— Ты следила за мной?

— Нет. Не следила. Просто... иногда приходила. Послушать. Ты не знаешь, как ты играешь. Это... это как дышать. Я не могу не приходить.

Я молчала. Внутри меня боролись злость, боль, любовь — всё сразу.

— Адель, — сказала я. — Ты не можешь вот так появляться. Ты не можешь мне писать и исчезать. Ты не можешь подкладывать шарики на подушку и делать вид, что ничего не произошло.

— Я знаю, — сказала она. — Я знаю, что не могу. Но я не умею по-другому.

Она шагнула ко мне. Я шагнула назад.

— Не подходи, — сказала я.

Она остановилась. Смотрела на меня с мольбой, которую я не могла вынести.

— Саша, я люблю тебя, — сказала она. — Я никогда не переставала. Я врала себе, врала тебе, врала всем. Но я не могу больше врать. Я хочу быть с тобой. Если ты позволишь.

Я смотрела на неё. Внутри меня всё рушилось — стены, которые я строила годами, падали как карточный домик.

— Я не могу сейчас, — сказала я. — Мне нужно подумать.

— Я подожду, — сказала она.

— Не здесь. Не сейчас. Дай мне время.

Она кивнула. Повернулась. И ушла.

Я стояла в коридоре одна. Смотрела на закрывшуюся дверь. Чувствовала запах ментоловых сигарет, который остался в воздухе.

И понимала, что моя новая жизнь только началась. И что она будет сложной. Но я была готова.