30 глава эпилог

Пять лет спустя. Канвондо. Маленький городок у моря.

Сохён проснулась от того, что в окно светило солнце.

Она не помнила, когда в последний раз просыпалась от солнца — обычно её будил Минхо, который вставал раньше и варил кофе. Но сегодня он, видимо, решил дать ей поспать.

Она потянулась, улыбнулась и открыла глаза.

Минхо сидел на краю кровати, одетый, с чашкой кофе в руках, и смотрел на неё.

— Ты смотришь, — сказала она сонным голосом.

— Я всегда смотрю, — ответил он. — Ты красивая, когда спишь.

— Ты говоришь это каждое утро.

— Потому что это правда каждое утро.

Она села, взяла чашку. Кофе был горячим, крепким, с молоком — именно таким, как она любила.

— Который час?

— Восьмой, — сказал он. — Ты проспала.

— Я устала, — сказала она. — Вчера поздно закончила картину.

— Знаю, — он поцеловал её в лоб. — Я смотрел, как ты работаешь. Ты не заметила.

— Ты шпионишь за мной?

— Я любуюсь тобой, — поправил он. — Есть разница.

Она улыбнулась. Встала, накинула халат, подошла к окну.

Море было спокойным — синим, бесконечным, сливающимся с небом на горизонте. Чайки кричали над водой. Рыбаки выходили в море на своих лодках.

— Красиво, — сказала она.

— Красиво, — согласился он, подходя сзади и обнимая её за талию.

— Ты не устал от этого вида?

— Я не устаю от того, что делает меня счастливым, — ответил он. — А море и ты — это единственное, что делает меня счастливым.

Она повернулась к нему. Поцеловала.

— Ты становишься сентиментальным, Ли Минхо.

— Это ты на меня плохо влияешь, — ответил он. — Раньше я был суровым хулиганом.

— А теперь?

— А теперь — суровый хулиган, который рисует тату и любит свою жену.

Она рассмеялась.

— Я ещё не твоя жена.

— Будешь, — сказал он. — Я жду только твоего согласия.

— Ты не предлагал.

— Предлагал. Тысячу раз. Ты каждый раз говоришь «да», а потом мы идём пить кофе и забываем.

— Потому что я не верю, что ты серьёзно, — сказала она.

Он взял её за руку. Встал на одно колено.

— Ким Сохён, — сказал он. — Ты выйдешь за меня замуж?

Она смотрела на него. В его глаза — чёрные, тёплые, любящие. В его улыбку — ту самую, которую никто не видел, кроме неё. В его руки — в шрамах, но нежных, когда они касались её.

— Ты серьёзно? — спросила она.

— Абсолютно, — ответил он. — У меня даже кольцо есть.

Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку. Открыл. Внутри было простое серебряное кольцо с маленьким бриллиантом.

— Оно не дорогое, — сказал он. — Я купил его на первые деньги с мастерской. Но оно честное.

Она заплакала.

— Ты дурак, Ли Минхо.

— Я знаю, — сказал он. — Так ты согласна?

— Да, — сказала она сквозь слёзы. — Да, да, да.

Он надел кольцо ей на палец. Встал. Поцеловал.

— Наконец-то, — сказал он. — Я уж думал, ты будешь вечно отнекиваться.

— Я ждала, пока ты сделаешь это по-настоящему, — сказала она. — Не между делом, а серьёзно.

— Я всегда был серьёзен, — сказал он. — Просто боялся.

— Чего?

— Что ты откажешь.

Она обняла его.

— Никогда не откажу, — сказала она. — Ни за что.

Они стояли у окна, обнявшись, и смотрели на море.

Внизу, на первом этаже их маленького дома, ждала мастерская Минхо — «Король не танцует». Он открыл её три года назад, и с тех пор к нему приезжали клиенты даже из Сеула. Он рисовал тату — не просто рисунки, а истории. Истории о любви, о боли, о надежде. О том, что даже сломанное может летать.

Рядом была студия Сохён. Она писала картины — море, чаек, горы, портреты. Иногда — его. Он был её любимой моделью. Он терпел, потому что любил её. И потому что знал — когда она рисует, она счастлива.

У них не было много денег. Но им хватало. На жизнь, на еду, на кота — пушистого рыжего наглеца по имени Мин (Сохён назвала, Минхо не спорил).

У них была любовь. Та самая, за которую боролись. Та, ради которой он чуть не умер. Та, ради которой она ждала в больничном коридоре, не смыкая глаз.

У них была жизнь. Простая. Тихая. Счастливая.

Через месяц они поженились.

Скромно — в мэрии, без гостей, только Сынмин, Чанхо, Джиён, Соджин, Хёк и отец Сохён. Платье Сохён было белым, простым, купленным в маленьком магазинчике на набережной. Костюм Минхо — чёрным, тем же, в котором он ходил на суд.

— Ты будешь смеяться, — сказала она перед церемонией. — Но я волнуюсь.

— Я тоже, — признался он.

— Ты? Хулиган, бандит, король школы?

— Тот, кто чуть не потерял тебя несколько раз, — сказал он. — И наконец-то получил навсегда.

Она поцеловала его.

— Навсегда, — повторила она.

Сынмин был свидетелем. Он плакал — и не скрывал. Чанхо хлопал Минхо по плечу и говорил: «Ты везучий дурак». Джиён, Соджин и Хёк принесли цветы. Отец Сохён держал её за руку и шептал: «Я горжусь тобой, доченька».

Мэр сказал несколько слов. Они расписались. Поставили печати.

— Теперь вы муж и жена, — сказала мэр. — Можете поцеловаться.

Они поцеловались. Долго. Нежно. Так, как будто время остановилось.

— Я люблю тебя, Ли Минхо, — сказала она.

— Я люблю тебя, Ким Сохён, — ответил он.

— Теперь Ким Сохён больше нет, — улыбнулась она. — Есть Ли Сохён.

— Ли Сохён, — повторил он, пробуя на вкус. — Красиво звучит.

— Как наша история, — сказала она.

Вечером они сидели на крыше своего дома, смотрели на звёзды и слушали море.

— Минхо, — сказала она.

— Мм?

— Ты счастлив?

Он подумал.

— Я никогда не знал, что такое счастье, — сказал он. — Думал, что это когда нет боли. Но теперь я знаю — счастье это когда есть ты.

— Красиво, — сказала она.

— Это правда, — ответил он.

Она положила голову ему на плечо.

— Я тоже счастлива, — сказала она. — Потому что ты у меня есть.

Он поцеловал её в макушку.

— Навсегда, — сказал он.

— Навсегда, — ответила она.

Ночью они лежали в постели, и за окном шумело море.

— Минхо, — прошептала она.

— Мм?

— Я хочу тебя.

Он повернулся к ней. Посмотрел в глаза.

— Я твой, — сказал он. — Всегда.

Он поцеловал её. Медленно. Нежно. Так, как целуют чудо, в которое не верили, но оно случилось.

Она ответила. Её пальцы скользнули под его футболку. Его — в её волосы.

— Ты красивая, — сказал он.

— Ты говоришь это каждый день.

— Потому что это правда каждый день.

Он раздевал её медленно — как будто в первый раз. Но это был не первый раз. Это был лучший раз. Потому что теперь они были мужем и женой. Потому что теперь у них была целая жизнь впереди.

— Минхо, — прошептала она.

— Что?

— Спасибо, что не сдался.

— Спасибо, что не ушла.

Он вошёл в неё. Она выдохнула — тихо, счастливо.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я люблю тебя, — ответил он.

Они двигались в такт — медленно, плавно, как волны за окном. Мир исчез. Остались только они.

— Смотри на меня, — попросил он.

— Смотрю, — ответила она.

В его глазах не было пустоты. Только она. И любовь.

Утром она проснулась от того, что он гладил её по спине.

— Ты не спишь, — сказала она, не открывая глаз.

— Сплю, — ответил он. — Одним глазом.

— Зачем?

— Чтобы смотреть на тебя.

Она открыла глаза. Он лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на неё.

— Ты странный, — сказала она.

— Ты красивая, — ответил он. — Даже когда спишь.

Она улыбнулась.

— Доброе утро, муж.

— Доброе утро, жена.

Он поцеловал её.

За окном вставало солнце. Море шумело. Чайки кричали.

Их история началась с ненависти. Продолжилась болью. И закончилась любовью.

Они не знали, что ждёт их впереди. Но знали одно — они справятся. Вместе.

Как всегда.

Как навсегда.

Конец.

Автор:(Король не танцует с принцессами. Но этот король танцевал. Только для неё.)

Автор :Эта история не выдумана от начала до конца.

Где-то далеко, в одном из городов Кореи, живут двое. Он был хулиганом, которого все боялись. Она была тихой девочкой, которую никто не замечал. Они встретились в самый неподходящий момент — и сделали друг друга самыми подходящими.

Я не знаю их настоящих имён. Не знаю, тот ли это город, который я описала. Не знаю, была ли там мёртвая птица в шкафчике и были ли там пирожные на день рождения.

Но я знаю, что они есть.

Они живут у моря. У него мастерская татуировок, у неё — художественная студия. У них есть рыжий кот по имени Мин и старая машина, которая вечно ломается. Они ссорятся каждые три часа. И мирятся каждые три часа и пять минут.

Он всё ещё не умеет говорить красиво. Она всё ещё краснеет, когда он говорит «я люблю тебя». Но они говорят это каждый день. Потому что знают — слова имеют значение. Особенно когда за ними стоят поступки.

Я писала эту историю для тех, кто когда-то чувствовал себя сломанным деревом. Для тех, кто думал, что стекло — только чтобы бить, а не чтобы смотреть сквозь. Для тех, кто боялся, что любовь — это слабость.

Любовь — не слабость. Любовь — это когда ты готов стоять под дверью три часа. Когда готов приехать за четыреста километров. Когда готов умереть, лишь бы она жила.

Минхо и Сохён — не идеальные герои. Он слишком злой. Она слишком наивная. Он не умеет прощать. Она умеет прощать слишком быстро. Но они учатся. Каждый день. Друг у друга.

Эта книга — о том, что даже король может танцевать. Даже принцесса может драться. Даже сломанное дерево может летать — если кто-то пририсует ему крылья.

Спасибо, что были с ними.

Спасибо, что верили.

Спасибо, что не закрыли книгу на первой главе — когда он ударил кулаком в стену, а она не отвела взгляд.

Это было только начало.

А теперь — конец.

Но если вы когда-нибудь приедете в тот маленький городок у моря, присмотритесь. Может быть, увидите вывеску: «Король не танцует». А рядом — студию с рисунками на витрине.

Зайдите. Там вам предложат кофе. И, возможно, покажут рыжего кота, который спит на подоконнике и не боится никого на свете.

Потому что даже коты, которые живут с королями, перестают бояться.

А вы?

Вы тоже перестанете.

.