22 глава (прошлое неотпускает )

Вторник, 14:30. Пусан. Набережная.

Они гуляли по набережной, когда телефон Минхо зазвонил.

Незнакомый номер. Минхо хотел сбросить — он не брал трубки с незнакомых номеров с тех пор, как брат вышел на связь в первый раз. Но что-то заставило его ответить.

— Алло, — сказал он.

— Минхо, — голос брата был спокойным. Слишком спокойным. — Ты думал, что спрятался?

Минхо остановился. Сохён, шедшая рядом, почувствовала напряжение и замерла.

— Откуда ты взял этот номер? — спросил Минхо.

— У меня везде люди, брат. Ты же знаешь.

— Ты в тюрьме. У тебя не может быть «везде людей».

Брат усмехнулся.

— Ты наивный, Минхо. Тюрьма — это просто здание. А империя — это люди. Мои люди. Которые ждут моего возвращения.

— Ты не вернёшься, — сказал Минхо. — Суд доказал…

— Суд ничего не доказал, — перебил брат. — Это ты доказал. Ты и твоя девчонка. Вы решили разрушить мою жизнь. Но я не сдамся.

Минхо сжал телефон.

— Чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты приехал. Поговорим. Как братья.

— Мы не братья. Не после того, что ты сделал.

— Я сделал то, что должен был, — голос брата стал жёстче. — Я защищал семью.

— Ты защищал только себя.

— Минхо, — брат вздохнул. — Я даю тебе шанс. Приезжай. Замолви слово перед судом. Скажи, что ты ошибся. Что документы подделаны. Что я хороший брат и честный бизнесмен.

— Я не буду лгать.

— Тогда ты пожалеешь.

— Ты уже мне угрожал. Не помогло.

— Тогда я угрожаю не тебе, — сказал брат. — Ей.

Минхо замер.

— Если ты тронешь её…

— Не я трону, — перебил брат. — Мои люди. Ты думаешь, что в Пусане безопасно? Думаешь, что море и солнце защитят вас? Я достану вас везде, Минхо. Ты меня знаешь.

Минхо молчал. Сохён смотрела на него, и в её глазах рос страх.

— У тебя есть три дня, — сказал брат. — Решай.

Трубка отключилась.

Минхо опустил руку с телефоном. Посмотрел на море. На чаек. На солнце.

— Минхо, — Сохён подошла ближе. — Что случилось?

— Он знает, где мы, — сказал Минхо. — Он угрожает тебе.

Она побледнела, но не отступила.

— Что он хочет?

— Чтобы я приехал. Сказал в суде, что всё было подделано.

— Ты не сделаешь этого.

— Не сделаю, — сказал он. — Но если он тронет тебя…

— Не тронет, — сказала она. — Мы будем осторожны.

Он посмотрел на неё. В её глазах была решимость, но он видел страх. Она не умела прятать страх — не от него.

— Сохён, — сказал он. — Может, нам вернуться в Сеул?

— Нет, — ответила она. — Мы не будем бегать. Мы уже бегали. Это не помогло.

— Но если он…

— Если он сделает что-то — мы обратимся в полицию. У нас есть показания. Есть свидетели. Есть капитан Ли, который нам верит.

Минхо вздохнул.

— Ты слишком смелая для своего роста.

— А ты слишком трусливый для своего, — ответила она. — Но я тебя всё равно люблю.

Он усмехнулся. Притянул её к себе.

— Я тоже тебя люблю. Даже когда ты меня обзываешь.

Она уткнулась носом в его грудь.

— Мы справимся, — сказала она. — Обещаю.

— Не обещай, — сказал он. — Просто будь рядом.

— Всегда, — ответила она.

Вторник, 19:00. Квартира отца Сохён.

Отец Сохён вернулся с работы и сразу понял, что что-то не так. Дочь сидела на кухне, сжимая кружку с чаем, и смотрела в одну точку. Минхо стоял у окна, сжимая телефон.

— Что случилось? — спросил отец.

— Брат звонил, — ответил Минхо. — Знает, где мы.

Отец помолчал. Потом сел за стол.

— И что он хочет?

— Чтобы я приехал и дал ложные показания.

— Ты не поедешь.

— Не поеду, — сказал Минхо. — Но он угрожает Сохён.

Отец посмотрел на дочь.

— Ты в порядке?

— В порядке, папа, — ответила она. — Просто страшно.

— Страшно — это нормально, — сказал отец. — Но нельзя показывать страх. Он питается страхом.

— Я знаю.

Отец перевёл взгляд на Минхо.

— Что ты собираешься делать?

— Защищать её, — ответил Минхо. — Любой ценой.

— Любой ценой? — отец прищурился. — Даже если ценой будет твоя жизнь?

— Даже если, — сказал Минхо без колебаний.

Отец смотрел на него долго. Потом кивнул.

— Хорошо. Тогда оставайтесь здесь. Я уеду к тёте в Чинджу на несколько дней. Если его люди придут — их будут ждать не только вы.

— Папа, — начала Сохён.

— Не спорь, — перебил отец. — Я старый, но не бесполезный. У меня есть друзья в Пусане. Бывшие полицейские, бывшие военные. Они помогут.

— Спасибо, — сказал Минхо.

— Не благодари, — ответил отец. — Просто береги мою дочь.

— Обязательно.

Среда, 10:00. Пусан. Рынок.

Сохён и Минхо пошли за продуктами. Они не хотели сидеть дома — это значило бы показать страх. А они не боялись. Или делали вид.

На рынке было шумно. Люди, сумки, крики продавцов. Минхо держал Сохён за руку и оглядывался. Он не мог избавиться от чувства, что за ними следят.

— Минхо, — сказала Сохён, заметив его напряжение.

— Всё нормально, — ответил он.

— Ты оглядываешься каждые две секунды.

— Привычка.

— Это не привычка. Это страх.

Он остановился. Посмотрел на неё.

— Я боюсь не за себя.

— Я знаю, — сказала она. — Но ты не можешь контролировать всё. Иногда нужно просто доверять.

— Кому?

— Мне, — сказала она. — И себе.

Он выдохнул.

— Ты права.

— Я всегда права, — улыбнулась она. — Ты просто не всегда слушаешь.

Он усмехнулся и поцеловал её в лоб.

— Пошли. Купим рыбу.

Они купили рыбу. И овощи. И хлеб. И домой вернулись без приключений.

Но напряжение не ушло.

Четверг, 15:00. Квартира отца Сохён.

Они сидели на балконе и смотрели на море. Сохён рисовала — Минхо позировал, хотя она рисовала не его, а чаек.

— Почему чаек? — спросил он.

— Потому что они свободные, — ответила она. — Летают, где хотят. Никто их не держит.

— А мы?

— Мы тоже будем свободными, — сказала она. — Когда всё закончится.

— А когда оно закончится?

Она положила карандаш. Посмотрела на него.

— Не знаю. Но я верю, что скоро.

Он взял её за руку.

— Я тоже верю.

Завибрировал телефон. Минхо посмотрел на экран.

Сынмин.

— Алло, — сказал Минхо.

— Есть новости, — голос Сынмина был взволнованным. — Твой брат подал апелляцию. Его могут выпустить под залог.

— Что? — Минхо встал. — Как?

— Адвокаты нашли лазейку. Сказали, что доказательства недостаточны. Судья назначил новое слушание.

— Когда?

— Через две недели. Если его выпустят до суда — он придёт за тобой.

Минхо выругался.

— Что нам делать?

— Возвращайтесь в Сеул, — сказал Сынмин. — Здесь мы сможем вас защитить. В Пусане у него тоже есть люди, но там вы одни.

Минхо посмотрел на Сохён. Она слышала разговор. Её лицо было спокойным, но он видел — внутри неё всё сжалось.

— Мы подумаем, — сказал Минхо и отключился.

— Мы едем? — спросила Сохён.

— Не знаю, — ответил он. — А ты хочешь?

— Я хочу быть там, где ты, — сказала она. — Не важно, Пусан или Сеул. Главное — вместе.

Он обнял её.

— Тогда поедем. Вместе.

Пятница, 11:00. Пусан. Вокзал.

Отец провожал их до поезда.

— Берегите друг друга, — сказал он, обнимая Сохён. — И звоните каждый день.

— Обязательно, папа, — ответила она.

Отец повернулся к Минхо.

— Ты обещал беречь её. Я надеюсь, ты сдержишь слово.

— Сдержу, — сказал Минхо. — Клянусь.

Отец кивнул. Хлопнул его по плечу.

— Ты хороший парень. Не дай ему победить.

— Не дам.

Они сели в поезд. Сохён у окна, Минхо рядом. Поезд тронулся. Город поплыл за стеклом.

— Минхо, — сказала Сохён.

— Мм?

— Мы победим?

Он взял её за руку.

— Мы уже победили, — сказал он. — Осталось только убедить в этом суд.

Она улыбнулась.

— Ты оптимист.

— Это ты на меня плохо влияешь.

Она рассмеялась. Настоящим смехом, без страха.

Поезд нёс их в Сеул.

В новую битву.

Но они были готовы.

Вместе.