ЭПИЛОГ. СОЛНЕЧНОЕ УТРО В ДОМЕ МОНСТРА

Десять лет спустя.

Солнце встаёт над особняком. В саду поют птицы. На веранде — огромный стол. За ним — вся семья.

Маркс сидит во главе. Волосы седые на висках, шрамы на руках, но глаза — живые. Марьяна рядом — рыжие кудри с проседью, морщинки у глаз, улыбка.

— Папа, можно я возьму машину? — Марк-младший. Семнадцать лет. Вылитый отец, только волосы рыжие.

— Нет.

— Ну па-а-ап!

— Я сказал — нет. Учись водить сначала.

— Мама, скажи ему!

— Он прав, — пожимает плечами Марьяна. — Ты ещё не сдал на права.

— Я сдам!

— Тогда и поговорим.

Алиса, пятнадцать лет, красит ногти за столом. Розовым.

— Папа, хочешь, и тебе покрашу?

— Я уже стар для розового, — смеётся Маркс.

— Никогда не поздно.

— Может, в следующий раз.

Третий сын, Михаил, восемь лет, смотрит на них и строит рожицы.

— Ты чего кривляешься? — спрашивает Марьяна.

— Скучно, — говорит он. — Все взрослые и взрослые. А поиграть не с кем.

— Иди в сад, там качели.

— Надоело.

— Тогда помоги Сэму покрасить забор.

— Тоже скучно.

Марьяна вздыхает. Смотрит на Маркса.

— Он твоя копия.

— Моя? — Маркс поднимает бровь. — Такой же нытик, как ты в восемнадцать.

— Я не ныла!

— Ныла. И бросалась в меня бокалами.

Эмили и Олег, которые сидят напротив, переглядываются.

— А помнишь, как мы поженились на кухне? — спрашивает Эмили.

— А помнишь, как ты разбила мне нос огнетушителем? — смеётся Олег.

— Это была любовь с первого удара.

Сэм и Мира играют в шахматы в углу. Мира выигрывает. Опять.

— Сдавайся, — говорит она.

— Никогда, — улыбается Сэм. — Как и в тот раз, когда ты впервые зашивала Маркса.

— Ты тогда смотрел на меня, как на чудо.

— Я и сейчас смотрю.

Рая и Джексон танцуют на лужайке. Без музыки. Как тогда. Только дети уже свои — две девочки бегают вокруг, тоже танцуют.

— Они счастливы, — говорит Марьяна, глядя на друзей.

— Мы все счастливы, — поправляет Маркс. — Потому что ты сказала «да» тому монстру в кафе.

— Я не говорила «да». Ты меня похитил.

— Сначала похитил. Потом ты сказала «да».

— Шантажом.

— Убеждением.

Она смеётся. Кладёт голову ему на плечо.

— Столько лет прошло.

— А я всё так же люблю тебя. — Он целует её в макушку. — Как в тот день, когда увидел твои рыжие кудри.

— А я тебя — как в тот день, когда перестала бояться.

— Когда это случилось?

— Когда поняла, что ты боишься больше меня.

Маркс молчит.

— Ты была права, — говорит он наконец. — Я боялся. Каждый день. Что ты уйдёшь. Что умру. Что не смогу защитить.

— Но мы здесь.

— Здесь.

— Все вместе.

— Все вместе.

Солнце поднимается выше. Дети бегают по саду. Друзья смеются. Мир — не идеальный, но их.

— Моё чудовище, — шепчет Марьяна.

— Моя жизнь, — отвечает Маркс.

Они сидят на веранде, пьют кофе, смотрят, как растут их дети. И знают: завтра будет новый день. Новые проблемы, новые радости.

Но они справятся.

Потому что у них есть друг у друга.

И это — самое главное.

Конец.