ГЛАВА 25. ДЕТИ РАСТУТ. «МАРКС УЧИТСЯ БЫТЬ ОТЦОМ»

Три года. «Папа — монстр?»

— Папа, а ты злой? — спрашивает Марк-младший, сидя на коленях у отца.

Маркс замирает. Вопрос, которого он боялся.

— Почему ты спрашиваешь?

— Дядя Олег сказал, что ты самый злой человек в городе. — Мальчик хмурится, копируя выражение лица отца. — А мама сказала, что ты самый добрый. Кто прав?

Маркс смотрит на сына. Рыжий, зеленоглазый — копия Марьяны. Но характер — его. Упрямство в каждом жесте.

— И тот, и другой, — говорит он наконец. — Я злой для тех, кто делает плохо. И добрый для тех, кого люблю.

— А я кого люблю? — не унимается Марк.

— Ты любишь маму. Сестру. Меня. Тётю Эмили.

— А дядю Олега?

— Дядю Олега — иногда, — улыбается Маркс. — Когда он не пьёт твой сок.

Мальчик смеётся. Звонко, по-детски.

— Папа, а ты убьёшь того, кто обидит меня?

— Убью, — серьёзно кивает Маркс. — Но сначала дам тебе шанс справиться самому.

— А если не справлюсь?

— Тогда я приду. — Он треплет сына по рыжим кудрям. — Всегда.

Марк обнимает его за шею.

— Ты мой герой, папа.

Маркс сглатывает комок.

— А ты — мой, сын.