ГЛАВА 15. ЭМИЛИ И ОЛЕГ. «ОГНЕТУШИТЕЛЬ И ЛЁД»

Эмили.

- Я не поняла, ты сейчас меня благодаришь или обвиняешь? - Она стоит на лестнице особняка, вся в копоти и чужой крови. Огнетушитель всё ещё в руке. Волосы растрепаны, но глаза горят.

Олег смотрит на неё снизу вверх.

- Ты спасла ему жизнь, - говорит он тихо. - Но ты могла умереть.

- А какая тебе разница?

- Мне не нужна на совести ещё и девчонка.

- Ещё и? - Она спускается на ступеньку ниже. - Кто был до меня?

Олег молчит.

- Так и знала, - кивает Эмили. - Твоя совесть и так переполнена. Ещё одна пуля - не проблема.

- Ты невыносима.

- Спасибо, ты первый мужчина, который это заметил.

- Я не комплимент сделал.

- А я приняла как комплимент. - Она подходит вплотную. - Слушай, Олег. Ты правша или левша?

- Причём здесь?..

- Ты держал пистолет в левой руке, когда прикрывал Маркса, - она пожимает плечами. - Значит, левша. А я люблю левшей. Они непредсказуемые.

- Ты... ты что, флиртуешь со мной?

- А ты что, только заметил? - Она улыбается. - Два часа назад я свернула челюсть бандиту, который пытался тебя зарезать. Я имею право на маленький флирт.

Олег смотрит на неё. Долго. Потом качает головой.

- Ты сумасшедшая.

- Все свои это говорят.

- Я не свой.

- Пока нет. - Она разворачивается, идёт к двери. - Но вечером я буду готовить ужин. Приходи. Попробуешь мою сумасшедшую стряпню.

- А если я не приду?

- Тогда я приду сама. Я знаю, где ты живёшь.

Он смотрит ей вслед.

Уголок губ дёргается вверх.

Первый раз за полгода.

---

Олег.

Он приходит. Конечно, приходит.

Эмили живёт в маленькой квартире на окраине. На стенах - постеры панк-групп. На кухне - кастрюля с борщом и открытое вино.

- Ты не похожа на девушку, которая умеет готовить борщ, - говорит Олег, садясь за стол.

- А на кого я похожа?

- На ту, которая взрывает огнетушители и бьёт бандитов по головам.

- Это тоже я. - Она наливает ему вино. - Я многогранная.

Он пробует борщ. Закрывает глаза.

- Вкусно.

- Мамин рецепт. - Она садится напротив. - Она умерла, когда мне было шестнадцать. Оставила мне этот рецепт и привычку не сдаваться.

- Моя мама жива. - Олег крутит вилку в руках. - Я не разговариваю с ней. Стыдно.

- За что?

- За то, кем я стал. Она растила меня художником. А я - убийца.

- Ты себя так называешь?

- А кто я? - Он поднимает глаза. - Я помогаю Марксу. Мы убиваем людей. Иногда невинных. Это не профессия - это проклятие.

Эмили молчит. Потом берёт его за руку.

- Ты не проклят, - говорит тихо. - Ты выбрал этот путь. И можешь выбрать другой.

- Не могу. Я в крови по колено.

- Тогда мой руки. - Она пожимает плечами. - Я умею стирать кровь. Даже старую.

Он смотрит на их переплетённые пальцы.

- Ты странная, Эмили.

- Я знаю.

- Мне это нравится.

- Я знаю.

Он наклоняется и целует её. Нежно. Не как убийца. Как мужчина, который забыл, что такое тепло.

- Не привыкай, - шепчет она в губы.

- Поздно.

Они сидят на старой кухне, пьют вино, едят борщ и говорят о глупостях.

Два сломанных человека, которые нашли друг друга.