Глава 6. Семейные связи и защитный купол

В больничной палате частной клиники было оглушающе тихо. Лишь мерно и негромко пищал аппарат, отсчитывая пульс спящей под капельницей маленькой Лии. На тумбочке стоял нетронутый стакан с остывшей водой, а рядом тускло поблескивал экран телефона. Лия сидела в глубоком кресле, вытянув свои длинные ноги в неизменных спортивных штанах оверсайз, и устало терла переносицу.

Наконец-то пришел ответ от Игоря Валентиновича, шефа кофейни. Лия открыла сообщение, ожидая стандартных обид или долгих выяснений отношений, но шеф ответил на удивление адекватно:

Игорь Валентинович (Шеф): «Лия, я всё понимаю. Семья - это святое, тем более в твоей ситуации. Жаль терять такого ответственного админа, ты у меня всю онлайн-базу в идеальном порядке держала. Расчет я тебе выслал на карту, доступы старший смены уже принял. Мелкой скорейшего выздоровления. Если решишь вернуться - мои двери для тебя всегда открыты».

Лия коротко выдохнула, закрыла чат и заблокировала телефон. Одним грузом меньше. Теперь оставалось решить вопросы поважнее. Она открыла другой чат - с человеком, которого в этой жизни уважала безмерно, и который заменил ей отца после той страшной автокатастрофы три года назад.

Лия: «Дядя Вась, привет. Я в больнице с мелкой. У неё острая ангина, температура под сорок бахнула, еле сбили. Положили в стационар на пару дней, капают антибиотики. Тёма дома под арестом за свои школьные косяки, но за ним приглядят, Дэнчик если что на подхвате. Просто предупреждаю, чтобы ты не терял».

От лица Василия (Басты)

Я сидел на студии, отслушивая новый демо-трек, когда телефон на столе завибрировал. Увидев имя на экране, я сразу же поставил запись на паузу и махнул рукой звукорежиссеру, чтобы тот снял наушники. Лийка редко писала первой, тем более посреди недели. А когда я прочитал текст, внутри всё сжалось.

Моя племянница. Моя сильная, упрямая девочка, которая в девятнадцать лет взвалила на себя неподъемный крест и ни разу, блять, ни разу за все эти годы не пожаловалась и не попросила денег. Когда погибли её родители, я был готов полностью взять их на обеспечение, купить им дом, переписать долю в бизнесе - да что угодно. Но Лия тогда посмотрела на меня своими огромными, абсолютно сухими глазами и сказала: «Дядя Вась, у нас есть три квартиры в Сити. Две я сдам, на это и будем жить. Я сама». И ведь вывезла. Сама экстерном закончила универ, устроилась в эту элитную гимназию, пошла пахать онлайн-админом, чтобы каждая копейка в дом шла.

Я с самого начала был категорически против того, чтобы Лия хоть как-то светилась в медиапространстве. Шоу-бизнес - это грязная, безжалостная машина, которая сожрала бы её чистоту и искренность за секунду. С её модельной внешностью, ростом 176 и идеальной фигурой её звали в десятки агентств, но я лично блокировал любые попытки продюсеров подобраться к моей племяннице. В интернете про Лию Ковалеву не было ни единого упоминания. Никто не знал, что у Басты есть племянница с тремя пентхаусами в Москва-Сити. И это было моё главное условие - полная тишина и безопасность для детей. К слову, Лия после трагедии принципиально осталась на фамилии матери - Ковалева - и Тёму с мелкой перевела на неё же. Слишком много стервятников крутилось вокруг отцовского бизнеса после аварии, и смена фамилии уберегла детей от кучи юридических и криминальных траблов. Это было её взрослое, жесткое решение в девятнадцать лет.

Я быстро застучал по кнопкам, чувствуя, как внутри закипает тревога:

Вася (Баста): «Лийка, ёлки-палки, почему сразу мне не набрала? Какая клиника? Тебе помощь нужная? Врачи нормальные? Сама ты как? Пахала небось опять как проклятая, ты ела вообще сегодня хоть что-то, чудовище упрямое?»

Ответ прилетел почти сразу:

Лия: «Да нормальная клиника, частная, тут уход хороший. Не паникуй, дядя Вась, я под контролем. Из еды сегодня был только протеиновый батончик в школе, когда Тёму от директора забирала. Больше ничего не хавала, да и не хочется, если честно. Кофе в помощь, ну и сигареты на ночь - мой стандартный рацион».

Я аж зубами заскрипел от злости. Курит она как сапожник, по две пачки в день, кофе заливается вместо нормальной еды, а организму хоть бы хны. Лия ведь реально ни разу не болела после смерти родителей. У неё будто иммунитет включился на полную мощность, понимая, что если она сляжет - мелкие пропадут. Железная девка.

Вася (Баста): «Ты мне тут зубы не заговаривай. Быстро заказала себе нормальной еды! Какой кофе, Лия?! Твой батончик уже три часа как испарился. Ленка узнает - голову тебе оторвет. Она, кстати, с девчонками, Машей и Васей, привет тебе огромный передает, Машка вон сидит переживает за мелкую, рвется к вам в больницу с пирогами».

Лия: «Лене и девчонкам привет. Еду я сейчас сама закажу из Мака через доставку, не переживай, поем. Машу и Васю в больницу не пустят, тут строгий карантин в боксах. Как они сами? Как учеба?»

Я улыбнулся, глядя на экран. Даже лежа в больнице с больным ребенком, она умудряется контролировать всё вокруг и интересоваться моими дочками.

Вася (Баста): «Да нормально девчонки, растут, оболтусы. Слушай, Лий, мы тут с Ленкой посовещались... Короче, хотим Машу и Васю перевести в твою гимназию, поближе к тебе. Школа у вас топовая, одна из лучших в стране, да и под твоим жестким присмотром им полезно будет побыть. Твой авторитет на них точно подействует. Что думаешь?»

Лия: «Идея хорошая. Гимназия у нас сильная, Тёма вон подтвердит, хоть и взрывает там скелеты на биологии. Но имей в виду, поблажек вашим принцессам я делать не буду, у меня в седьмом «Б» дисциплина железная. Ладно, дядя Вась, мелкая ворочается, пойду поправлю капельницу. Завтра спишемся».

Вася (Баста): «Давай, родная. Главное - поешь, я проверю! Тёме привет, пускай сидит под арестом и думает над своим поведением, говнюк мелкий. На связи».

Я отложил телефон, глубоко вздохнул и потер лицо ладонями. Лия Ковалева. Девчонка, которая скрывала свою настоящую жизнь от всего мира, жила на вершине Москва-Сити, сдавала квартиры топ-звездам вроде Крида, знать не знала, кто они такие, и оставалась единственной и неповторимой опорой для своей семьи. И пока я жив, я сделаю всё, чтобы её защитный купол никто не разрушил.

От лица Артема

После отъезда Лии квартира казалась пустой и слишком огромной. Я кое-как почистил клетку этому орущему Гоше, насыпал ему дорогущего корма, который Лия заказывала откуда-то из-за границы, и просто сидел на диване в гостиной, тупо уставившись в стену. Телефон лежал рядом. Я ждал новостей от сестры, но вместо этого входная дверь пентхауса открылась своим ключом.

На пороге стоял дядя Вася. Хмурый, в своей неизменной черной куртке, он молча разулся и прошел в зал. По его взгляду я сразу понял: сейчас будет разнос. Худшее, что могло случиться после поимки у директора, - это то, что Лия сдала меня Басте.

- Ну что, подрывник хренов, доигрался? - Вася сел в кресло напротив меня, тяжело опёршись руками о колени. - Ты вообще головой своей думаешь, Тёма, или чем? Что ты в этой школе устраиваешь?

Я замер, не зная, куда девать глаза. А Вася уже не сдерживался, его голос гремел на всю квартиру:

- Ты хоть понимаешь, блядь, сколько на твоей сестре висит?! Лие двадцать два года! В её возрасте у девок нет ни детей, ни забот. Её ровесницы по клубам шляются, бухают, тратят родительские бабки на какую-то хуйню и живут в свое удовольствие. Лия могла вас обоих вообще под опеку не брать после аварии! Могла сдать в интернат, забрать эти хаты в Сити и горя не знать. Но ей, сука, жалко вас стало! Она всё делает для вас, из кожи вон лезет! Я вообще удивлен, как она до сих пор кукухой не поехала с такой нагрузкой!

Он резко поднялся и зашагал по комнате.

- Она тебе карманные бабки дает, с домашкой помогает, жрать готовит, этому вашему попугаю конченый корм за бешеные тысячи покупает, чтоб птице хорошо было! Она делает вообще всё, чтобы вы с мелкой ни в чем не нуждались. Ладно мелкая Лия строит капризы - ей три года, она маленькая, ещё ничего в этой жизни не осознает. Но тебе четырнадцать, Тёма! У тебя мозги должны быть! А из-за твоих петард Лия в свой единственный выходной мотается по директорам, не ест ни хера - она ведь даже сладкое не любит, чтоб стресс заесть! Знаешь, где она сейчас?

Вася достал телефон и с психами ткнул экраном мне в лицо. Там светилось свежее сообщение от Лии: «Заказала бургер из Мака. Сплю в машине на парковке у клиники, в бокс пока не пускают».

- Видишь?! - прикрикнул Вася. - Она спит в джипе на парковке больницы! Потому что мест в палате на двоих не хватило, а бросить мелкую она не может!

В горле встал ком. Мне стало так паршиво, как не было никогда. Я сидел, вжавшись в диван, и готов был сквозь землю провалиться.

Вася тяжело вздохнул, убирая мобильник в карман, и посмотрел на меня уже спокойнее, но жестко:

- Короче так, племянник. Собирай вещи. Быстро. Все свои учебники, шмотки - в рюкзак. Пока Лия с мелкой лежат в больнице, ты у неё под ногами путаться не будешь. Я забираю тебя к себе, за город. Сидеть под арестом будешь у меня в доме, под личным присмотром Лены. В школу тебя каждое утро будет возить мой водитель из загорода и привозить обратно. Лие я сам всё напишу. Шевелись.

Я спорить не стал. Молча поднялся и пошел в свою комнату сгребать учебники. Дядя Вася тем временем уже набивал сообщение сестре:

Вася (Баста): «Лий, я приехал в Сити. Забираю Тёму к себе за город, пока ты в клинике. Пусть у нас побудет, Лена за ним присмотрит, уроки проверит. В гимназию его возить будет мой водитель, так что за учебу не переживай. Спи в машине нормально, закрой окна. Мы на связи».