Часть Девятнадцатая: Загнанный в угол зверь

Агония. Страх. Беспомощность.Люди и вправду прекрасны в печали своей. Потому ли драма настолько популярна как жанр?Люди смотрят на горе, глядят на искаженные гримасы залитые слезами, соплями и слюнями. Зрителям нравится видеть то, как главные герои падают на пол, как они мучаются от страданий. А почему?Потому что это не они.

Забавно смотреть на незнакомого человека рыдающего взахлёб. И только если человек близок нам, то мы конечно опечалимся. Озадачимся.Что же такого могло произойти, что обычно радостный возлюбленный глотает слёзы, уперевшись лобом в пол?

Это всегда страшно.Ты чувствуешь обязанность помочь, спасти. Уберечь своего близкого от этих плохих чувств. Но вот какого видеть своего знакомого врага, в подобном состоянии?

Чуя держался до последнего, но страх штука мерзкая и противная. Он холодом поражает твоё тело словно яд, заставляя склониться пополам и упереться головой в кушетку, дрожащими пальцами сжимая простыню. - Он выживет? - Это единственное, что спрашивает Накахара у стоящей позади Акико. Та делает глубокий вздох. Не может.Она просто не может ничего ему обещать.

И слыша эту мрачную тишину, Чуя нервно кусает губы, сдерживая поток слез. Что, исполнитель мафии, как самому жизни отнимать, так ничего? А вот как близкого забирают, сразу слёзки роняем? Чуя гладит ладонь Дазая и вспоминает те дни, когда они оба были ещё напарниками. Когда были совсем подростками.Вот, Дазай ворует шляпу Накахары и убегает с ней - классика.На следующем кадре Чуя вжимает напарника в пол, сдавливая пальцами его шею и шепча жгучие, словно ядерная жидкость кислотные слова ненависти. Но потом... Потом в голове мерещатся картинка. Чуя устал. Спасший некоторое время назад Осаму от погибели, он уткнулся тому носом в грудь, совсем обессиленный после использования порчи. Мягкая ладонь оглаживает его по голове, заставляя нагнуться ниже. Заставив положить голову на чужой живот. Чуя противится, говорит что-то едкое, но всё равно расслабляется, покорно кладя голову на живот Осаму и мгновенно расслабляясь. Дальше, Осаму зарывается пальцами в рыжие волосы, стараясь сильно того не тревожить. Он просто гладит его по голове, слыша хриплое дыхание.

Осаму в тот день ещё платок из нагрудного кармана вынул, с какой то заботой вытирая кровь с лица Чуи. Но этого тот разумеется не помнит. Не помнит и теплого взгляда карих глаз, пропитанного искренней любовью.

И вот, где они сейчас.

На кушетке лежит мальчишка. На лице его холодный пот, а сам он лежит будто в бреду. Мечется по постели, но вместе с тем находится без сознания. Сердце бьётся слишком уж медленно, но оно бьётся, уже хорошо.Вот только, это не самое главное...

Чуя целует ладонь Дазая на тыльной стороне которой расположены кислотно-зеленые узоры. Они покрывают все руки Осаму и из-за одежды трудно понять, но судя по всему ещё и тело с ногами. Узоры напоминающие Накахарину порчу, постепенно переходят на шею, а затем и на щёки. Также, они слабо светятся, что лишь пугает.

Рампо-сан увидев того, сразу сделал умозаключение: Способность. А если уж цитировать все его слова, то...

- Вероятно, смесь способностей. Способности богаты своим разнообразием, а потому вполне вероятна возможность того, что есть такие способности как парализующая, и превращающая способности других в жидкость. Вот взять к примеру способность Йосано. Выпьешь напиток из её силы и излечишься, будучи при смерти.

Чуя сначала посмеялся, но только потом понял что смеяться в этой ситуации точно не стоит. И вот сейчас, он словно верный и покорный Хатико, дожидается пробуждения своего хозяина. Ха, иронично.

Чуя готов чуть ли не скулить сидя на полу и выцеловывая ладонь ребенка. Он что, просит так много? Он же просто... Он просто хочет быть счастливым.

День подходил к концу, а Накахара игнорировал звонки от босса и Озаки. Опять подвёл. Он опять всех подвёл.Теперь уж Акико не твердила тому оставить Дазая и уйти. Знает, что тот всё равно этого не сделает. Сам Чуя даже не пытал детективов расспросами о том, что за главная крыса, сотворившая с его мальчиком такое. Накахара чувствовал себя сейчас гордым орлом, которого поймали и посадили в клетку более величавые птицы. И сколько не бейся головой о прутья, орлу выйти из неё теперь не удастся.

Сжимая в руках ладошку этого маленького мальчика, Чуя прокручивал в голове все воспоминания с ним. Прокручивал и сжимал его ладонь сильнее, пялясь пустым взглядом а пол и лишь изредка переводя его на Умиротворенно лицо.

Чуе было страшно. Сколько ещё Дазай пробудет в таком состоянии? Станет ли он прежним?

Дни сменялись неделями. Осаму всё не выходил из этого состояния. Детективы работали не покладая рук, а только Чуя начал угасать как светлячок. Вот что значит умирать.

Люди говорящие, что увядание жизни это последние её секунды - глупы. Человек и при смерти может быть счастлив, всеми любим и жизнерадостен. Если человек и в могилу уходит с улыбкой, никакой он не мертвец.

Мертвец это тот, кто потерял вкус у жизни. Кто отчаялся настолько, что не видит смысла делать ничего. Мертвец это Чуя, что подаривший Осаму солнце и свет, погас сам, как потухшая спичка. Он будто спас того от смерти, погибая сам. Будто вытащил того из болота, но после пошел ко дну. Будто бы у Сатаны в аду, обменял душу Осаму на свою, позволив Дазаю жить, пока сам забирался к сатане в котел.Спасший смертельно раненого от смерти, начал постепенно погибать сам, растворяясь в боли, печали и страхе. Ну а ещё, кислотно-сладкой, опасно-притягивающей любви.

Чуя будто потерял собственное "Я", отдав его Дазаю.Если вы спросите, что такое настоящая любовь, я без промедления отвечу, что это то что испытывает человек отдавший любимому всего себя. Подаривший ему мир, но погибший сам.Это как прыгать с многоэтажки вовсе не желая умирать, но зная, что после твоей смерти любимый станет счастливым. Плевать, что мир потерпит раздор. Плевать, что начнется хаос. Ведь если любимый будет жить, то не плевать ли на остальных?

Надежда с каждым днём угасала всё сильнее, но Чуя упорно продолжал каждый день приходить к Дазаю, садиться на пол рядышком с ним и брать его ладонь в свою, рассказывая различные истории.

Истории были разными. Он не был уверен что хочет сказать Осаму, но они мешались от сказок о принцессах, до личных и забавных историй из жизни. Но не видя совершенно никакой реакции, Чуя пусть и впадал в безудержную грусть, но по-прежнему не сдавался, желая рассказать тому всё об этом мире.

Рассказывая истории про Озаки и чаепития, про Акутагаву и его неумение следить за своим здоровьем, про Мори-сана пытающегося заставить Элис примерить платьеце, про новую секретаршу и неумелый флирт Чуи. Ха-ха, да. Историй было предостаточно, даже с избытком. Чуя вдруг осознал, что нашел успокоение в подобных вечерах. Потому, когда внезапно нашли решение проблемы Осаму, Накахара удивился.Во всём мире, есть как минимум ещё семь эсперов с такой же способностью как у вас. Конечно это было сложно, но гордые собой детективы справились, представ перед Накахарой с юной девицей. Ого! Так вот кто ещё разделяет способность Дазая аннулирования! Стеснительная девочка-подросток четырнадцати лет. Она вела себя очень замкнуто и холодно. Видимо, намучилась из-за своей же способности. Ну, её история к этой не относится совершенно.

Вот, тот самый торжественный момент. Она аккуратно касается руки мальчика и комнату озаряет голубое свечение. Девочка тихо считает под нос до десяти, жмуря глаза.- Один, два...

Этот голубой свет слепит глаза, потому все находящиеся в комнате были вынуждены закрыть глаза руками. В том числе и сама девица.

- Три, четыре... - Было непонятно зачем она считает. Чуя молча сидел рядом с Осаму, боясь потерять его вновь. Он лишь слушал, как холодный голос наконец произносит оставшиеся цифры и после слова - Десять. - свет внезапно пропал. Чуя аккуратно открыл глаза и... Не поверил своим очам.На кровати лежал тот же человек, но только... Всё внезапно пропало.И тогда, Чуя не мог найти себе места. Столько дней, недель... Столько мучений и слёз, и вот. Осаму. Его Осаму. Девочка не могла не забрать денег за свою работу, потому забрав нужную сумму, сразу скрылась.

А Чуя, сидящий рядышком, все смотрел на Осаму и не мог им налюбоваться. Высокий, такой же худой. Удивительно в своих бинтах, словно они были частью его тела, а также... Абсолютно голый. Разве что одеяло белоснежное тело прятало. Тогда, когда уже Ацуши подбежал к тем с желанием обнять наставника, Чуя отпугнул того от него. Быстро метнувшись к Дазаю в дом(общежитие), Чуя мигом взял ему чистой одежды, а после также быстро вернулся, выгоняя всех из лазарета. Нет, сам он его переодевать не будет. Лишь зацелует тихонечко лицо, испытывая счастье, невыносимую радость от того, что всё вернулось на прежние места. Он вновь аккуратно взял его ладонь в свою, начиная, нежно гладить и целовать. Дарить свою нежность и любовь, показывая, насколько сильно он его любит.

Правда, продлилось это недолго. Под недовольные возгласы за дверью, Чуя покинул лазарет, а затем и вооруженное детективное агентство.Будет ли теперь всё как прежде? А что станет с тем человеком, что дал не ту микстуру? С подобными мыслями, Накахара отправился в мафию, дабы погрузиться в работу и забыться в труде.

Дабы навсегда позабыть о том, что когда то так нежно целовал того, кого ненавидит. С целью больше не пытать себя жалкими мечтами, что всё повторится вновь.___________________________________________1465 слов. Итаааак подзатянула я с выходом главы... А почему? Потому что переписывала её с нуля и долго не могла взять себя в руки. Предупреждаю, эта часть не последняя. Главы ещё планируются и планируется даже не одна. Я хочу сказать что всегда рада вашим отзывам и извиняюсь за порой странности в фанфиках.Я просто сумасшедшая.