Опять Мэнор

После уничтожения медальона Слизерина в лесу наступили недолгие дни затишья. Рон вернулся в команду, и ребята воспряли духом, планируя вылазку к Ксенофилиусу Лавгуду. Но стоило Гарри в пылу обсуждения случайно произнести вслух имя Тёмного Лорда, как защитный купол Гермионы лопнул - на имя было наложено Табу. В ту же секунду егеря во главе с Сивым окружили палатку.

Гермиона успела среагировать за долю секунды до того, как их скрутили: она вскинула палочку и направила Жалящее заклинание прямо в лицо Гарри. Его кожа мгновенно покраснела, страшно раздулась, превращая лицо в уродливую, неузнаваемую маску и скрывая знаменитый шрам-молнию. Егеря отобрали у ребят палочки, обыскали вещи и, заподозрив, что перед ними кто-то важный, немедленно аппарировали прямо к главным воротам Малфой-Мэнора.

Их бросили на колени посреди того самого помпезного, душащего роскошью зала, где Люциус, Нарцисса и бледный Драко Малфой испуганно разглядывали пленников. Под курткой у Мартиши, у самого сердца, серебряный значок Вуда пульсировал яростным, обжигающим жаром, чувствуя колоссальную опасность и изливая в её тело тонны энергии. Ментальный якорь Оливера держал её Бездну на мертвой привязи.

- Это он? Драко, посмотри, это Поттер?! - лихорадочно шептал Люциус, пытаясь разглядеть сквозь жуткие отеки Жалящего заклинания черты лица Мальчика-Который-Выжил. - Посмотри на шрам! Посмотри на глаза!

Но Драко, косясь на Мартишу, чьи глубокие карие глаза смотрели на него с ледяной, породистой уверенностью чистокровной ведьмы культа Смерти, лишь трусливо качал головой и отводил взгляд. Он слишком хорошо помнил, как Мартиша заморозила этот зал в прошлый раз, и панически боялся подтвердить личность Гарри, умышленно затягивая время.

Вдруг из тени колонн с диким, безумным хохотом выскочила Беллатриса Лестрейндж. Её взгляд упал на джинсовую сумку-мессенджер, которую егеря отобрали у Гермионы. Ведьма вытащила оттуда легендарный меч Гриффиндора.

- Откуда у вас этот меч?! - взвизгнула Беллатриса, и её лицо перекосилось от первобытного ужаса. - Он должен лежать в моем сейфе в Гринготтсе! Вы были в моем тайнике?! Сивый, запри мальчишек в подвал! А с девчонками я побеседую сама! Нам нужно узнать всё!

Она злобно зыркнула на Мартишу. Беллатриса не забыла, как Тиша вырвала Сириуса из тисков Арки Смерти в Министерстве и как посмела перечить Тёмному Лорду.

Пожиратели грубо схватили Гарри и Рона, утягивая их вниз, в темные сырые подземелья Мэнора. Дверь с грохотом захлопнулась. Мартишу и Гермиону швырнули на холодный паркет в центре зала.

Беллатриса, тяжело дыша от ярости, нависла над ними обеими.

- Вы ответите мне! Обе! - взвизгнула она. - Круцио!

Ядовито-багровый луч сорвался с её палочки и ударил сначала в Гермиону. Грейнджер закричала от невыносимой, разрывающей тело боли. Следом Беллатриса резко взмахнула рукой, направляя второе проклятие Круциатус прямо в Мартишу.

Но стоило тёмной магии коснуться тела Тиши, как под её замшевой перчаткой на правой руке бешено, ослепительно вспыхнул рваный шрам-глаз. Блок от легилименции и ментального насилия, обладавший истинным зрением Бездны, активировался на максимум. Физическая боль от проклятия смялась и соскользнула, наткнувшись на монолитный щит Пустоты некромантов. Однако Мартиша намеренно упала на обледеневший паркет рядом с Гермионой, крепко сжав зубы и искусно имитируя страдание, чтобы Беллатриса раньше времени не заподозрила неладное и не применила более опасные, смертоносные чары. На её фарфоровом лице проступили капли пота, а карие глаза потемнели от сдерживаемой ярости.

Значок Оливера под лонгсливом раскалился до предела, изливая в кровь Тиши колоссальный, поддерживающий поток гриффиндорского жара. Этот огонь Вуда питал её силы изнутри, помогая удерживать Безду от стихийного взрыва прямо в зале и давая Мартише возможность ментально транслировать Гарри в подвал: «Мы держимся, Гарри. Часы Жалящего заклинания почти спали, готовься».

В это время в темных подземелях Мэнора Жалящие чары полностью сошли с лица Гарри. Его ярко-зеленые глаза за стеклами очков горели яростью, пока он слышал глухие крики Гермионы сверху. В ту же секунду в углу подвала раздался тихий, сочный хлопок аппарации - появился преданный домовик Добби.

- Добби пришел помочь Гарри Поттеру и его друзьям! - пропищал эльф.

- Добби, хватай Полумну, Олливандера и Дина Томаса и вытаскивай их отсюда! Отправь их к Биллу и Флёр в коттедж «Ракушка» на берегу моря! - быстро скомандовал Гарри, забирая палочки у побежденных им Пожирателей. - А мы с Роном прорвемся наверх за девочками!

Мартиша, лежащая на полу в зале, почувствовала приближение брата. Она незаметно подтянула манжету левой перчатки, приоткрывая Печать Пустоты. Ювелирное кольцо матовой тьмы раскрылось провалом в Завесу.

Именно в этот миг замок на тяжелой дубовой двери подвала мгновенно покрылся хрустящим инеем и с громким треском разлетелся на мелкие ледяные осколки. В парадный зал вихрем влетели Гарри и Рон. Беллатриса уже заносила серебряный кинжал над измученной Гермионой, а лицо Гарри, с которого полностью спали чары, пылало яростью.

- Экспеллиармус! - оглушительно выкрикнул Гарри, выбивая палочку из рук Люциуса Малфоя и вступая в яростную перестрелку заклинаниями с Пожирателями.

Мартиша мгновенно вскочила на ноги, закрывая собой лежащую без сил Гермиону. Из её открытой Печати Пустоты хлынул леденящий, могильный холод Бездны, за долю секунды превратив парадный зал Малфоев в сплошной ледяной каток. Беллатриса взвизгнула, теряя равновесие на льду, а Алекто Кэрроу, попытавшийся перехватить Гарри, с глухим стоном повалился на обледеневший пол, когда его палочка намертво примерзла к ладони.

Пока Мартиша и Гарри вели этот стремительный встречный бой, удерживая оборону зала магий льда и щитов, Рон прыгнул на лед, проскользил вперед и крепко, бережно подхватил Гермиону на руки, увлекая её прочь от линии огня.

В этот момент под самым потолком зала с треском материализовался вернувшийся Добби. Он щелкнул пальцами, и огромная хрустальная люстра Мэнора с оглушительным звоном обрушилась прямо на Пожирателей Смерти, погребая их под тоннами осколков.

- Хватайтесь за меня! - закричал Добби, протягивая свои тощие пальцы.

Гарри, Мартиша и Рон, крепко прижимающий к себе Гермиону, синхронно вцепились в домовика. Беллатриса, вынырнув из-под обломков люстры, с диким воплем ярости швырнула им вслед свой длинный серебряный кинжал.

Гарри, Мартиша и Рон, крепко прижимающий к себе Гермиону, синхронно вцепились в домовика. Беллатриса, вынырнув из-под обломков люстры, с диким воплем ярости швырнула им вслед свой длинный серебряный кинжал.

Пространство Мэнора скрутилось в удушающую воронку аппарации. Кинжал ведьмы со свистом прорезал воздух, но Мартиша в последний миг успела выставить кратковременный щит Пустоты - лезвие соскользнуло по касательной, лишь слегка задев плечо Добби, не причинив ему смертельной раны.

С оглушительным щелчком они полностью растворились в воздухе, вырываясь из логова Малфоев раз и навсегда. Их выкинуло на мягкий, прохладный песок безопасного побережья, где в лунном свете одиноко стоял коттедж «Ракушка». Все были живы, Гермиона спасена, а впереди - осознание того, что следующий крестраж спрятан в Гринготтсе. Охота продолжалась.