Глава 19. Последняя битва

Глава 19. Последняя битва

Небо в Хогсмиде было затянуто тяжёлыми свинцовыми тучами.

В маленьком доме миссис Аберкромби, в уютной гостиной, где трещал камин, Гарри Поттер стоял у окна и смотрел на пустую улицу. Его лицо было измождённым, под глазами залегли тени.

— Мы должны выдвигаться, - сказал Гарри твердо. — Там, в Хогвартсе, нас ждет последняя битва, в котором мы не имеем права проиграть. Мы не можем оставаться в стороне, пока Орден Феникса сражается.

Гермиона подняла голову и посмотрела на него. Её глаза были красными от бессонницы, но в них читалась та же решимость.

— Я знаю, - ответила она, и голос её был тихим, но твёрдым. — Но Лилит слишком слаба, чтобы оставаться одной.

Рон кивнул, и в его глазах была тревога, которую он не мог скрыть.

— Она едва держится на ногах, - сказал он. — Если мы уйдём, кто ей поможет? Пожиратели могут найти её, она не в состоянии защитить себя.

Гарри повернулся к ним, в его глазах была такая боль, что у Гермионы перехватило дыхание.

— Я понимаю, - сказал он. — Но если мы не вернёмся, Хогвартс падёт, и тогда никто не выживет. Ни она, ни мы, никто, нудно рискнуть.

В этот момент дверь комнаты открылась, и в проёме показалась Лилит. Она стояла, опираясь на стену, лицо было бледным, а тело покрыто повязками, из-под которых проступала кровь, но в глазах девушки был тот самый огонь, который Гарри видел у неё в первый день их знакомства - огонь, который не мог погасить никто и ничто.

— Я слышала, о чём вы говорите, - сказала она, и голос её был слабым, но твёрдым. — Я пойду с вами.

Гарри покачал головой, и на его лице появилось смесь беспокойства и решимости.

— Нет, - сказал он категорично. — Ты не можешь идти с нами, это будет глупо, ты не можешь сражаться.

— Я не буду сражаться, - ответила Лилит с такой твёрдостью, что Гарри на мгновение замер. — Мне нужно быть там. Я хочу видеть, как это заканчивается, и знать, что его жертва не была напрасной.

Она не произнесла имени, но все знали, о ком девушка говорит.

Гермиона подошла к ней и взяла её за руку.

— Ты не должна идти, - сказала Гермиона, и голос её был мягким, почти нежным. — Ты должна остаться здесь и восстановиться, мы вернёмся за тобой. Обещаю.

Лилит посмотрела на неё с глубокой печалью, отчего у Гермионы перехватило дыхание.

— Я не могу остаться здесь, и ждать, пока другие умирают. - прошептала она. — Может я смогу помочь чем-нибудь...

Она отпустила руку Гермионы и повернулась к Гарри.

— Я знаю, что ты хочешь защитить меня, - сказала она. — Но я не ребёнок, я пойду с вами.

Гарри смотрел на неё, в его глазах была борьба. Он лидер, который должен принимать трудные решения.

— Хорошо, - сказал он наконец, и в голосе его послышалась усталость. — Ты пойдёшь с нами, но будешь держаться позади.

Лилит кивнула, и на её губах появилась слабая, почти незаметная улыбка.

— Я согласна, - сказала она. — Я буду держаться позади и слушаться тебя.

***

Они отправились в путь, когда солнце уже клонилось к закату. Небо над Хогвартсом было багровым, как кровь, и в воздухе витал запах дыма и смерти.

Замок, некогда величественный и прекрасный, теперь был разрушен до неузнаваемости. Его стены были покрыты трещинами, окна выбиты, а башни, которые когда-то устремлялись в небо, теперь были обломками, лежащими в грязи.

Битва кипела у стен замка. Пожиратели смерти сражались с Орденом Феникса, и их крики смешивались с грохотом заклинаний и звоном клинков. Воздух был пропитан магией, и казалось, что сам мир содрогался от силы противостояния.

Гарри, Рон, Гермиона и Лилит пробирались через поле боя, уклоняясь от летящих заклинаний и прячась за обломками стен. Они видели, как падают их друзья, как Пожиратели смерти торжествуют, и чувствовали, что время уходит.

— Мы должны прорваться в замок! - Гарри перекрыл голосом грохот рушащихся стен, его лицо было перепачкано сажей. — Если мы не остановим его, всё сгорит дотла!

Лилит шатнулась, прижимая руку к алеющему боку, где открылась старая рана, но в её голове была несгибаемая решимость дойти до конца.

— Я с вами. - её голос не дрогнул, хотя каждый вдох давался ей с небольшим хрипом. — Я буду биться до конца.

Но судьба рассмеялась им в лицо.

Из трещины в стене, словно свора голодных псов, выплеснулись Пожиратели смерти. Они двигались бесшумно, как призраки, и их маски сверкали в отсветах пожаров. Гарри попытался вскинуть палочку, но зелёная вспышка ударила его в плечо, разрывая мантию и плоть. Парень рухнул на колени с глухим стоном, зажимая рану.

— Гарри! - закричала Гермиона, бросаясь к нему, но её голос утонул в реве заклинаний.

Пожиратели окружили их плотным кольцом. Лилит схватили за руки грубо, с железной хваткой, ломая пальцы, сжимающие палочку. Она не сопротивлялась, ведь знала: каждый её удар отнимет секунду у Гарри, который пытается подняться на одной руке. Она просто смотрела на них с ледяной, обречённой ненавистью.

— Отпустите её! - Гарри попытался встать, но Беллатриса возникла перед ним, словно из дыма, и наставила палочку прямо между глаз.

— Тш-ш-ш, Поттер, - прошипела она, и её голос лился, как патока с щёлочью, — Не мешай взрослым играть. Твоя подружка нужна нашему Лорду. Она либо встанет в строй, либо украсит его кабинет как трофей.

Гермиона, видя, что Лилит уводят, рванулась вперёд с отчаянным криком. Её палочка взметнулась, и луч ярко-синего света полоснул по воздуху, целясь в Беллатрису.

— Не смейте!

Беллатриса даже не вздрогнула. Она плавно, почти лениво, повернулась к Гермионе, и на её губах расцвела та самая безумная, сладкая улыбка.

— Ах, маленькая грязнокровка решила поиграть в героиню? - промурлыкала она, и её палочка описала в воздухе ленивую дугу. — Какая трогательная глупость.

— Протего! - крикнула Гермиона, возводя щит.

Но Беллатриса была быстрее.

— Авада Кедавра!

Изумрудная вспышка разрезала ночь, прошибла магический барьер Гермионы, как гнилую ткань, и ударила прямо в грудь.

Девушка замерла. Её глаза на мгновение распахнулись, полные удивления и боли, а затем остекленели. Она упала на спину, как сломанная кукла, даже не вскрикнув. Палочка выкатилась из безжизненной руки и застыла в грязи.

Тишина.

На одну секунду весь мир перестал существовать.

А затем Беллатриса рассмеялась громко, истерично, с тем диким восторгом, который леденил кровь.

— Я убила умную зазнайку! - взвизгнула она, хлопая в ладоши, как ребёнок, получивший игрушку. — Смотри, Поттер! Твоя драгоценная грязнокровка больше никогда не будет учить тебя новым заклинаниям!

Гарри смотрел на тело Гермионы. Его лицо побелело, глаза уперлись в одну точку, рот приоткрылся в беззвучном крике. Он пытался ползти к ней, но раненое плечо подводило, и он только царапал пальцами землю, оставляя только грязь под ногтями.

Лилит, которую держали Пожиратели, застыла, внутри будто что-то оборвалось. Она видела, как угасает жизнь в глазах её подруги. Слышала этот смех Беллатрисы, который, казалось, отражался от стен и множился, как стая бешеных птиц.

— На ее месте должна была быть я... - прошептала она, но её голос заглушил новый взрыв заклинаний.

— Уводите её! - рявкнул один из Пожирателей, и Лилит потащили в сторону замка.

Она обернулась в последний раз. Гарри стоял на коленях над телом Гермионы, его плечи тряслись от беззвучных рыданий. Беллатриса, всё ещё смеясь, исчезла в дыму, оставляя за собой только смерть и пепел.

Лилит смотрела на друга с болью, в которой уместилась целая вечность.

— Прощай, Гарри.

Этим было сказано всё.

Люди в черных балахонах потащили её по разрушенному полю, но не к замку, а на поле позади него. Лилит просто шагала вперёд, чувствуя, как её сердце разрывается на части, зная, что она больше никогда не увидит своих друзей.

***

Девушку привели к разрушенным монументам на поле позади замка. Некогда величественные статуи и обелиски, возвышавшиеся здесь, теперь лежали в руинах. Высокие каменные арки, когда-то увитые плющом и цветами, превратились в груды обломков, поросшие мхом и диким вереском.

Теперь пространство окутывал зловещий сумрак, пронизанный лишь мерцанием зелёного пламени, которое плясало на вершинах уцелевших колонн. Каменные плиты покрывали глубокие трещины, а землю устилали осколки мрамора и битого стекла.

В центре поляны, на возвышении из обломков разрушенного постамента, некогда украшенного гербами, восседал Волан-де-Морт. Он рассматривал Лилит со змеиным любопытством, а тонкие бескровные губы были искривлены в лёгкой усмешке. Пожиратели смерти стояли вдоль разрушенных стен, их чёрные мантии сливались с тенями, и только серебряные маски поблёскивали в зелёном свете.

Но внимание всех было приковано к фигуре, лежащей у ног Тёмного Лорда.