Туз из рукава Дьявола ♠

В семье Мороу безумие распределялось поровну, просто мы с братом проявляли его по-разному. Пока Хисока купался в лучах внимания, эпатируя публику своими фокусами и жаждой крови, я предпочитала оставаться в слепой зоне. Я была его самой сильной тенью — той, что наносит удар, когда враг уже расслабился после битвы с ним.На экзамен Хантера я пришла не потому, что мне нужен был кусок пластика, дающий привилегии. Мне просто стало невыносимо скучно смотреть, как брат в одиночку развлекается, превращая всё вокруг в бойню.

— Отдай, — коротко бросила я, когда мы вошли в длинный туннель первого этапа.

Хисока хищно прищурился, зажав между пальцами Туз Пик. Его аура вспыхнула розовым маревом, обещая быструю и болезненную расправу любому, кто посмеет посягнуть на его «игрушки».— Оя-оя, сестренка... Ты же знаешь, я не люблю делиться, — пропел он, облизывая губы.

Я не стала отвечать словами. Мой рывок был быстрее, чем взгляд обычного человека. Воздух в туннеле словно загустел, когда наши жажды крови столкнулись. Секундный обмен ударами — короткими, точными, на грани фола. Мои пальцы впились в его запястье, заставляя сустав хрустнуть, и я буквально вырвала карту из его ладони Хисока рассмеялся — искренне, восторженно, ничуть не обидевшись на примененную силу.— Твои манеры всё так же ужасны. Но раз уж ты её отжала... считай это моим подарком.

Теперь я шла чуть позади него, лениво подбрасывая этот Туз в воздух. Карта вращалась, сверкая острыми краями, и каждый раз идеально ложилась мне в пальцы. Брат выискивал в толпе «спелые плоды», его взгляд блуждал по кандидатам, а я просто наслаждалась моментом, чувствуя, как напрягаются спины тех, мимо кого мы проходим.

Именно тогда я его и заметила. Точнее, почувствовала.Гитаракур. Странное существо, утыканное иглами, клацающее зубами и дергающееся в такт какому-то своему внутреннему ритму. Большинство соискателей обходило его за километр, считая психом или уродом. Но я видела сквозь этот маскарад. За нелепыми железками скрывался контроль такой силы, что он буквально вибрировал в воздухе.

Я подбросила карту чуть выше, чем обычно, и поймала её двумя пальцами прямо перед лицом Гитаракура, когда наши пути пересеклись.

— Слишком много металла, — небрежно бросила я, продолжая крутить Туз. — Ты фонит так сильно, что заглушаешь даже запах пота этой толпы.

Существо замерло. Клацанье прекратилось. Огромные пустые глаза уставились на меня, и на долю секунды я ощутила ледяное прикосновение его Нэн. Это была не жажда битвы, как у Хисоки. Это был холодный, расчетливый расчет убийцы, который уже прикинул, куда воткнуть иглу, чтобы я умерла мгновенно.

— Ты... — его голос прозвучал как скрип несмазанных петель. — Сестра фокусника.

— Я — это я, — отрезала я, делая шаг вперед и оказываясь в его личном пространстве. — А ты — Золдик, который слишком плохо прячется от того, кто знает, как выглядит настоящая смерть.

Хисока, шедший впереди, обернулся и довольно зажмурился, глядя на нашу «милую» беседу.— Иллуми, дорогой, кажется, ты нашел кого-то поинтереснее меня, — промурлыкал он.

Гитаракур — или Иллуми — медленно наклонил голову набок. Иглы в его лице мелко задрожали. В этот момент я поняла: этот экзамен перестал быть скучной прогулкой. Между нами тремя протянулась невидимая нить, такая же острая, как края моей украденной карты.

— Сильная тень, — наконец произнес Иллуми, и в его голосе промелькнуло нечто, похожее на искру интереса. — Хисока не говорил, что у его тени есть собственные зубы.

Я усмехнулась, в последний раз подбросив карту и спрятав её в рукав.

— У тени всегда самые острые зубы, Иллуми. Просто обычно мы не даем им шанса укусить до самого финала.

Мы продолжили путь вместе. Я, мой безумный брат и этот ледяной убийца. И я чувствовала, как взгляд черных глаз-бусин теперь неотрывно следует за каждым моим движением, словно он пытался понять, как именно я смогла так легко забрать карту у человека, которого боялся весь мир.