Глава 1: Белый лебедь в тумане Лондона

​Лондонский туман был особенно густым в тот вечер, скрывая в своих объятиях и величие столицы, и её самые тёмные грехи. Уильям Джеймс Мориарти шёл по набережной, погружённый в раздумья о следующем этапе своего плана по очищению Британии от «злых дворян».​Тишину прервал звук, не характерный для этого района — тонкий, чистый звон упавших ключей и тихий, разочарованный вздох.​Уильям остановился. Возле кованой ограды стояла девушка. Её облик казался почти призрачным: длинные волосы цвета первого снега ниспадали на плечи, контрастируя с тёмным дорожным платьем. Но больше всего поражали её глаза. Они были абсолютно белыми, лишёнными зрачков, похожими на драгоценный жемчуг.​Она осторожно водила тонкой рукой по мостовой, пытаясь найти упавшую вещь.​— Позвольте мне помочь, мисс, — мягко произнёс Уильям, делая шаг вперёд.​Он поднял связку ключей и вложил её в её раскрытую ладонь. Его пальцы на мгновение коснулись её кожи — она была прохладной и фарфорово-хрупкой.​— Благодарю вас, сэр. Ваша доброта освещает этот туманный вечер, — девушка слегка склонила голову в кротком поклоне. Её голос был тихим, но в нём чувствовалась удивительная уверенность.​— Вы гуляете одна в такой час? Это может быть небезопасно, учитывая ваше... положение, — заметил Уильям, внимательно изучая её лицо.​Девушка улыбнулась. Эта улыбка была лишена горечи, в ней светилось понимание.— Мир не так страшен, если уметь его слушать, мистер...— Мориарти. Уильям Джеймс Мориарти.— Мистер Мориарти. Я Эвелин. И поверьте, тишина Лондона порой говорит гораздо громче, чем его крики.​Уильям прищурился. Он привык видеть людей насквозь, просчитывать их мотивы, как математические уравнения. Но эта хрупкая девушка казалась ему аномалией. Она была слепа, но в её манере держаться чувствовался острый ум.​— Вы кажетесь человеком, который видит суть вещей лучше, чем те, у кого есть зрение, — произнёс он с искренним интересом.​— Возможно, — ответила Эвелин. — Ведь глаза часто лгут, подсовывая нам обертку вместо сути. А сердце и разум обмануть сложнее.​Уильям почувствовал странный укол любопытства. Эта встреча не была частью его плана, но Эвелин была похожа на редкую книгу, которую внезапно нашли на пыльной полке.​— Могу ли я проводить вас до дома, Эвелин? — предложил он, подставляя ей локоть. — Ночной Лондон полон крыс, и я не про тех, что живут в сточных канавах.​Она осторожно коснулась его руки.— Я была бы признательна. Вы очень добры, хотя ваша душа пахнет сталью и чернилами... и чем-то очень печальным.​Уильям замер на долю секунды. Она не могла видеть его лица, не могла знать о его делах, но её интуиция была пугающе точной.