Глава 4. Взрыв vs Гравитация

Неделя в Альдере пролетела незаметно.

Статус «серой мышки» работал безотказно. На меня не обращали внимания, не цепляли, не пытались втянуть в школьные драмы. Я была тенью — идеальный наблюдатель.

Я видела всё.

Как Бакуго с каждым днём наращивал обороты. Его взрывы становились громче, агрессия — ярче, а презрение к «слабакам» — всё более открытым. Он собирал вокруг себя свиту не потому, что был лидером, а потому что его боялись. И он это знал. И пользовался.

Я видела Мидорию. Как он сжимался при каждом окрике, как прятал глаза, как судорожно записывал что-то в свои тетради, мечтая о мире, где он станет героем. Смотреть на это было больно. Но я держалась.

«Не вмешивайся. Ещё рано. Ты изменишь сценарий» — твердила я себе каждый раз, когда рука тянулась что-то сделать.

До сегодняшнего дня._____

Перемена. Коридор у шкафчиков.

Я шла к своему, лавируя между учениками, когда заметила толпу. Человек двадцать сбились в кучу в конце коридора, оттуда доносились смешки и знакомый раздражённый голос.

Я остановилась. Сердце ёкнуло.

Нет. Только не это.

Но ноги уже несли меня вперёд, расталкивая любопытных.

Бакуго стоял в центре, скалясь как цепной пёс. Рядом — его тени, те двое, что вечно поддакивали и подлизывались. А в углу, прижатый к стене, сжался Мидория.

— Опять пялишься, Деку? — Бакуго толкнул его плечом, заставляя вжаться в стену сильнее. — Думаешь, если будешь ползать у ног, твоя никчёмность куда-то денется?

— К-кац-чан, я просто проходил... — голос Мидория дрожал так, что слова рассыпались.

— Заткнись!

Взрыв — маленький, скорее для острастки — хлопнул прямо перед лицом Мидории. Тот взвизгнул, зажмурился, учебники выпали из рук и разлетелись по полу.

Толпа засмеялась. Кто-то свистнул. Кто-то снимал на телефон.

Бакуго уже заносил ногу, чтобы пнуть книги, когда одна из них скользнула ему под подошву. Он дёрнулся, едва не упал, и это взбесило его окончательно.

— Ты специально, Деку?! — в ладони зашипело, вспыхнуло ярче. Уже не шутка. Уже серьёзно.

Я не думала.

Тело двинулось само, быстрее, чем мозг успел сказать «нет».

Я встала между ними.

Спиной к Мидории. Лицом к взрыву.

— Прекрати.

Тишина.

Абсолютная, звенящая тишина в коридоре, где только что орали и смеялись. Десятки глаз уставились на меня — на тихую беспричудную девочку, которая вдруг вылезла под раздачу.

Бакуго замер. Его рука с искрами всё ещё была поднята, но взгляд метался по моему лицу, пытаясь найти объяснение.

— Ты чего, Аосаки? — голос низкий, опасный. — Тоже хочешь получить?

— Отойди, — бросил он, не сводя с меня глаз — Или решила стать героиней? Так для этого надо иметь причуду, бездарность.

Он сделал шаг вперёд. Я не шелохнулась.

— Я сказала: прекрати.

— Да пошла ты!

Он рванул. Взмах рукой, искры, взрывная волна — всё как в замедленной съёмке.

Я не уворачивалась. Я просто смотрела на его ноги.

И щёлкнула причудой.

Голубое свечение вспыхнуло на его кроссовках — на долю секунды, едва заметно. Этого хватило.

Вектор гравитации под его ступнями сменился мгновенно. Вместо того чтобы стоять на месте, его ноги понесло вперёд, по ходу движения. Он не упал — его швырнуло на колени. Глухой стук — и Бакуго замер на полу, растеряв весь боевой запал.

Взрыв погас, не долетев до моего лица.

Тишина стала вакуумной.

Я смотрела на него сверху вниз. Он смотрел на свои ноги, не веря.

— Ч-что... — выдохнул он. Попытался вскочить — и не смог. Я слегка увеличила вес его кроссовок, ровно настолько, чтобы он почувствовал: это не случайность.

— Что ты сделала, сволочь?!

— Попросила остановиться, — ровно ответила я, отпуская контроль. — Вставай сам.

Я развернулась к Мидории.

Он смотрел на меня так, будто я только что сотворила чудо. Глаза огромные, влажные, в них плескался шок пополам с восторгом. Губы шевелились без звука.

Я нагнулась, собрала его учебники, сунула в дрожащие руки.

— Держи.

И пошла прочь, сквозь расступающуюся толпу.

Никто не посмел меня остановить._____

Конец моей серой жизни наступил ровно в тот момент, когда я вышла из коридора.

Новость разлетелась быстрее, чем я успела дойти до класса. «Аосаки с причудой!», «Бакуго на коленях!», «Она его уничтожила!» — шептались за спиной, таращились, тыкали пальцами.

Кто-то смотрел с уважением. Кто-то — со страхом. Кто-то — с подозрением: как это тихоня вдруг оказалась сильнее школьного «короля»?

Бакуго, естественно, не простил.

Его месть была мелкой, но упрямой.

На следующий день он попытался подставить мне подножку в коридоре. Я сделала свою ногу невесомой на долю секунды — он споткнулся сам и грохнулся на пол под смешки прохожих.

В столовой он «случайно» толкнул меня плечом, целя в поднос с едой. Я ослабила гравитацию вокруг себя — он пролетел сквозь пустоту, едва не врезавшись в стену.

Каждая его попытка проваливалась с таким треском, что укрепляла мою репутацию сильнее любых слов.

Он бесился. Я наблюдала.

Это было даже забавно._____

На следующий день после инцидента ко мне подошёл Мидория.

Я сидела в библиотеке, делая вид, что читаю учебник, когда передо мной возникла тень. Подняла глаза — он.

Красный как рак. Руки трясутся. Глаза бегают.

— А-аосаки-сан! — выпалил он и поклонился так низко, что едва не стукнулся лбом о стол. — С-спасибо вам за вчера! Это было... это было невероятно! Ваша причуда — контроль гравитации, да? Я видел свечение! Это фундаментальная сила! Вы, наверное, тренировались годами, чтобы добиться такого точного контроля, особенно над небольшим объектом, как обувь, и с такой визуализацией поля, и...

— Мидория-кун.

Он замер, всё ещё в поклоне.

— Дыши.

Он выдохнул. Шумно, судорожно. Выпрямился, всё ещё пунцовый.

— И можешь называть меня Ясу. Без «сан».

— А-аосаки-сан... то есть Ясу... Ясу-сан... — он запутался окончательно и затих, глядя на меня огромными глазами.

Я улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне.

— Присаживайся, — кивнула на стул напротив. — Только тихо. Это библиотека.

Он сел. И начал говорить.

Он говорил о моей причуде, о её потенциале, о возможных применениях, о физике гравитации, о героях с похожими способностями, о том, как я могла бы развивать контроль, о том, что это напоминает ему теоретические выкладки из его тетрадей...

Я слушала и удивлялась.

Впервые в этом мире я встретила человека, который видел в моей силе не угрозу и не диковинку, а инструмент. Который искренне восхищался, не завидуя и не боясь.

— Мидория-кун, — остановила я его на полуслове. — А у тебя самого какая причуда?

Он замер. Потом опустил глаза и тихо сказал:

— У меня... её нет. Я беспричудный.

В его голосе не было горечи. Только констатация факта. И стыд. За то, что он — никто.

Я смотрела на него и думала: «Если бы ты знал, что тебя ждёт. Если бы ты знал, какая сила в тебе проснётся».

— Значит, мы квиты, — сказала я вслух. — Я тоже была беспричудной. До какой-то поры.

Он поднял глаза.

— А потом... — я замялась, подбирая слова. — Потом причуда проснулась. В день, когда я потеряла семью. Она не делает меня лучше или хуже. Она просто есть. Как руки или ноги. Главное — что ты делаешь с тем, что имеешь.

Он смотрел на меня так, будто я открыла ему тайну мироздания.

— Ясу-сан... — выдохнул он. — Вы правда так думаете?

— Правда.

В его глазах зажглось что-то новое. Надежда? Вера?

Я улыбнулась про себя. Кажется, я только что посеяла семя. Посмотрим, что взойдёт._____

Вечером я сидела на кухне, ковыряя ложкой мороженое, и прокручивала в голове события дня.

Входная дверь щёлкнула. Айзава вернулся с патрулирования.

Он прошёл мимо, бросил сумку в угол, налил себе кофе. Потом остановился напротив меня, глянул сверху вниз усталыми глазами.

— В школе сегодня было интересно? — спросил он буднично, грея руки о кружку.

Я замерла. Видимо ему сообщили об этом инциденте...

— Было. — осторожно ответила я.

Он молчал несколько секунд. Потом поставил кружку, подошёл и потрепал меня по голове — жёстко, неловко, по-айзавски.

И поставил передо мной на стол вторую порцию мороженого.

— Не увлеклась, — буркнул он, отворачиваясь. — Контроль важнее силы.

Я смотрела на мороженое. Потом на его спину, удаляющуюся в сторону спальни.

Одобрение. Он меня не отчитал. Не прочитал лекцию. Просто... признал, что я сделала правильно.

Для Айзавы Шоты это было высшей похвалой.

Я улыбнулась в темноту кухни._____

Ночью я лежала в кровати и смотрела в потолок.

Мысли крутились в голове, не давая уснуть.

Я вмешалась. Я изменила сценарий. В каноне не было ни одного из всех сегодняшних событий.

Что теперь будет?

Бакуго не простит унижения. Это я знала точно. Его гордость задета, и он будет искать реванш. Вопрос только — когда и как.

Мидория... с ним всё сложнее. Я дала ему надежду. Но надежда — опасная штука. Она может подтолкнуть к действиям, к которым он ещё не готов. Или, наоборот, укрепить его веру в себя до прихода Всемогущего. Хорошо ли это? Я не знала.

А главное — я выдала себя. Теперь все знают, что у меня есть причуда. Сильная причуда. Это привлечёт внимание. Не только школьное.

Я закрыла глаза.

«Ты хотела оставаться в тени», — прошептал внутренний голос. «Ты хотела наблюдать и ждать. А теперь?»

Теперь поздно.

Я перевернулась на бок, прижав мягкую игрушку к груди.

Сюжет не позволил мне остаться в стороне. Или это я сама не позволила себе остаться в стороне? Когда увидела его глаза — перепуганные, но всё ещё горящие той самой верой — я не смогла пройти мимо.

Правильно ли я поступила?

Ответа не было.

За окном шумел ночной город. Город героев и злодеев, город кипящий жизнью. Я вздохнула и закрыла глаза.

Что сделано, то сделано. Теперь остаётся только плыть по течению, которое я сама же и разбудила.

Но одно я знала точно: игра началась по-настоящему.

__________

Спасибо за прочтение этой главы. Я всегда рада комментариям и поддержке с вашей стороны, дорогие читатели. Это придаёт уверенности и мотивации к последующему созданию этого проекта.

Мой тгк: Ugolok Ratoku