Возвращение серебряного короля

Фаартис возвращался домой. Раньше он никогда ещё не был королём заслуженно. Но сейчас он, несомненно, чувствовал себя на своём месте. Его переполняла вовсе не гордость, а скорее радость. Весь этот путь, битва, друзья, слëзы, и наконец — признание...

Что-то в Фаартисе изменилось. Кажется, больше никто не посмеет назвать его «мальчишкой». Никто не посмотрит осуждающе. Его провожали, как короля. В глазах народа читались благодарность и восхищение. Сезара и Сорган ехали на гринтаурнах рядом, а прекрасная Бегония отважилась поехать в Торинанд. Пусть она ещё грустила по брату, но сейчас её серебряные глаза сияли радостью, подобные звёздам. Нот не погиб напрасно. Пусть не всё ещё было решено и не все проблемы улажены, но это была первая, и точно не последняя победа! Дорога больше не походила на непроглядный туман — это было огромное, залитое солнцем просторное поле. И на этом поле Фаартис точно знал, что делать.

Покинув унылые пейзажи окраин, путники заехали в деревушку к старушке-старейшине. Узнав историю, она почтительно поклонилась королю, как и все жители.

— Ваша Светлость, теперь я вижу в Вас истинного правителя. Да будет путь ваш светел, как крылья великого дракона утренней зари! Фаартис спустился со спины Палара и точно так же поклонился старушке и жителям. — Без вас у нас точно не хватило бы сил и веры, старейшина! Без всех вас и моркофеля, — Фаартис расплылся в улыбке, вспоминая сладкий овощ, — Спасибо вам! По возвращению в Торинанд мы пришлëм своих лучших слуг. Пусть помогут вам обустроить дома и возделать поля. Старушка удивлённо охнула. — Ваша Светлость, Вы так добры! — юные помощницы подхватили её под руки. — Но сначала, героям Руалинда следует немного отметить первую победу! Прошу к столу, сейчас вынесут наш лучший моркофель и анонитовый чай! Фаартис выпрямился, кивнул старушке и по-дружески приобнял Соргана.— Друг мой, ты лучший среди лучших! Это не моя заслуга. Без тебя бы ничего не получилось! — Фаартис улыбнулся, — И конечно, без Сезары!

Сезара хмыкнула и смущенно отвернулась.

Шрам от удара браслетом всё ещё виднелся полосой на щеке Соргана. Он не стремился от него избавиться. По дороге дракон сообщил Фаартису, что пожалуй, оставит это напоминанием. «Шрамы украшают мужчину! Важно лишь то, как ты сам относишься к своим ранам». Фаартис не мог не согласиться: его собственные раны были глубоко внутри, но кажется, он примирился наконец со своими демонами, одержав над ними верх.

На удивление, шрам совсем не убавил обаяния дракона. Юные эльфийки и сейчас смотрели на него так, будто первый генерал был центром Мироздания.

За столом Фаартис больше не чувствовал себя чужим. Он упоенно рассказывал о приключениях, о героической смерти молодого разбойника, о том, как верный  Палар потерял свой глаз и том, какие все молодцы. Поблагодарил отдельно за сладкий моркофель и признался, что теперь в столице обязательно будут готовить такой. Бегония сидела рядом с ним и не могла оторвать от него взгляда серебряных глаз. Если Фаартис вдруг смотрел на неё, щеки лазутчицы окраин мгновенно краснели и она делала вид, что внимательно изучает содержимое тарелки. Подобные странности наблюдались и в поведении Сезары. Она сидела напротив короля и украдкой поглядывала на Фаартиса с Бегонией. Но никто не мог этого заметить, кроме Соргана. Потому что в это же время дракон не мог прекратить смотреть на саму Сезару.

Попрощавшись с жителями, Фаартис помог забраться на Палара Бегонии, посадив перед собой. Сезара развлекалась, выполняя трюки на спине гринтаурна, забегая далеко вперёд. Сорган пытался повторить за ней, но вскоре бросил попытки после нескольких неудачных падений. — Ваша Светлость, Фаартис! — обратился дракон к королю, — Я один думаю, что Сезара просто великолепна? Фаартис громко рассмеялся. — Без сомнений. Страшная женщина. Смотри осторожнее, друг. Она тебе хвост выкрутит и съест на ужин. — Думаю, к ней просто нужен особенный подход, — не согласился Сорган.

***Месяц спустя замок Торинанда готовился к величайшему событию королевства — свадьбе короля.

Слуги суетились, как никогда. Тронный зал был украшен несметным количеством крупных белых анонитов. Барды репетировали выступление, повара на кухне готовили блюда, в основном с ароматным моркофелем.

Фаартис нервничал в своих покоях, подбирая образ под чутким руководством Соргана. — Ваша Светлость, это шелковое одеяние с отделкой серебряными нитями отлично подчёркивает Ваше великолепие. — Не знаю, Сорган... Я как будто... Вернулся из боя, вдруг почувствовав себя девчонкой.  Может, подберëм что-то попроще? — Вы король. И свадьба — это не бой! — Знаю, — согласился Фаартис, — Просто сложно снова купаться в этой показной роскоши, когда народ всё ещё страдает, — Фаартис с сомнением разглядывал своё отражение. — Нужно время, а Вы уже сделали многое. Демоны больше не потревожат королевство, Фая и её отряд магов залатали дыры в барьере границы и укрепили защиту. Так что расслабьтесь. Сегодня нужно наслаждаться вечером! — Спасибо, Сорган. Ты как всегда прав. Я просто что-то разнервничался. Думаю, как не лишиться чувств, когда увижу Бегонию Артсели́ в платье королевы... Дракон подавил смешок. — Вот это я понимаю, страх. Интересно, как выглядела бы Сезара в роскошном наряде... — Вот сегодня и увидишь. Даже она не может прийти на свадьбу в своих вечно чёрных грубых тряпках. Ведь я ввёл правило: все должны быть в серебре и нежных образах... И тут занервничал уже Сорган.

***Торжество началось.

Музыка лилась, подобно тончайщему кружеву в руках лучших мастериц королевства. Юный король стоял у алтаря из цветов. В короне из серебра и искрящегося горного хрусталя он был счастлив, как никогда, обеими руками сжимая изящные пальчики своей невесты. Она была прекрасна, его королева! Длинные тёмные локоны Бегонии были убраны в изящную, но свободную причёску. Пышное кремовое платье, расшитое серебром так шло ей! Но серебро платья в разы проигрывало по красоте сияющим глазам эльфийки.

Отец Бегонии сидел ближе всех к паре. Он то и дело утирал шёлковым платком слëзы, растроганный. Сорган напряжённо оглядывался и постоянно ходил из стороны в сторону по залу, кого-то выискивая. «Ясно, Сезара не явилась, вот он и мечется» — подумал Фаартис.

— Моя королева-разбойница, — нежно прошептал Фаартис невесте, наклонившись к ней, — нравится новый дом? — Мой серебряный король, кто сказал, что я буду жить с Вами? — не осталась в долгу Бегония. — Я планирую навещать окраины чаще, чем отдыхать в замке! — Конечно, конечно. Только я буду ездить с тобой, — усмехнулся Фаартис в ответ.

— Слава королеве Руалинда Бегонии! Слава королю Фаартису! Да хранит вас Шерион! — кричал полный зал гостей.

Начался великий пир. Вино лилось рекой, барды сменялись один за другим, яства из моркофеля вызвали бурную реакцию гостей. Сорган поздравил Фаартиса и Бегонию лично, но взгляд его был до боли пустым сегодня.

Фаартис решил воплотить давнюю задумку в реальность и заставил дракона выпить залпом огромный кубок вина, в надежде его развеселить. Но это не сработало: Сорган стал ещё печальнее и в итоге отошёл почти в самый угол тронного зала, оперевшись на одно из деревьев, подпирающих высокий свод. А потом Сорган увидел еë. Королевскую Тень. Она совершенно так же, как и он, опиралась на ствол дерева, стоя напротив. Сорган забыл, как дышать, потому что от мрачной Сезары осталось только её настроение. Лёгкое нежно-сиреневое длинное платье, воздушное, как лепестки цветов вьюнона, подчёркивало её огромные фиалковые глаза, внимательно наблюдающие за происходящим. Светлые локоны были распущены и спускались мягкими волнами почти до пояса. Она пригубила бокал золотистого вина и вдруг взглянула на него.

Теперь Сорган понял о чëм говорил Фаартис, потому что сам чуть не лишился чувств. Он взял себя в руки и решительно направился к пятому генералу. Понятия не имея, что сейчас скажет ей. Кажется, дар речи покинул дракона безвозвратно. Сезара смотрела на него прямо, лишь в фиалковых глазах, обрамленных светлыми ресницами, застыла печаль. Он так и не смог сказать ни слова и почти минуту они просто смотрели друг на друга, словно соревнуясь, кто первым заговорит.

Вдруг заиграла музыка парного танца. Сорган смущённо отвернулся и протянул вперёд руку, приглашая девушку. Несколько секунд он, зажмурив глаза думал, что сердце выскочит из груди раньше, чем ему прилетит в глаз от такой наглости. Но вдруг он почувствовал прикосновение к руке. Открыв глаза, он всё ещё не мог поверить, что Сезара приняла приглашение. — Сорган, ты что, язык проглотил? — Сезара улыбнулась, — ты первый генерал короля, воин, дракон утренней зари! И вдруг боишься пригласить девушку на танец? Я почти разочарована. — Сезара... Я... Нет, обычно не боюсь. То есть, тебя боюсь. Нет, боюсь, но не тебя... Я запутался, — пробормотал сбитый с толку дракон и шлëпнул себя по лбу. — Глупец. Совершенный глупец! — Сезара вдруг рассмеялась. — Но мне это в тебе нравится. Я же сказала, что я ПОЧТИ разочарована.

Весь вечер они танцевали. Молодая королева и Фаартис, Сорган и Сезара. Даже отец Бегонии отбросил в сторону свою трость и выплясывал верхом на Паларе. Палар выглядел потрясающе: его глаз зарывала роскошная повязка с синими драгоценными камнями, изготовленная на заказ по приказу короля.

***Три года спустя по шерианскому календарю. — Бегония! Любовь моя! — кричал Фаартис из покоев. — Забери Тундру, она мне все волосы повыдëргивает! Подумав, он добавил: — Пожалуйста!

Малышка Тундра с растрëпанными каштановыми локонами и огромными глазами, похожими на расплавленное серебро, никак не унималась. Она так была похожа на маму! И ей сейчас жизненно важно было стянуть с отца эту красивую сверкающую штуку — корону.

— Тундра, перестань! — Бегония со строгим видом появилась в проходе, — Сколько раз я тебе говорила, что нельзя трогать папу, когда он занимается важными делами?

Тундра обернулась и, хихикнув, засеменила к маме.

— Дай! Дай! Хотю! — она капризно надула губки и указала пальчиком на серебряную корону.

— Когда ты вырастешь, она будет твоей. А пока ты можешь пораниться...Поэтому нет, нельзя, — спокойно пыталась объяснить Бегония.

Малышка расплакалась, будто это было величайшее горе в жизни.

— Бегония, — обратился Фаартис к королеве, — На окраинах нужна помощь... По докладам, там снова что-то произошло. Я думал, может быть мне поехать, проведать народ, как думаешь?

— Нет, ты ездил в прошлый раз, сейчас моя очередь! — Бегония взглянула на Фаартиса взглядом, не требующим возражений.

— Там может быть опасно. Похоже, налёт демонов. Прорвались через границу. Нужно залатать дыру и укрепить барьер снова.

— Я справлюсь! Возьму отряд, Сезару, Соргана и Фаю. А ты пока последи за Тундрой, — она подошла к Фаартису, чмокнув того в щеку.

— Хорошо. Будь осторожна. Знаю, тебе не впервой и я не могу тебе запретить, но в этот раз всё как-то странно. Возьми лучших. Сезара останется в замке — она отлично ладит с Тундрой. Возможно из-за того, что под её строгим взглядом не побалуешься...Возьми Соргана, Тарона, Палара и Фаю.

Бегония улыбнулась, соглашаясь. — Всё будет прекрасно!

Вскоре новый отряд отправился к границе. Фаартис смотрел в окно, провожая взглядом мчащихся в закат гринтаурнов.Малышка Тундра сладко посапывала, уснув у него на руках.