Пропажа и похищение

— Господин Хван, к Вам пришли, — сказал секретарь Хёнджина, постучавший в его кабинет.

— Кто? — не отрываясь от бумаг, спросил юноша. Он никого не ждал, вроде бы. И забыть о чьём-то посещении он не мог. Ему в любом случае напомнили бы ещё утром. Так кому и что от него понадобилось?

— Я, — послышался до боли знакомый, ужасно раздражающий низкий голос, и дверь кабинета открылась. Появившийся в дверях Феликс приветственно помахал ему, а потом захлопнул дверь прямо перед носом секретаря, пребывающего в шоке от такой наглости.

— Что ты от меня хочешь? — безразлично спросил Хван, медленно поднимая голову. — Ты не отвечаешь на мои звонки и сообщения уже два дня, а меня директор спрашивает о твой посещаемости. Никто ничего не знает, вот я и решил наведаться к тебе на работу. Признаюсь, довольно сложно было выбить из Сынмина информацию о местонахождении твоего кабинета, но я успешно справился с этим, — Феликс самодовольно улыбнулся, сложив руки на груди. Он гордо поднял подбородок, явно довольный собой. Окинул изучающим взглядом кабинет Хёнджина, который устало смотрел на него, подперев голову рукой. — В общем, я пришёл тебя проверить, — с улыбкой закончил блондин, переведя взгляд на парня.

— Проверил? Вот теперь вали отсюда, — Хван кивнул на дверь, собираясь вернуться к своим документам, но Ли отрицательно покачал головой, подходя ближе к рабочему столу юноши.

— Как негостеприимно, — пожаловался он, поджав губы. — Хоть бы кофе предложил.

— Иди домой и пей кофе там, — огрызнулся брюнет, потирая переносицу.

— Ты выглядишь так, будто сейчас уснёшь, — с улыбкой ответил Ли, поставив руки на стол. — Неужели не хочешь выпить кофе в приятной компании?

— Ещё бы эта компания была приятной, — сквозь стиснутые зубы процедил парень, но кофе у секретаря всё же заказал.

Феликс победно улыбнулся, усаживаясь на край стола рядом с Хёнджином и заглядывая в бумаги на столе. Он пробежал внимательным взглядом по тексту, а потом криво усмехнулся, закатывая глаза. Хван внимательно смотрел на него, но блондин так и не подал каких-либо признаков заинтересованности в его документах, поэтому юноша просто подвинул их в сторону. Ли хмыкнул, поджав губы и глядя в окно. Был ещё день, по идее, в универе ещё должны идти пары. И это прогульщик действительно смеет упрекать в чём-то Хёнджина? Да он сам не лучше, так о чём же речь?

— Между прочим, ты только зря время и средства потратишь, если будешь реализовывать эту идею, — внезапно сказал Феликс, вырывая Хвана из потока мыслей, в которых он ругал блондина самыми известными словами.

— Что? — тупо переспросил Хёнджин, подняв взгляд на Ли, который ухмыльнулся, а потом повторил сказанное ранее слово в слово. — Так говоришь, будто разбираешься в сфере рекламы, — усмехнулся парень, закатив глаза.

— Был бы я настолько популярным, если бы не разбирался в этой сфере? — с улыбкой спросил Феликс, склонив голову вбок.

— Это не одно и то же, придурок, — теперь, кажется, пришла очередь Хёнджина смеяться над глупостью Ли. Вот только Феликс с абсолютно серьёзным лицом сказал:

— Ошибаешься, принцип-то всё равно похож. А, в прочем, разбирайся со своей компанией сам, а я пошёл.

— Куда? — Хёнджин выпрямился, поднимаясь из-за стола.

— Домой. Кофе сам выпьешь, а у меня дела всё-таки есть, — Ли улыбнулся, игриво подцепив чужой подбородок пальцем и заглянув в тёмные глаза юноши. — Подумай над моими словами получше.

И он, соскочив со стола, действительно ушёл, встретившись в дверях с секретарём, который нёс поднос с кофе. Вежливо попрощавшись, блондин скрылся за дверью. Хван недовольно смотрел ему в след, после чего, сжав руки в кулаки и до скрежета стиснув зубы, сказал:

— Не сметь пускать Ли Феликса в это здание. Чтобы ноги его больше здесь не было!

— Как скажете, господин Хван, — секретарь вежливо поклонился и удалился, чтобы передать на пост охраны приказ Хёнджина.

А брюнет, устало вздохнув, сел назад в кресло, закинув ногу на ногу. Что за ерунду нёс этот демонёнок? Популярность, реклама, одно и то же. Либо Хёнджин настолько дурак, либо Феликс снова пытался его развести. Что ж, браво, чёртов младший Ли, у тебя почти получилось. Вот только брюнет на такое не поведётся. А блондин даже не собирался его разводить. Не в этот раз.

***

Устало уронив голову на руки, Хёнджин тяжело вздохнул, с размаху ударив ладонью по столу. Его новый план реклам был гениален! Был, пока не появился этот чёртов Феликс со своими предложениями, которые почему-то не выходят из головы. Хван ведь всё идеально продумал, но нет, надо же было в самый последний момент появиться этому белобрысому чёрту и всё испортить своими советами? И с чего он вообще зациклился на чужих словах? Делал бы дальше своё дело, даже не думая о чём-то другом. Но нет, как только Феликс сказал о бессмысленности этого плана, брюнет начал находить в нём всё больше и больше недочётов.

Но, как бы там ни было, слова Феликса ни в какую не хотели укладываться в голове. Как можно сравнить популярность человека с рекламой? Как, чёрт возьми?! Хёнджин всё ещё упорно думал, что Ли над ним поиздевался. Но ему ужасно хотелось понять, что именно имел ввиду блондин, когда говорил об этом. Чёрт возьми, Хвану ведь реально любопытно!Достав из кармана телефон, юноша быстро написал блондину сообщение о том, что готов выслушать его предложения. Вот только Феликсу было совершенно всё равно. Он не собирался отвечать. И рассказывать что-то он тоже не собирался. По крайней мере до тех пор, пока Хван сам лично не явится к нему, чтобы спросить об этом. Именно поэтому от него пришло сообщение о том, что он не будет ничего рассказывать, ибо надо было слушать раньше.

— Я прибью тебя, — прорычал юноша сквозь стиснутые зубы, ещё раз стукнув по столу. — Клянусь, Ли Феликс, я убью тебя. И тебя ничего не спасёт.

И вот на следующий день Хван пришёл в универ только для того, чтобы найти Феликса. Нашёл он его быстро, только вот отдавать ему блондина никто не собирался. А всё потому, что этот светловолосый чёрт опять умудрился с кем-то поспорить и проспорить, что теперь снимал видео в тик-ток со своими одногруппницами. Это же надо было ещё умудриться, чтобы вот так пролететь. И теперь Хёнджин сидит и ждёт, когда младшего Ли наконец-то перестанут терроризировать.

Он, сложив руки на груди, смотрит на светловолосого, который с довольной улыбкой крутится перед камерой, танцуя различные популярные тренды. Девчонки за его спиной перешёптываются с парнями, кидая на него изучающие взгляды. Ладно, с тем, что Ликса действительно любят многие, трудно поспорить. Может, его вчерашние слова действительно имели место быть.

А Феликс, видя лицо Хвана, который, кажется, с каждой минутой злится всё больше, заливисто смеётся и всё-таки, кажется, чувствует какой-то укол остатков совести, поэтому покидает своих одногруппниц и подходит к брюнету.

— Заждался уже? — с ехидной улыбкой спрашивает он, прищурившись и приводя свой внешний вид в порядок.

— Я жду тебя только из-за дела, не обольщайся, — огрызается Хван, поднимаясь с парты и небрежно дёргая Феликса на себя за ворот рубашки, поправляет помятый им же самим воротник и направляется к выходу из аудитории.

Феликс усмехается, слегка склоняя голову вбок, смотрит Хёнджину в спину, а потом небрежно подхватывает с парты рюкзак и идёт за брюнетом. Все в аудитории провожают их задумчивыми взглядами, а потом непонимающе переглядываются. Что такое успело произойти, чтобы Ли Ёнбок Феликс вот так спокойно разговаривал с тем, кого несколько месяцев назад проклинал последними словами? Даже интересно становится, что происходит.

— Может, они встречаются? — задумчиво спрашивает девушка, глядя на дверь, где скрылись двое парней.

— Да вряд ли, Феликс Хёнджина на дух не выносит.

— И как тогда ты объяснишь вот это? — другая девушка показывает на дверь, намекая на совместный уход юношей.

— Да откуда же мне знать, что там у них происходит?

— Между прочим, если они встречаются, то это будет сенсация для всего Интернета.

— Ни Феликса, ни Хёнджина ни разу не подозревали в отношениях с кем-то. Но если они вместе, я даже боюсь представить, что будет. ***

— А не ты ли вчера сказал своим людям, чтобы они не пускали меня в твою компанию? — с улыбкой спросил Феликс, стоя перед огромным зданием рядом с Хёнджином.

Хван ничего не сказал, закатив глаза, и показал приглашающим жестом на дверь. Блондин засмеялся, хлопнув в ладоши, и направился за парнем.

— Господин Хван, Вы же вчера… — начал было охранник на входе, неуверенно глядя на Ли.

— Забудьте об этом, — перебил его Хёнджин, махнув рукой.

Он взял осматривающегося Феликса за локоть и довольно грубо толкнул вперёд, заставив людей на посту охраны недоумевать из-за происходящего. Блондин улыбнулся, идя за юношей по длинному коридору к лифту. Он уже успел вчера всё здесь рассмотреть, поэтому, сегодня совершенно не проявлял интереса к интерьеру, просто глядя вперёд. Он задумчиво покусывал губу, пока стоял и смотрел на себя в зеркало в лифте. Пригладил выбившуюся из причёски светлую прядь, улыбнувшись себе, и перевёл взгляд на стоящего сзади Хёнджина, который смотрел на него изучающим взглядом.

— Что такое, господин Хван? Смотришь на меня так, будто видишь впервые в жизни, — усмехнулся юноша, слегка прищурившись.

— Лучше бы вообще никогда не видел, — огрызнулся брюнет, отвернувшись от Феликса.

— Да ладно тебе, я не настолько плохой, каким ты меня считаешь, — Ли засмеялся, подойдя к Хёнджину почти вплотную. Он упёрся руками в стену по обе стороны от его головы, не давая возможности сбежать, и непозволительно близко наклонился к его лицу, опаляя щёку горячим дыханием.

— Ли Феликс, не здесь, — сквозь стиснутые зубы прошипел брюнет, чем вызвал смешок у Феликса.

— Почему это? Здесь даже безопаснее, чем в коридоре универа, — он растянул губы в издевательской улыбке, глядя в тёмные глаза парня перед собой. Хёнджин на это лишь закатил глаза, покачав головой и скривив губы в презрительной усмешке. — Тебя из твоей компании никто не выгонит, а вот из университета могут и отчислить.

— Да пошёл ты, — Хван недовольно поджал губы, толкнув блондина в грудь.

Феликс засмеялся, хватая его руки за запястья, и снова впечатывая его спиной в зеркало, зажимая руки у него над головой. Он наклонил голову, проведя носом по чужой скуле, коснулся губами не скрытого за воротником рубашки участка шеи, а потом усмехнулся, опалив нежную кожу горячим дыханием. Он отстранился и улыбнулся, глядя на брюнета, глаза которого, кажется, потемнели ещё сильнее. Ли провёл языком по чужим губам, но так и не поцеловал, потому что дверь лифта открылась, и в него вошла какая-то молоденькая сотрудница.

Ёнбок, делая вид, что потягивается, отпустил из плена руки Хёнджина, а потом повернулся, улыбнувшись девушке, которая быстро поклонилась им, поздоровавшись, а потом поспешно отвернулась. Феликс сложил руки на груди и прижался спиной к стене, бросив косой взгляд на стоящего рядом Хвана, который, как ни в чём не было, поправлял помятые блондином рукава белой рубашки. — Никогда больше не смей трогать меня в моей компании, — уже потом сказал Хёнджин, открывая перед Феликсом дверь своего кабинета.

— Звучит как вызов, господин Хван. В следующий раз я облапаю тебя прямо в коридоре, — Ли засмеялся, заходя в кабинет. Он тут же подошёл к большому окну, взглянув на город. Ещё не стемнело, но на город уже стали опускаться сумерки. Значит, скоро загорятся разноцветные вывески, баннеры, фонари и различные яркие огни рекламных щитов. Ли готов поспорить, что из кабинета Хвана открывается просто прекрасный вид на эту улицу, а ведь это почти центр города. Должно быть, здесь действительно невероятно красиво.

— Только посмей меня тронуть, я тебе руки переломаю, — ответил Хван. Умом он понимал, что Феликса все эти запреты лишь веселят, но гордость не позволяла ему принять это. Он привык, что его слушают. Он привык, что ему подчиняются. И он никак не хотел принимать тот факт, что кому-то может быть абсолютно плевать на его слова. Но такой человек был. И он сейчас стоял в его кабинете к нему спиной, глядя на город. И им был Ли Феликс, наверное, самый раздражающий человек за всю жизнь Хван Хёнджина.

— Думаешь, что я послушаю? — Феликс повернулся, сложив руки на груди. Он ослепительно улыбался. И Хёнджину очень хотелось стереть эту улыбку с его лица. Желательно ударом кулака. Но Ли примирительно вскинул руки, садясь на край стола. Он вновь взглянул в окно, а потом закрыл глаза, запрокинув голову и тяжело вздохнув.

— Давай ты просто расскажешь мне, что вчера имел ввиду, и свалишь? — спросил Хван, подходя ближе к Феликсу.

Блондин поджал губы, слегка нахмурившись, вспоминая, что именно он говорил вчера и какую ерунду мог придумать.

— Вот смотри, — начал он, подняв голову. — Я очень популярен среди своих ровесников из любой семьи, потому что они, так или иначе, обо мне слышали и меня знают. А добился я этого тем, что отличаюсь от большинства из них поведением. Да и внешностью тоже. Но не суть. Можно сказать, что я себя прорекламировал, и теперь у меня есть огромная аудитория, меня обожающая. Примерно такие же ходы используются в рекламе в принципе. Тебя многие обожают, но твоя компания создаёт рекламы не для твоих фанатов, а для известных брендов и фирм. Но ты тоже можешь выехать на своей известности. Пусть твои работники придумают рекламу, а ты просто мельком скажи, что она напрямую связана с тобой. Поверь, товар, который ты будешь рекламировать, разойдётся под нули.

— Ты пытаешься меня развести? — недоверчиво спросил Хван.

— Если бы пытался, развёл бы, — спокойно ответил Феликс, пожав плечами. — Я сейчас вполне серьёзно. Но можешь не верить, я тебя не заставляю. В любом случае, я сказал тебе всё, что думал, поэтому мне пора.

— Вали, — Хёнджин, закусив губу, указал на дверь.

— До встречи, господин Хван.

***

Феликс не ходит в университет. Уже чёртовых три дня! И нет ни одного человека, который знал бы, куда пропал младший сын семьи Ли. Даже сам Минхо в панике бегал по универу, по сто раз спрашивая всех и каждого со своего факультета, где его младший брат. Блондин как в воду канул, будто его и не было никогда. И, самое интересное, что последним, кто его вообще видел, был Хван Хёнджин, который, между прочим, так же абсолютно понятия не имел, где находится этот неугомонный белобрысый демонёнок. Из-за этого, естественно, все подозрения пали на брюнета. А что Хван мог сказать? А он сам искал Феликса. Из-за того что этот белобрысый чёрт забрал важные для него документы. Да и красная машина младшего сына семьи Ли так и осталась стоять с того вечера около здания компании Хвана.

Пропажу документов Хёнджин обнаружил только на следующее утро. И он не мог больше ни на кого это свалить, потому что кроме Феликса в его кабинете никого не было. Ну, был ещё он сам, но документы свои он не трогал. Да и если бы сам куда-то их дел, вряд ли забыл бы. Поэтому Феликс был единственным подозреваемым человеком, который мог взять документы. Повод Хван придумать не смог, но за несколько месяцев понял, что этому блондину и повод бывает не нужен. Просто решил напакостничать, вот и забрал.

Но пропажа Феликса переросла в более серьёзную проблему тогда, когда к Хёнджину пришли из полиции и начали расспрашивать, когда, где и при каких обстоятельствах он видел его в последний раз. А ему, собственно, скрывать нечего, ну он всё и рассказал. Тем более, был сам заинтересован в том, чтобы того нашли быстрее. Вот только Хёнджина заподозрили в том, что он как-то причастен к исчезновению второго сына семьи Ли, из-за чего попросили не уезжать из города. Брюнет, собственно, так и так никуда не собирался, но был весьма недоволен таким раскладом вещей. Проходить подозреваемым по тому делу, какого ты не совершал, такая себе перспектива.

Но ещё большее негодование вызвало у него поведение Ли Чхонсана — отца Феликса. Ему, видимо, сказали, что Хёнджин с младшим Ли были в плохих отношениях, и теперь мужчина был уверен, что Хван виноват в исчезновении его сына, ну или хотя бы поспособствовал этому. В прочем, простые подозрения брюнета особо не волновали. В чём только его не обвиняли за все эти девятнадцать лет. С самого рождения его винили в том, что он вообще родился. Будто бы он хотел этого. Будто бы у него был выбор. В принципе когда-нибудь.

Хёнджин хмурится, что-то читая в телефоне. Сынмин много раз говорил ему не смотреть в смартфон, пока тот ходит по улице, ибо увлекаясь чем-то, парень не замечает ничего вокруг. Да вот только ему всегда было всё равно, потому что он сам способен разобраться с этим. К тому же, там важная информация о Феликсе. Вернее, о полном его отсутствии где-либо. Парня нет ни у Джисона, ни дома, ни у Хёнджина. Минхо не знает, где он, Хан даже предполагать не берётся. У Сынмина Хван не спрашивал, и так знал, что тот понятия не имеет о местонахождении светловолосого демона. А Чонин не скажет, потому что, во-первых, его телефон не доступен, во-вторых, он даже не в Южной Корее. Феликс сам лично надавал ему таких звездюлей, когда узнал, что тот уезжает за три недели до экзаменов. Ян клялся ему чуть ли не на коленях, что всё сдаст как положено. В итоге Ли сдался, пригрозив Чонину, что если тот завалит экзамены, то вытаскивать он его не будет. Младший согласно покивал, сказал, что вернётся за несколько дней до экзаменов и уехал. Всё, после того момента от Ян Чонина новостей больше не было. Куда делся сам Ли? Не мог же он уехать, ничего не сказав родному брату. Он мог держать в неизвестности кого угодно, но только не Минхо.

Когда-нибудь дурацкие привычки Хёнджина выйдут ему же боком. Например, прямо сейчас, когда он слышит тихие шаги за спиной. Он даже повернуться не успел, когда почувствовал сильный удар по голове, а потом, кажется, потерял сознание.

На сколько времени его вырубило, Хван не имел понятия. Так же он понятия не имел, что это было за сырое тёмное место, где он оказался. Голова нещадно кружилась, перед глазами всё плыло. До него не сразу дошло, что он сидит, привязанный к стулу, да ещё и не один в этом помещении, больше похожем на подвал. Было такое чувство, будто его сейчас стошнит. Юноша безвольно опустил голову на грудь, закрыв глаза. За несколько лет он уже отвык от такого полубессознательного состояния. Последний раз он испытывал такое лет в четырнадцать, когда отец в очередной раз избил его, бросив в квартире на кухне одного. — Господин Хван, Вы очнулись, — послышался раздражённый мужской голос рядом. Брюнет через силу поднял голову, устремив практически невидящий взгляд на человека перед собой. Ему понадобилось довольно много времени, чтобы понять, кто это.

— Ха, Ли Чхонсан, — юноша слабо усмехнулся, увидев перед собой отца Феликса. Он покачал головой, закрыв глаза. — В принципе, я ждал этого.

Не ждал он ничего. Но предполагал, что глава семьи Ли захочет узнать о местонахождении своего сына именно от него. К сожалению, Хёнджин сам понятия не имел, где этот чертёнок. Ему бы тоже хотелось с ним побеседовать. Ну или не только побеседовать, но и отвесить пару оплеух. За документы и за то, что заставил за ним побегать. А, может, и не пару.

— Где мой сын? — спросил мужчина, склонившись над Хёнджином. Видимо, привычку вот так вот наклоняться над сидящим Феликс перенял у своего отца. Даже забавно. В прочем, в исполнении младшего Ли это выглядело более внушительно.

— Я бы и сам хотел знать, где он, — безразлично ответил Хван. К этому времени головокружение немного утихло, и взгляд перестал расплываться настолько сильно. Он уже мог видеть более менее чёткие очертания людей.

— Где Феликс?! Отвечай! — Ли Чхонсан схватил брюнета за ворот рубашки. Парень только сейчас понял, что пиджак с него благополучно сняли.

— Да не знаю я, — Хван поморщился. Громкие крики не особо хотелось слушать в таком состоянии. Сейчас было желание лечь и просто побыть в тишине.

— Где Феликс?! — взревел господин Ли, встряхнув брюнета за рубашку.

— Не знаю, — спокойно ответил Хёнджин, тут же получив хлёсткую пощёчину. Он сухо усмехнулся, поджав губы. Феликс бьёт сильнее. От его ударов скулы сводит порой, а сейчас так, ерунда.— Где Феликс?!

— Я не знаю.

— Где Феликс?!

Хёнджин поджал губы, закатывая глаза и тяжело вздыхая. Ну нет, это уже глупо. Ли Чхонсан серьёзно думает, что из-за какого-то Феликса он стал бы терпеть вот такое обращение с собой? Ну уж нет. Хван Хёнджин знает себе цену, ни какой Ли не заставит его пожертвовать собой ради него.

— С чего вы взяли, что это я? — брюнет смотрит испепеляющим взглядом на отца своего недоврага.

— Ты единственный, кто посмел бы идти против нашей семьи, используя для этого Феликса. Где он?! Где ты его держишь?!

Хёнджин устало вздохнул. Самое тупое суждение, которое он когда-либо слышал. Да и зачем ему идти против семьи Ли? В Южной Корее нет ни одного бизнесмена лучше него. И Хвану самому нет ни до кого дела. Что же все так любезно приписывают себе его внимание?

— Мне прятать где-то Вашего сына вообще никак не сдалось, — спокойно ответил брюнет, глядя на мужчину перед собой. — Я сам его ищу. Он мне должен кое-что вернуть.

— Смеешь обвинять Феликса в чём-то?! — ещё один удар по лицу. Нет, младший Ли определённо бьёт сильнее. Ещё и не церемонится никогда. Приложит головой об стену, улыбнётся, вцепится в волосы, поцелует и свалит.

— Я не трогал Вашего сына, — Хёнджин поджал губы. А иногда ведь очень сильно хочется его прибить. Чем сильнее, тем лучше. Правда, чаще всего почему-то получается наоборот. Достаётся обычно Хвану от Феликса.

— Где Феликс?!

Ещё один такой вопрос, и Хёнджин точно взвоет от досады. Сколько раз он сказал, что не знает? Зачем спрашивать снова и снова? Это как минимум странно. Феликс не тот, кого Хван стал бы прикрывать таким способом. Да и в принципе прикрывать его он не собирается. — Позвоните ему, что ли, — пожав плечами, сказал Хван. — Может, всего лишь нужно ему позвонить?

— Совсем дураком меня считаешь?! — воскликнул Ли Чхонсан, отвесив брюнету очередную пощёчину. — Он не отвечает никому.

— Да вы просто его достали, видимо, — тихо проворчал Хёнджин, покусывая губу. Если такой контроль к нему всегда, то Хван может понять и даже оправдать внезапное исчезновение блондина. — Ничем помочь не могу, мне уж он точно не ответит, — более громко сказал юноша. Ему бы ещё сожалеющее развести руками, да вот только они туго связаны за спиной. Как много от Феликса проблем, господи.

— А вот сейчас и проверим, — сказал Чхонсан, подзывая к себе своего человека, у которого в руках был телефон брюнета. — Говори пароль.

Хёнджин, нетерпеливо постукивая ногой по полу, внимательно смотрит на господина Ли, который почему-то с его телефона звонит своему младшему сыну. Как до такого вообще дошло? Если Феликс не отвечал на звонки родного брата, они думают, что он ответит на его звонок? Серьёзно? Да это смешно!

Долгие гудки, и когда кажется, что всё это бесполезно, на звонок вдруг отвечают. Это было удивлением для всех.

— Алло? — быстро говорит Ли Чхонсан, почему-то напрягаясь.

— Хуем по лбу не дало? — огрызается с той стороны телефона грубый низкий голос. Сразу ясно, кто именно ответил на звонок, как и по голосу, так и по манере общения.

Хёнджин, слышащий этот шедевральный ответ, тихо фыркает, качая головой. Феликс такой Феликс, он не изменится.

— Ты как с отцом разговариваешь, гадёныш?! — возмущённо вскрикивает господин Ли.

На другой стороне телефона повисла гробовая тишина. Секунда, три, пять, восемь. А потом раздался оглушительный хохот. Послышался такой звук, будто кто-то упал и теперь катается по полу, задыхаясь от смеха. На заднем плане слышится чьё-то недовольное бурчание, а Феликс начинает смеяться ещё громче, буквально крича.

Хёнджин, слушая этот смех, сразу представил Ёнбока, который валяется на полу, стуча ладонями по коленям, мотая ногами и просто задыхаясь. Брюнет один раз уже видел такого Феликса, который задыхался со смеху, бегая по всей комнате. И эта картина почему-то прочно засела в его голове. И сейчас он даже невольно улыбнулся, слабо, но всё же искренне.

А младший Ли, отсмеявшись, наконец-то соизволил продолжить разговор с до предела возмущённым отцом.

— Долго же вы меня искали, — по голосу было слышно, что блондин улыбается. — Неделя прошла.

— Ты где сейчас? Тебя заберут, — сказал Ли Чхонсан, закатывая глаза и игнорируя подколы сына.

— Значит, всё же не нашли ещё, — Феликс, сидя на полу, растянул губы в лукавой улыбке. —  Кстати, на счёт человека, который сидит недалеко от тебя со связанными за спиной руками. Никогда не думал, что скажу это, но Хвана можете отпустить, он всё время даже понятия не имел, где я. И да, пап, передай ему, пожалуйста, что как только я его увижу, набью ему лицо, ибо нефиг подписывать меня "долбаёбом" в телефоне. А людей гонять за мной не надо, я сам скоро приеду. До вечера.

И Феликс, даже не дав отцу слова вставить, сбросил звонок. Ли Чхонсан медленно повернулся к Хёнджину и, прищурившись, недоверчиво взглянул на него.

— Ты правда не знал, где он?

— Не знал я, — огрызается Хёнджин, даже не глядя на мужчину. Он внимательно рассматривает свои чёрные лакированные туфли. — Знал бы, сказал бы давно уже.

— Что ж, — задумчиво сказал господин Ли, развязывая чужие руки. — Идём, расскажешь, как тебя утянуло к этому чертёнку.

Хёнджин усмехнулся, потирая затёкшие запястья, на которых остались натёртые следы от грубых верёвок. Даже собственный отец зовёт Феликса чертёнком. Это прозвище ему действительно подходит как нельзя хорошо. Забрав у одного из людей Чхонсана свой пиджак, телефон и ключи от машины, юноша направился за мужчиной.

А, собственно, что тут рассказывать? Феликс и Хёнджин никак не связаны. Каждый идёт своей дорогой, просто их пути подозрительно часто встречаются. Но это всего лишь совпадение. Они учатся в одном учебном заведении, на одном факультете, каждый день пересекаются в универе и... всё. Больше их не связывает абсолютно ничего. Хёнджин занят собой и своей компанией, Феликс проворачивает какие-то свои дела. Встретиться они могут лишь на банкете или каком-нибудь светском вечере. Или в каком-нибудь клубе. Или в чьей-либо компании. Ну или дома у Хан Джисона. Но это лишь совпадения, не более. 

Хван сидит за столом в гостиной семьи Ли, покручивая серебряное кольцо на пальце. Он обменивается пристальными взглядами с Ли Чхонсаном, а потом ухмыляется, слыша звук открывающейся двери. Голову он не поворачивает, потому что знает, кто именно пришёл, в то время, как господин Ли поднимается с места, поворачиваясь к двери.

— О, какие люди в Голливуде, — радостный Феликс залетает в гостиную, встречаясь взглядом с отцом, а потом переводит его на Хёнджина, невозмутимо сидящего за столиком с чашкой крепкого кофе, который он неторопливо попивает. 

Блондин усмехается, а потом проходит к столу, садясь напротив Хвана.

— Господин Хван, двойной американо без сахара вреден для здоровья, — Ли лукаво щурится, глядя на Хёнджина, который медленно поднимает на него взгляд.

— А может, я пью не его?

— Именно его. Ты другой не пьёшь, — Ликс усмехается, откидываясь на спинку дивана, и слегка склоняет голову вбок. Чувствует на себе пристальный взгляд отца, улыбается и, даже не повернувшись к нему, говорит, — Ну а как ты хотел, пап? Врагов надо знать от начала и до конца.

— Ты!.. — Хёнджин быстро встаёт, прожигая Феликса гневным взглядом изумрудных глаз.

— Тихо-тихо, — блондин вытягивает вперёд руку, пригрозив парню пальцем. — Оставь своё раздражение при себе. Ты, всё-таки, у меня дома.

С этими словами Феликс поднялся с дивана и подошёл к брюнету. Он слегка прищурился, а потом, склонив голову набок, сказал:

— Поставь чашку.

— Что? — Хёнджин непонимающе взглянул на парня.

— Поставь чашку на стол, — всё так же спокойно сказал Феликс. — Будет печально, если ты запачкаешь этот костюм кофе.

Хван холодно усмехнулся, предполагая, что именно сейчас произойдёт. Он действительно поставил чашку с кофе на стол, и как только его пальцы отпустили ручку, бледную щёку тут же обожгла хлёсткая пощёчина. В его зелёных глазах вспыхнул огонёк раздражения, когда он схватил блондина за запястье, поднимаясь на ноги. Он резко толкнул его назад, норовя схватить за шею, но Ликс вскинул руку, препятствуя этому действию. Хван всегда хватал его за шею, прежде чем поцеловать, и сейчас это действие было нацелено именно на такой результат. Ли внезапно почувствовал прилив гордости, что всего за полтора месяца приучил Хёнджина к поцелуям при ссоре. Он устремил ледяной взгляд в лицо брюнета, а потом сквозь стиснутые зубы еле слышно прошептал:

— Не сейчас.

Хёнджин, в глазах которого черти плясали, нахмурился, поджимая губы, молча согласившись со словами Феликса. А Ли тем временем до боли вывернул ему руку, лукаво усмехнувшись, и усадил на диван, протягивая к нему руку. Он пошевелил пальцами, словно что-то требуя, а потом всё же удосужился сказать:

— Отдай телефон.

— Больше тебе ничего не отдать? — огрызнулся Хван, глядя в глаза напротив.

По лицу Ликса было видно, что, если бы не присутствующий здесь отец, то он выдал бы какую-нибудь пошлую шутку, но сейчас он стойкой молчал, покусывая губы.

— Нет, мне нужен всего лишь твой телефон. Не на долго.

Хван закатил глаза и достал телефон, вкладывая уже разблокированный смартфон в чужую протянутую руку. Ликс улыбнулся, шутливо щелкнув брюнета по носу, а потом что-то быстро сделал в отданном ему телефоне, после чего спокойно вернул тот владельцу.

— Что ты сделал? — Хёнджин с подозрением посмотрел на парня.

— Бомбу активировал, — оскалился тот. — Сядешь в машину — взорвёшься.

— Всё ещё хочешь меня убить.

— Ага, но бомбе это не доверю. Хочу лично видеть, как ты сдохнешь от пули из пистолета в моих руках.

Феликс вновь вернулся на своё место и, закинув ногу на ногу, важно откинулся на спинку дивана. Протянул руку, выхватив у брюнета из-под носа чашку с недопитым, но всё ещё горячим кофе, и сделал несколько глотков, после чего вернул назад. Улыбнулся странно смотрящему на него отцу, а потом просто закрыл глаза, складывая руки на груди.

— Минхо-хён в курсе, что я дома? — спросил блондин.

— Нет ещё, но я ему...

— Не говори, — перебил парень отца. — Пусть будет сюрпризом, — а потом он поднялся и потянулся, будто просидел целую вечность, хотя на деле не прошло и двух минут. — Пойдём, — обратился парень к Хёнджину. — Я тебе провожу.

Хван молча поднялся с места, даже не удосужившись попрощаться с господином Ли, и последовал за Феликсом, который ловко съехал по перилам на первый этаж, а потом повернулся, ожидая, когда спустится брюнет.

Он наградил Хёнджина нечитаемым взглядом, после чего просто последовал к двери, небрежно сняв с вешалки в гардеробе чужое пальто и швырнув его владельцу.

— Выметайся, — Ли улыбнулся, склонив голову набок, а потом быстро подался вперёд и небрежно чмокнул парня куда-то в подбородок. — И забудь дорогу к моему дому навсегда.

— С радостью, если меня больше не будут связывать и силком притаскивать сюда, — ответил Хван, схватив юношу за воротник рубашки и дёрнув на себя. Он вгляделся в голубые глаза парня, слегка прищуренные, от этого более лукавые, словно у демона-искусителя. Перевёл сосредоточенный взгляд на приоткрытые бледные губы. 

— Что, боишься целовать? Страшно, что все узнают о том, что лучший бизнесмен Южной Кореи, который наводит на людей панику лишь своим именем, зажимается по углам с сыном своего врага? — Феликс посмеялся со своих же слов, а после небрежно толкнул брюнета назад, закрыв у него перед носом дверь. — Пока-пока.

Когда Хёнджин уже сел в машину, ему на телефон пришло сообщение. Открыв чат, он увидел сообщение от контакта "Папочка". До него не сразу дошло, что ранее подписанный как "долбаёб" Феликс просил у него телефон именно для этого.

— Тварь, — выругался Хван, швырнув телефон на соседнее сиденье, а потом вжал педаль газа в пол. Машина резко сорвалась с места.

Он даже не ответил на очередной стёб Ли младшего в виде сообщения "ну что, не заблудился?".