1 глава

-*Сосед сверху*-

Наташа жила на первом этаже старой панельной пятиэтажки уже три года. Квартира была маленькой - одна комната, совмещённый санузел и кухня-ниша, где едва помещался крошечный стол. Но ей хватало. Это было её пространство, её убежище. Светлое, несмотря на низкий потолок. Уютное - благодаря плюшевому плед на диване, который она купила на распродаже и ни разу об этом не пожалела. И тихое - если не считать соседей сверху, которые иногда сверлили по субботам и слушали музыку по вечерам.

Но этот сосед был другим.

Он въехал месяц назад. Наташа помнила этот день: грохот на лестнице, звуки передвигаемой мебели, чьи-то громкие шаги. Она тогда подумала: «Ну вот, ещё один шумный тип, который будет мешать спать». Но прошла неделя, другая - он оказался тихим. Почти незаметным. Разве что иногда - музыка, негромкая, будто он специально её приглушал, чтобы не тревожить соседей. И сверление - но по субботам, с одиннадцати до часу, всегда в одно и то же время. Наташа уже привыкла и перестала замечать.

Сегодня был вторник. Обычный, ничем не примечательный вечер. Она вернулась с работы в половине десятого, уставшая после совещаний и бесконечных правок. Сняла пальто, повесила его в прихожей, разулась. На кухне заварила чёрный чай с бергамотом - он её успокаивал. Села на подоконник с вейпом. Форточка была приоткрыта - в комнату тянуло прохладным сентябрьским воздухом.

Она парила почти каждый вечер. Черничный вкус стал её привычкой. Не потому что она не могла без него - просто нравилось. Сладкий, с лёгкой кислинкой, почти как настоящие ягоды, которые она покупала летом на рынке. Она сидела на подоконнике, выпускала облачка пара в ночной город и смотрела вниз на прохожих, на редкие машины, на фонари под окном.

Буш, её серый вислоухий кот, спал на диване. Он свернулся калачиком - как всегда, когда Наташа курила. Ему нравился её ритуал. Она знала это по тому, как он расслабленно прикрывал глаза, когда черничный запах плыл по комнате, не раздражая его, а скорее успокаивая. Буш был странным котом - его не пугал дым, не пугали громкие звуки. Только голод. Он терпеть не мог, когда его кормили не вовремя.

Сегодня Наташа накормила его в шесть, как обычно, и он был доволен. Сидел на диване с сытым видом и смотрел на неё - то ли с одобрением, то ли с укоризной. Она не разбиралась в кошачьих взглядах.

В одиннадцать вечера она сидела на подоконнике, как обычно. Чай остыл. Вейп лежал рядом. Она затягивалась медленно, выпуская облачко за облачком. Форточка была открыта - дым уходил на улицу, в прохладную темноту.

И тут раздался стук.

Три коротких удара в дверь. Не громких, но настойчивых. Наташа вздохнула, отложила вейп. Нехотя сползла с подоконника, прошлёпала босиком по коридору и открыла.

На пороге стоял парень. Чуть выше неё - сантиметров на пять. Русые кудряшки, растрёпанные, будто он постоянно проводил по ним рукой. На нём - серая футболка и домашние штаны. Лицо уставшее, но взгляд колючий. Он смотрел на неё так, будто она была главной проблемой его сегодняшнего дня.

- Привет, - сказал он. - Я сверху живу. Миша. Знаю, поздно, но... у меня вопрос.

- Да, - ответила Наташа, прислонившись плечом к косяку. Она устала, но любопытство пересилило раздражение.

- Ты куришь? - спросил он. - Прямо сейчас? У тебя форточка открыта, дым идёт вверх. Я сидел за работой, открыл окно - и почувствовал. Черничный, да? Я сначала думал, что с улицы тянет, но потом понял - из твоей квартиры. Понимаешь, я не против твоих привычек, но у меня от этого запаха голова начинает болеть. И в подъезде тоже пахнет. Соседи сверху жаловались. Ну, не жаловались, но я слышал, как они обсуждали. Просто... есть шанс, что мы можем договориться?

Наташа смотрела на него. Он говорил спокойно, без наезда, но настойчиво. В его голосе звучала усталость - настоящая, когда человек просто хочет, чтобы его оставили в покое, но вместо этого вынужден разбираться с соседями.

- Во-первых, я не курю, я парю, - сказала она. - Это разные вещи. Сигареты воняют пеплом и дымом. А у меня черника. Во-вторых, я парю у себя в квартире. Форточка открыта - дым уходит на улицу. Я не нарушаю закон. И я не делаю это специально, чтобы досадить тебе. У меня просто привычка.

- Я понимаю, - сказал Миша. - Я не прошу тебя бросать. Я просто спрашиваю: можем ли мы как-то договориться, чтобы не было конфликта? Мне нужно работать по ночам. Я программист, у меня дедлайн. И этот запах... он мешает. Я не могу сосредоточиться.

Он говорил это без жалобы. Просто факт. Наташа почувствовала, как раздражение уступает место чему-то другому - пониманию.

- Ладно, - сказала она. - Давай попробуем. Я могу парить в другое время. Или выходить на балкон. Не знаю. Но если ты сможешь закрывать окно... или мы поделим время... я не против попробовать. Мне не нужны конфликты с соседями. У меня есть кот, работа, и я не хочу тратить энергию на выяснения отношений. Тем более из-за чёртовой черники.

Миша улыбнулся. Первый раз за весь разговор.

- Спасибо, - сказал он. - Честно. Я не хотел быть тем соседом, который ходит и жалуется. Просто... иногда голова действительно раскалывается. Хотя, может быть, это не от черники, а от недосыпа. Но я решил попробовать уладить. И ты согласилась. Это приятно.

- Не благодари, - ответила Наташа. - Я просто хочу спать по ночам. И чтобы никто не стучал в мою дверь. Так что мы договорились: ты закрываешь окно, я не парю после одиннадцати. Или я выхожу на улицу. И никто никому не мешает.

- Договорились, - кивнул Миша. - Спокойной ночи.

Он развернулся и начал подниматься по лестнице. Наташа смотрела ему вслед. На его плечи, на кудряшки, на то, как он шаркает тапочками по бетонным ступеням.

- Кстати! - окликнула она.

Он обернулся.

- Меня Наташа зовут. Если что - стучись. Но только по делу. И без претензий.

Миша кивнул.

- Запомню.

Он скрылся за поворотом. Наташа закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула.

- Буш, - сказала она коту. - Ты слышал? У нас новый сосед. И он, кажется, не дурак. Он просто попросил. Не наехал, не угрожал. Сказал, что у него голова болит. И я согласилась. Ну вот почему я согласилась? Или я устала, или он умеет говорить так, что хочется помочь. Понятия не имею.

Буш моргнул. Ему было всё равно. Он свернулся обратно в клубок и закрыл глаза.

Наташа вернулась в комнату, посмотрела на вейп. Взяла его, покрутила в пальцах, но курить не стала. Поставила на подоконник, закрыла форточку. Заварила черничный чай, села на диван, взяла книгу.

За стеной, где-то над ней, заскрипел стул. Миша, наверное, снова сел за работу. Наташа улыбнулась и вернулась к чтению.

---

Конец первой главы.