глава 8

Через некоторое время лодки выплыли на открытое пространство, и первогодки смогли увидеть Хогвартс. Величественный, с башнями, точно вышедший из средневековья, настоящий волшебный замок-крепость предстал перед глазами десятков новичков. Весь в огнях, он сиял на фоне ночного звёздного неба. Даже Руфелиус любовался грандиозным творением Основателей, воздвигнувших это чудо. Своими многочисленными огнями Хогвартс отражался в тёмной водной глади, покачиваясь на волнах чёрным силуэтом.

Очутившись на берегу, первокурсники были переданы Хагридом профессору МакГонагалл, которая далее сопровождала их по замку. Оставив детей в небольшой комнате, профессор посоветовала собраться с мыслями и ожидать распределения. Вообще, в её словах явно был скрытый контекст - намёк на то, что шляпа может учесть пожелания оказавшегося под ней ребёнка при распределении. Однако, из-за того, что многие были на нервах, почти никто не заметил этого.

Кто-то неподалёку вякнул о том, что нужно будет сразиться с троллем, чтобы пройти распределение. Руфелиус только фыркнул.

Руфелиус: *шёпотом* Как можно было до этого додуматься?

Драко: Непонятно. Но, судя по лицам большинства из присутствующих, они поверили.

Руфелиус: Мда...

Тут из стен стали выплывать призраки. Все они были не первой свежести - в старых костюмах, у некоторых заляпанных флуоресцентной потусторонней кровью, многие - в париках. Кто-то из девочек взвизгнул и стал теснить остальных к стенам, подальше от призраков. Руфелиус вздохнул и вышел вперёд, встав в центр освободившегося пространства. Брюнет отвесил церемонный поклон одному из привидений - Кровавому Барону, покровительствующему слизеринцам.

Рыфелиус: Доброй ночи, Кровавый Барон. Счастлив лично познакомится со столь известной личностью.

Барон: Доброй ночи, юноша. - ответил на поклон Барон. - Чувствую в вас потенциал. Представьтесь.

Руфелиус: Руфелиус Леандро Веллавити-Розано Крещендо, - улыбнулся, немного прищурив синие глаза мальчик. - Возможно, вы были знакомы с моим пра-пра-пра-дедом.

При звуке этих фамилий Кровавый Барон заметно вздрогнул. Его призрачное лицо вытянулось, и он немного нервно растянул губы в учтивой, почтительной улыбке, какую никогда не демонстрировал живым.

Барон: О! Да, я имел честь быть знакомым с этим человеком. Смею надеяться, что вы почтите присутствием Слизерин.

Руфелиус: Непременно, барон.

За всей этой сценой с немым удивлением наблюдали первогодки. Даже будущие слизеринцы, тем более они, с изумлением глядели на, кажется, своего будущего предводителя.

Драко: Что это было? - прошипел не хуже Алсу на ухо Руфу Драко, когда брюнет занял место рядом с ним. - Кровавый Барон мало к кому обращается на «Вы», да ещё и с таким почтением.

Руфелиус: Просто Барон был ещё при жизни хорошо знаком с одним моим выдающимся родственником по линии Веллавити, а это в магическом мире много стоит. - пояснил, улыбаясь, Руфелиус.

Тут в дверь вошла МакГонагалл и попросила следовать за ней. Первогодки ровным, а кое-где и не очень, строем вошли в зал. Нет, Зал. Он был огромен. За четырьмя столами, под своими знамёнами, сидели представители четырёх факультетов: барсуки, змеи, во́роны и львы. Старшие - ближе к главной двери, а младшие - ближе к учительскому столу. За учительским столом главное место в центре занимал директор, тот самый Дамблдор, восседая на резном стуле. Эта картина в представлении Руфу напоминала ему трон дяди Диего. Король, был добрым дядюшкой. Яркая мантия и шапка, седые волосы с длинной бородой, в которую были вплетены бубенчики, блестящие очки-половинки, не скрывающие мягкий, но пронзительный взгляд, и добрая улыбка, растягивающая губы.Их подвели к стулу, на котором лежала шляпа. Надо сказать, очень старая шляпа, что понятно - она сохранилась со времён самой Великой четвёрки Хогвартса. Но, не смотря на это, выглядела она плачевно со всеми своими потёртостями - о бесценном и единственном в своём роде артефакте могли бы заботиться и получше. Наняли бы там Мастера, чтобы тот подновил. Тут шляпа зашевелилась и открыла «рот», чтобы спеть свою песню о своей важности и всех четырёх факультетах. Все вежливо похлопали.

Профессор МакГонагалл развернула свиток и начала зачитывать имена. Дети подходили и садились на стул, на их головы водружали шляпу, проходило некоторое время и под громкие рукоплескания один из факультетов получал нового ученика.

Макгонаголл: Грейнджер, Гермиона.

- Рейвенкло! - почти сразу же воскликнула шляпа, и Гермиона под аплодисменты отправилась за стол воронов.

Макгонаголл: Лонгботтом, Невилл!

Недавний попутчик троицы неуверенно прошёл к стулу. От переживаний мальчик покрылся красными пятнами и крепко сжимал в руках бедного Тревора, выпучившего глаза. Пока Невилл сидел под шляпой, то успел несколько раз побледнеть и покраснеть - это можно было заметить по выглядывающему из-под поля шляпы подбородку.

- Гриффиндор! - наконец озвучил артефакт свой приговор.

Невилл, не скрывая облегчения и выплывшей на лицо улыбки, переместился на свободное место за столом грифов.

Макгонаголл: Малфой, Драко, - после нескольких детей прочла МакГонагалл.

- Слизерин!

Стол серебристо-зелёных сдержанно похлопал новому члену дома вместе с некоторыми представителями остальных домов.Закончилась буква «М», а Руфелиуса так и не вызвали. Брюнет ловил на себе встревоженные взгляды Гермионы и Драко, не понимающих, что происходит. А вот зеленоглазый полудемон прекрасно понимал замысел директора.

Макгонаголл: Поттер, Гарольд. - с донельзя довольным видом прочла декан Гриффиндора, не сдерживая улыбки.

По лицу Руфелиуса расползлась ехидная усмешка. Он не двигался с места.

Макгонаголл: Поттер, Гарольд. - растерявшись, повторила профессор после паузы.

Из группы переговаривающихся первогодок никто не вышел. МакГонагалл беспомощно оглянулась на Дамблдора. Тот уже не выглядел таким беззаботным и довольным жизнью, но быстро вернул обладание и многозначительно кивнул декану Гриффиндора. Та, немного помедлив, со вздохом произнесла:

Макгонаголл: Веллавити-Розано Крещендо, Руфелиус.

Названный с лёгкой улыбкой вышел вперёд и сел на стул под немую тишину, воцарившуюся в зале. МакГонагалл стала опускать на его голову шляпу.

- Слизерин! - заорала шляпа, не касаясь головы первокурсника.

Руф с ухмылкой под стройные аплодисменты своего отныне факультета прошёл и уселся за стол рядом с Драко. После небольшой заминки церемония продолжилась, а Руф ловил на себе задумчивый и недовольно-колкий взгляд голубых глаз.

Дамболдор: Добро пожаловать в стены Хогвартса тем, кто впервые переступил порог, и с возвращением тех, кто вернулся на новый учебный год, - поднялся со своего «трона» директор. — Первокурсников прошу запомнить, что ходить в Тёмный лес для всех учеников запрещено, как и творить чудеса в коридорах. И ещё - наш смотритель, мистер Филч, попросил меня напомнить, что коридор на третьем этаже по правой стороне является запретным для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. Прежде чем начать банкет, я хотел бы сказать несколько слов. А вот и они: олух, пузырь, остаток, уловка! Всё, спасибо всем.

Директор громко хлопнул в ладоши, и все пустующие золотые блюда на столах мгновенно наполнились восхитительно пахнущей, но довольно тяжелой английской едой. Студенты с голодным блеском в глазах начали жадно наполнять свои тарелки. Руфелиус, сохраняя безупречную осанку, изящным движением руки в чёрной перчатке подтянул к себе кувшин с напитком, намереваясь утолить жажду после долгой дороги.

- Что это такое? - брезгливо поморщившись, спросил синеволосый Крон-Принц, заглядывая внутрь бокала, где колыхалась густая, мутная жижа приторно-оранжевого оттенка.

- Тыквенный сок, - так же недовольно сморщив свой нос, ответил сидящий по правую руку от Руфа темнокожий слизеринец-первогодка с тонкими, породистыми чертами лица. - Он тут подается как основное питье на завтрак, обед и ужин. Так что советую заранее смириться и просто привыкнуть.

Вместо ответа Руфелиус лишь ехидно усмехнулся. Мириться с британской безвкусицей будущий Император не собирался. Он сделал легкий, едва слышный щелчок пальцами левой руки, на которой поблёскивал перстень-трансформер, и невербально призвал личного домовика. Магия Крон-Принца была настолько сильна, что эльф дома Веллавити мгновенно и абсолютно бесшумно материализовался прямо под столом Слизерина, не потревожив чары замка.

Руф едва заметно наклонился и тихо, на имперском наречии, отдал волю заменить ему содержимое стакана. Домовик немедленно щелкнул пальцами: оранжевая жижа в бокале принца прямо на глазах изменила цвет с ядовито-оранжевого на глубокий, тёмно-коричневый. От кубка по всему Слизеринскому столу начал стремительно распространяться божественный, терпкий запах свежесваренного, элитного кофе. После выполнения приказа эльф тихо растаял в воздухе.

- Так-то лучше, - удовлетворённо и глубоко вздохнул брюнет. Он с немалым, искренним удовольствием пригубил обжигающее содержимое бокала, полностью игнорируя недоуменные взгляды старшекурсников.

- Здорово! - искренне восхитился всё тот же темнокожий слизеринец, чьи глаза восторженно округлились от такой демонстрации магии домовика. - Мне бы тоже чертовски не хотелось пить этот приторный тыквенный сироп.

- Если хочешь, могу сказать, чтобы изменили и твой напиток. - великодушно предложил Руфелиус, оценив эстетический вкус соседа.

- О, здорово! Можно тогда мне аранчату? - с надеждой спросил мальчик, упомянув изысканный итальянский газированный напиток.

- Конечно, - пара мгновений, едва заметное ментальное повеление Руфа, и под столом снова промелькнула тень домовика. В бокале сокурсника оранжевая жижа с тихим шипением превратилась в искрящуюся, прохладную аранчату с ароматом спелых сицилийских апельсинов. Эльф снова бесшумно исчез.

- Большое спасибо, ты меня очень сильно выручил! - широко и белозубо усмехнулся мальчик, с наслаждением делая большой глоток.

- Да не за что. Я, кстати, Руфелиус. - спокойно представился Крон-Принц, протягивая руку.