Глава 13. Счастье близко

«Первая любовь требует лишь немного глупости и много любопытства»

***

Я медленно шла по улице, сунув руки глубоко в карманы куртки и втянув голову в шарф от холодного ветра. Конец марта всегда выглядел странно. Будто город устал быть зимой, но весной стать ещё не успел. Снег почти растаял, превратившись в серую кашу вдоль дорог, где то лежали невысокие, мокрые сугробы, с крыш постоянно капало, а асфальт блестел мокрыми пятнами. Воздух пах сыростью, талой водой и чем то металлическим, как всегда после долгой зимы. Небо было мутное, тяжёлое, будто вот вот снова пойдёт снег, хотя уже вроде не должен. Ветер дёргал провода, гонял по двору старые бумажки и неприятно пробирался под куртку. Но всё равно в этом воздухе уже чувствовалось что то другое. Не тепло даже, а ощущение, что холод скоро закончится. Я медленно шла вдоль дворов, специально выбирая длинную дорогу. После болезни дома сидеть было невозможно. Казалось, стены давят, воздух слишком душный, а мысли становятся только хуже. Мама чуть ли не вытолкала меня на улицу, сказав, что я и так двое суток проспала. И она была права. Тело до сих пор было слабым, ноги казались ватными, а голова немного кружилась, но лежать в постели дальше я бы просто не выдержала.

Особенно после того сна. Я всё ещё не могла от него отойти. Он сидел внутри неприятным осадком, как будто я действительно прожила всё это. Иногда мне даже казалось, что стоит только закрыть глаза и я снова окажусь там. В той реальности, где Аня исчезла. Где дома вечная тяжёлая тишина, где мама плачет по ночам, а Лиля смотрит куда то мимо меня пустыми глазами. От одной мысли об этом внутри снова неприятно сжалось. Я опустила голову и смотрела под ноги, обходя лужи. Вода в них была тёмная, с грязным мартовским льдом по краям. Мимо прошла какая то женщина с авоськой, недовольно глядя себе под ноги. Где то за домами кричали дети. Всё было обычным. Настоящим. И я специально цеплялась взглядом за эти мелочи, будто проверяла реальность на прочность. Потому что сон был слишком настоящим. Я помнила даже ощущения. Помнила тот ужас, когда понимаешь, что человека нет. Помнила, как ходила по району и всматривалась в чужие лица, надеясь увидеть Аню. Помнила Кощея, его мерзкий спокойный голос, базу «Универсама», липкий страх внутри. Помнила как Лиля становилась всё страннее, всё дальше от меня. И самое страшное, во сне это казалось нормальной жизнью. Я даже не сомневалась в ней. Я резко выдохнула, пытаясь выбросить всё это из головы.

— Господи, бред какой то... — голос прозвучал тихо и сразу растворился в ветре. Я шла дальше. Куртка казалась слишком тяжёлой после температуры, ноги быстро уставали, но возвращаться домой не хотелось. Наоборот, хотелось идти как можно дольше, пока холодный воздух окончательно не выветрит из головы остатки сна. Во дворе возле качелей стояли пацаны помладше, кидались мокрым снегом и орали друг на друга. Один поскользнулся прямо в луже, остальные заржали так громко, что даже я невольно улыбнулась краем губ. Обычная жизнь. Настоящая. От этого становилось легче. Я подняла голову к небу. Серое. Низкое. Но где то далеко между облаками уже пробивался свет. Весна всё равно придёт, как бы район ни выглядел сейчас. И вдруг я снова подумала про Аню. Не про сон даже. А просто про неё настоящую. Как утром она крутилась возле меня сонная, рассказывала что то про садик и обижалась, что мама не разрешила ей съесть конфеты до завтрака. Такая обычная мелочь. Но после того кошмара мне хотелось запомнить каждую такую мелочь.

Я медленно свернула за угол дома и почти не смотрела вперёд, снова уходя в мысли. Ветер трепал волосы, шарф сползал с плеча, а внутри было какое то странное состояние, вроде уже легче, но тревога всё равно сидит глубоко. И именно поэтому я не заметила их сразу. Со всего размаха я врезалась во что то твёрдое. Точнее — в кого то. Меня качнуло назад, и я уже хотела машинально выругаться, но подняла глаза и замерла.

— Ну нихуя себе. Ты че, совсем ослепла? — передо мной стоял Турбо. Он даже не сдвинулся с места от столкновения. Только посмотрел на меня сверху вниз и медленно ухмыльнулся.

Я моргнула, всё ещё не до конца вернувшись из своих мыслей. Рядом с ним стоял Вахит. В чёрной шапке, с сигаретой в руке, спокойный как всегда. Он посмотрел сначала на меня, потом на Валеру и тихо хмыкнул.

— Она будто не по улице идёт, а по своим мыслям.

Я наконец сделала шаг назад.

— Я не специально.

— Да ладно? — кудрявый ухмыльнулся шире. — А я думал, ты решила меня снести, — он выглядел как обычно, наглый, уверенный в себе, с этой вечной усмешкой, будто его вообще ничего не может напрячь. Куртка расстёгнута несмотря на ветер, руки в карманах, волосы слегка растрепал ветер. И почему то сейчас всё это выглядело слишком... нормально. Реально. Настояще. Наверное потому, что после такого сна любые обычные вещи начинали казаться особенно важными. Даже Турбо с его идиотскими подколами. — Ты какая то мёртвая, — вдруг сказал он уже внимательнее разглядывая меня. — Заболела?

— Угу.

— Видно.

— Спасибо огромное.

Вахит стряхнул пепел и чуть прищурился.

— Температура была?

— Под сорок вроде.

— Нифига, — он наклонился чуть ближе, будто хотел проверить не вру ли я. — Да ты реально как привидение.

— Очень приятно это слышать.

Он тихо усмехнулся, но потом вдруг стал серьёзнее.

— Ты че такая загруженная?

Я отвела взгляд. И сама не поняла почему ответила честно. Наверное после сна голова ещё плохо работала.

— Сон приснился дурацкий.

— Настолько дурацкий? — усмехнулся Турбо. — Ты в меня врезалась и даже не огрызнулась сначала. Это уже страшно.

Вахит тихо засмеялся. А я вдруг почувствовала, что тоже начинаю понемногу расслабляться. Просто от того, что стою посреди обычного двора, слушаю их голоса, чувствую холодный ветер и понимаю, всё нормально. Никакого исчезновения Ани не было. Никакой страшной тишины дома. Никакой сломанной жизни. Только мокрый март, серое небо, лужи под ногами и Валера, который слишком резко появился в моей жизни и всё ещё смотрел на меня слишком внимательно.

— Ну и че снилось? — спросил он вдруг.

Я помолчала. Рассказать? Что мне снилось как Аня пропала, а я сходила с ума? Что во сне всё было настолько настоящим, что я до сих пор не могу до конца поверить в реальность? Я только качнула головой.

— Фигня.

Турбо прищурился, явно не поверив. Но допрашивать не стал. И почему то именно это меня окончательно успокоило. Ветер снова дёрнул волосы мне в лицо. Я раздражённо убрала их за ухо, а он всё ещё смотрел на меня с этой своей полуухмылкой, будто пытался понять, что у меня в голове происходит.

— Не, Вахит, ты посмотри на неё, — протянул он. — Она ж реально как после войны.

— Отстань, — буркнула я.

— А че сразу отстань? Я переживаю вообще то, — Валера провел рукой по моей руке, дошел почти до бедра, но я ускользнула. Скорее не по дружески он это сделал, а так, чтобы почувствовала его тяжелое присутствие.

— Ты не умеешь переживать нормально, — он и переживает? С каких пор я ему так интересна? Мы даже и не знакомы толком.

Вахит тихо усмехнулся, затягиваясь сигаретой.

— Это правда.

Турбо только фыркнул и вдруг шагнул ближе ко мне. Я даже не успела ничего понять, как его рука тяжело легла мне на плечи. Просто взял и притянул к себе сбоку, будто так и должно быть.

— Всё, — заявил он. — Пошли гулять. А то ты щас опять домой уползешь и будешь там помирать под одеялом.

Я сразу напряглась от неожиданности.

— Валер, ты тяжелый вообще то.

— Терпи.

— Я серьёзно.

— А я нет, — он только сильнее прижал меня к себе локтем, и я почувствовала холод от его куртки и запах сигарет вперемешку с морозным воздухом. От него всегда пахло улицей. Снегом, дымом, ветром. И почему то это ощущалось слишком... спокойно.

Вахит посмотрел на нас и покачал головой.

— Туркин, она после температуры. Не сломай её.

— Да не развалится. Она вредная слишком для этого.

Я закатила глаза, но вырываться уже не стала. Наверное потому что сил не было. Или потому что рядом с ними тревога после сна наконец начала отпускать. Мы медленно пошли по двору. Турбо так и не убрал руку с моих плеч, будто вообще не замечал этого. А может наоборот прекрасно замечал и специально не убирал. Под ногами хлюпал мокрый снег. С крыш капало так сильно, будто весь район одновременно начал таять. Где то на лавке сидели мужики и громко спорили о чем то, возле магазина ругалась какая то женщина, а ветер таскал по дороге старые газеты. Обычный конец марта. Грязный, холодный, но уже живой после зимы.

— Ну рассказывай, — сказал он спустя пару минут. — Че за сон был?

— Да ничего интересного.

— Врешь.

— Почему сразу вру?

— Потому что у тебя лицо было такое, будто ты привидение увидела.

Я помолчала.

Вахит шёл рядом спокойно, засунув руки в карманы. Он вообще умел молчать так, что рядом с ним это не напрягало. Просто идёт рядом и слушает. А Турбо наоборот заполнял собой всё пространство. Голосом, движениями, даже этой своей улыбкой.

— Мне Аня приснилась, — сказала я наконец тихо.

Он сразу перестал улыбаться.

— И че?

Я смотрела вперёд, на мокрый двор.

— Будто она пропала.

Несколько секунд никто ничего не говорил. Только ветер шумел где то между домов.

— Ну и жесть тебе снится после температуры, — пробормотал Вахит.

Я кивнула.

— Я проснулась и не сразу поняла, что это сон.

Турбо чуть сильнее сжал моё плечо. Ненадолго. Будто случайно.

— Бывает.

Я подняла на него взгляд. Обычно он всё превращал в шутку, а тут сказал спокойно. Без издевки. И от этого внутри стало ещё теплее.

— Я серьёзно испугалась, — призналась я тихо.

— Да видно уже было.

Он снова ухмыльнулся, но уже не так нагло. Мы вышли со двора к дороге. Машины проезжали мимо, оставляя на асфальте мокрые полосы. Где то впереди играла музыка из открытого окна. Воздух становился холоднее к вечеру, и я невольно сильнее закуталась в шарф. А он то сразу это заметил.

— Замерзла?

— Немного.

— Вахит, смотри, она щас опять заболеет.

— Потому что кто то таскает её по улице после температуры.

— Она сама идет вообще то.

— Очень добровольно, — буркнула я.

Турбо довольно ухмыльнулся.

— Ну не домой же тебя отпускать сразу. Ты там опять думать начнешь.

И самое неприятное было в том, что он оказался прав. Пока я шла одна, мысли снова затягивали меня в тот сон, в этот страх. А сейчас рядом с ними голова постепенно становилась легче. Мы шли дальше через дворы. Иногда Турбо начинал подкалывать кого то из знакомых, иногда Зима рассказывал какие то истории про район, а я просто слушала. И ловила себя на том, что впервые за последние дни не думаю постоянно о плохом. Возле киоска один вдруг остановился.

— Стойте тут.

— Ты куда? — спросила я.

— Щас.

Он ушёл к окошку, а мы с Вахитом остались возле стены дома. Ветер здесь был слабее.

— Он всегда такой? — спросила я тихо.

Парень усмехнулся.

— Какой?

— Будто весь район его.

— А он так и думает.

Я невольно улыбнулась. Через пару минут Турбо вернулся с бутылкой лимонада.

— На.

— Мне?

— Не Вахиту же.

Я взяла бутылку холодными пальцами.

— Спасибо.

— Че такая удивленная? Я иногда добрый.

— Раз в год?

— Не наглей.

Вахит засмеялся тихо, а Валера снова закинул руку мне на плечи, будто уже привык. И мы опять пошли вперёд по мокрым мартовским улицам, среди серого вечера, луж и тающего снега. И где то по дороге я вдруг поняла, что тот кошмар окончательно начинает отпускать меня. Потому что рядом были живые голоса. Смех. Турбо с его тяжёлой рукой на моих плечах. Зима с вечной спокойной усмешкой. Обычный район, обычный март, обычная прогулка.

***

— Да кто он вообще такой? — снова спросила я.

Несколько секунд никто не отвечал. Только ветер шумел между домами и где то лаяла собака. Потом Вахит наконец выдохнул дым в сторону и спокойно сказал.

— Старший.

— В смысле?

— В прямом. Раньше тут многое через него шло.

— Ваш? Универсам?

Турбо усмехнулся краем рта.

— Смотри какая умная.

Я посмотрела на него.

— Так это правда?

Он пожал плечами.

— Было время.

И почему то от этих слов стало не по себе. Не из за смысла даже, а из за того как он это сказал. Будто речь не о человеке, а о чём то старом и неприятном, что всё ещё где то рядом. Мы свернули между домами. Здесь было тише. Только капала вода с крыш да светились окна в серых пятиэтажках.

— А сейчас? — спросила я.

Вахит посмотрел вперёд.

— Сейчас всё по другому.

— Он что, страшный какой то?

Валера вдруг тихо засмеялся. Но смех был какой то нехороший.

— Пчелка... ты иногда такие вопросы задаёшь.

— Ну а что?

Он покачал головой и убрал руку с моих плеч только чтобы достать сигареты. Я сразу почувствовала, как стало холоднее без его тяжёлой куртки рядом. Закурил и только потом сказал.

— Есть люди, которых лучше вообще не встречать. Вот Кощей — из таких.

Я невольно вспомнила свой сон. Тот жуткий, слишком настоящий сон, где Кощей спокойно вёл меня по улице и говорил тихим голосом всякие мерзости про Лилю. У меня даже мурашки по спине пошли.

— Вы его боитесь? — спросила я осторожно.

Вахит резко посмотрел на меня.

— Нет.

Слишком быстро ответил. Турбо заметил это и усмехнулся.

— Не боимся. Просто связываться лишний раз никто не любит.

— Почему?

Он затянулся сигаретой и медленно выдохнул дым вверх.

— Потому что у него башка больная.

Ветер снова ударил в лицо. Я сильнее запахнула куртку и пошла ближе к ним. Почему то после этого разговора дворы вокруг стали казаться темнее. Хотя ничего не изменилось. Всё те же фонари, те же лужи, те же дома. Но погоняло «Кощей» будто притащило с собой какое то неприятное ощущение.

— Он старый? — спросила я спустя время.

Турбо фыркнул.

— Для тебя все старые.

— Даже вы? — Валера вдруг посмотрел на меня по другому. Улыбнулся опять по-тупому. Но ничего не ответил. Мы вышли к дороге. Машины проезжали мимо, разбрызгивая грязную воду. Вечер окончательно темнел. Где то впереди уже горели окна магазина, возле которого толпились пацаны помладше. Я всё думала о Кощее. Имя будто знакомое, хотя я точно не встречала его раньше. Или встречала? После сна вообще всё путалось. Иногда мне казалось, что я уже знаю этого человека. Хотя понимал, это просто кошмар слишком сильно засел в голове.

***

— Ну всё, говнюк, сам меня теперь поднимай!— я сказала это почти одновременно с тем, как поскользнулась. Всё произошло слишком быстро. Под ногами был мокрый мартовский лёд, сверху, каша из талого снега и грязи, а Валера как раз в этот момент снова толкнул меня плечом, смеясь над какой то своей идиотской шуткой. Я попыталась удержаться, взмахнула руками, но ботинок предательски уехал вперёд. И через секунду я уже сидела прямо в холодной серой жиже возле бордюра.— Да твою ж...

Турбо сначала замер, а потом согнулся пополам от смеха. Громко. По настоящему. Так, что даже Вахит рядом закашлялся, пытаясь не заржать вместе с ним.

— Юлька! — Валера едва говорил сквозь смех. — Ты видела себя вообще?!

— Я тебя сейчас убью! — я попыталась встать, но слишком стало мерзко. Штаны прилипли неприятно к коже.

— Не, Вахит, ты видел?! Она как пингвин просто...

— Валер, хорош ржать, — уже смеясь сказал Зима. — Подними её реально.

Но он всё никак не мог успокоиться. Стоял надо мной, держась за живот, а я чувствовала как холодная мокрая каша уже промочила джинсы насквозь.

— Турбо! — сидела как дура в снегу. Хотелось расплакаться. Будто я слишком беспомощная.

— Всё, всё, — он всё ещё улыбался как идиот, но наконец протянул мне руку. Я специально посмотрела на неё с максимальным недовольством. Пряча слёзы, которые скопились от обиды.

— Нет уж. Сам уронил — сам поднимай нормально.

Вахит тихо присвистнул.

— Ой, Валера, всё. Теперь ты попал.

Турбо прищурился, глядя на меня сверху вниз.

— Ты щас серьёзно?

— Абсолютно.

— Совсем оборзела.

— А нечего было толкаться.

Он ещё пару секунд стоял с этой своей наглой ухмылкой, будто решал что то у себя в голове. Потом вдруг резко наклонился ко мне.

— Ладно. Сама захотела, — я даже не успела понять, что он собирается сделать. В следующую секунду Валера одной рукой подхватил меня под колени, второй за спину и просто поднял с земли. Я вскрикнула от неожиданности, автоматически вцепившись ему в плечо.

— Ты больной?!

Лысый уже откровенно ржал рядом.

— Я ж говорил, не надо было выпендриваться.

А Турбо только довольно ухмылялся, даже не думая ставить меня обратно.

— Ну че, пингвин? Поднял?

— Поставь меня сейчас же!

— Неа.

— Валера! — он спокойно пошёл вперёд через двор, держа меня на руках так, будто это вообще ничего не весило. Я чувствовала холодный ветер, запах сигарет от его куртки и то, как он специально едва заметно смеётся надо мной. — Ты вообще ненормальный...

— Зато ты теперь не в снегу.

— Да мне неудобно!

— А мне нормально.

Вахит шёл рядом, качая головой.

— Со стороны вы выглядите как психи.

— Особенно она, — сказал Турбо. — Сначала командует, потом орёт.

Я раздражённо толкнула его ладонью в плечо.

— Потому что ты придурок.

— А ты лёгкая.

— Очень ценное наблюдение.

Он снова засмеялся, а я вдруг поняла, что люди начинают оборачиваться. Какая то бабка возле подъезда посмотрела на нас так осуждающе, будто сейчас милицию вызовет. Двое пацанов у магазина начали ухмыляться. И от этого стало ещё более неловко.

— Валера, хватит!

— Че хватит?

— Поставь меня!

— А ты опять упадёшь.

— Не упаду!

Он специально сделал вид, что задумался.

— Не, не верю.

Я уже чувствовала, как щёки начинают гореть от злости и смущения одновременно. И самое ужасное — ему явно нравилась моя реакция. Он шёл совершенно спокойный, будто носить меня по двору, абсолютно нормальное занятие.

— Лысый, скажи ему!

Вахит только усмехнулся.

— Я в это не полезу.

— Предатель.

— А че я? Мне смешно.

Турбо наконец поставил меня на ноги возле какого то подъезда. Но руку сразу не убрал. Всё ещё держал за талию, будто страховал, чтобы я снова не поскользнулась. И из за этого я вдруг слишком остро почувствовала, насколько мы близко стоим. Ветер трепал мои волосы, его куртка почти касалась моей, а Валера смотрел сверху вниз с этой своей довольной полуулыбкой.

— Ну всё? Не ворчишь больше?

— Ворчу.

— Неблагодарная.

— Я тебя не просила меня таскать.

— Да? А кто говорил «сам поднимай»?

Я закатила глаза.

— Я имела в виду руку подать!

— А я решил красиво сделать.

Вахит снова засмеялся где то рядом. А я вдруг поймала себя на том, что тоже начинаю улыбаться, несмотря на всё раздражение. Потому что рядом с Валерой невозможно было долго оставаться серьёзной. Даже когда хотелось злиться на него. Он заметил мою улыбку сразу. И ухмыльнулся ещё шире.

— О, всё. Оттаяла.

— Не придумывай.

— Да ладно тебе, Юляш. Тебе понравилось.

— Ни капли.

— Врёшь, — он сказал это тихо, протянул  почти около моего уха, но почему то от его голоса побежали мурашки по всему телу. И именно в этот момент я окончательно поняла, что рядом с Турбо становлюсь совсем другой. Более живой.

Все о фанфике выходит раньше тут — kamrishaxc. Буду рада вашей подписке) Не забываем ставить звездочки!! Спасибо 🫶🏻