Часть 42

Вернувшись в замок, Велисса увидела ужасную картину. На месте, где всего полчаса назад была нескончаемая кровавая битва, теперь не было практически ни души. Всюду развалины, кровь. Хогвартс, который столько лет служил непробиваемой крепостью, превратился в руины. Девушка шла через школьный двор, в котором когда-то чувствовала себя самой счастливой на свете, и больше не ощущала ни того счастья, ни радости — ничего.

Войдя в замок, картина стала еще более ужасающей, чем снаружи. Двери в Большой зал были распахнуты, а из самого зала доносился плач. Тот самый зал, где когда-то собирались все ученики школы, теперь был заполнен погибшими, безмятежно лежавшими на полу, и их родными, склонившимися над ними. Помещение было пропитано скорбью и холодом — всем, что у них осталось.

Девушка шла мимо потускневших лиц живых и навсегда застывших мертвых. Велисса выискивала хоть одно знакомое лицо, лишь молясь не увидеть его среди погибших. Однако война не щадит никого.

Всего в паре метров девушка заметила семью Уизли. Молли Уизли склонилась над плачущим навзрыд Роном, который уткнулся в грудь погибшему брату. Фред Уизли, один из близнецов.

Велисса никогда не была близка ни с кем из этой семьи. Однако видеть, как мать скорбит по умершему сыну, было невыносимо. Взгляд девушки переместился на пару, лежащую рядом с Фредом.

Римус Люпин и его жена.

В груди у девушки что-то сжалось. Римус был одним из тех, кому Велисса открылась спустя столько мучительного времени в одиночестве. А сейчас она смотрела на него, понимая, что тот больше никогда не ответит на её рассказ.

На глаза навернулись слезы от воспоминания о том, что у Римуса недавно родился сын, который теперь никогда не увидит ни отца, ни мать.

Блэк простояла, глядя на обстановку вокруг с комом в горле, еще несколько минут, после чего двинулась к выходу из Большого зала. Оставаться там было невыносимо. Девушке очень не хотелось увидеть среди погибших родные лица кого-нибудь из друзей.

План найти Пенси накрылся сразу, как только она вернулась в замок. Вероятно, если она была жива, то находилась вместе с родителями, а значит — с пожирателями. Так же как и Блейз, так же как и Тео.

Велисса шла по до боли знакомому маршруту, ведущему на Астрономическую башню.

Оказавшись там, на неё волной нахлынули воспоминания. Именно здесь всё началось в самом начале. Случайные встречи, первый поцелуй. И именно здесь их жизни полностью перевернулись на 360 градусов.

Здесь погиб Дамблдор. Здесь Велисса видела Маттео — просто Маттео, а не наследника Волдеморта — в последний раз.

Девушка уселась на пол у самого края башни, облокотившись спиной о каменную колонну, откинула голову и, прикрыв глаза, сделала глубокий вдох.

Она всю жизнь пыталась выжить. Бежала от семьи, от имени Блэк — и ради чего? Всё это тенью ходило за ней всю её жизнь, даже когда она об этом не догадывалась.

Эта война преследовала её с самого рождения, а сейчас комом обрушивалась на неё, не давая выдохнуть.

Девушка не могла не задумываться о том, что было бы, если бы она не сбежала из дома матери. Если бы никогда не возвращалась в Британию и никогда не узнала об отце. Возможно, ей удалось бы избежать всего того ужаса, который она пережила за последний год.

Однако она прекрасно понимала, что, будь у неё выбор, она бы оставила всё как есть.

Слишком много она пережила в Хогвартсе и слишком многое потеряла, чтобы взять и стереть весь тот путь, через который прошла. Однако сил это не добавляло.

Казалось, Велисса больше не чувствовала ничего, кроме отчаяния и усталости.

Может быть, именно поэтому она больше не боялась смерти. Не потому что хотела умереть, а потому что впервые была готова принять последствия своих решений.

Сейчас ей казалось, что с каждой её попыткой добраться до Маттео он лишь дальше уходит от неё. Словно они оба были загнаны в угол, из которого выйти живыми вместе они просто не смогут.

Однако Блэк прекрасно себя знала. Знала, что не остановится до самого конца, и если это приведёт её в могилу — так тому и быть.

Смирившись с мыслью о смерти, девушка не могла не вспомнить о матери. Должно быть, она сходила с ума всё это время, не зная, где её дочь.

Если ей суждено умереть в этой войне, то единственное, о чём она жалела, — это то, что не успела попрощаться с мамой.

Хотя казалось, что и с этим Блэк уже смирилась.

Просидев на Астрономической башне, погрузившись в свои мысли, около часа, девушка наконец спустилась, направляясь в сторону Большого зала. Она хотела найти Гарри, поговорить с ним, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, каковы их шансы.

Велисса спускалась по центральной лестнице, как заметила две знакомые шевелюры. Рон и Гермиона.

Услышав за спиной шаги, они тут же обернулись.

—Ты жива... — утвердительно и слегка неуверенно произнес Рон.

—Мне жаль твоего брата... — еле слышно сказала Велисса, обращаясь к Уизли, на что тот лишь печально кивнул.

—Ты вся в крови... — пробормотала Гермиона, смотря на Блэк с ног до головы.

Странно, Велисса этого даже не замечала. Впрочем, она и боли почти не чувствовала. Видимо, она всё-таки успела довольно серьёзно пораниться, но ей было всё равно.

—Где Гарри? — спросила Блэк.

—Только что ушёл в Запретный лес, — со слезами на глазах ответила Гермиона.

Чёрт. Велисса надеялась успеть перехватить его до этого.

По какой-то причине она была уверена, что Поттер явится на встречу с Темным лордом. Было ли это глупо с его стороны? Возможно.

Однако она прекрасно понимала, чем он руководствовался.

Проблему нужно было решать от корня, а Гарри и был тем самым корнем.

Блэк лишь кивнула в ответ и продолжила спускаться по лестнице.