Я хочу знать тебя заново 65

«Любить человека — значит не переставать открывать его заново.»

Сеул встретил Чона дождем.

График снова был расписан по минутам: фотосессия, интервью, запись, репетиция, совещание. Но впервые за долгое время он не чувствовал раздражения.

В коротком перерыве он достал телефон не для новостей и не для рабочих сообщений, а чтобы открыть заметки.

Вверху страницы было написано:

«Ойли.»

Ниже уже тянулся длинный список.

"Любимый чай — жасмин."

"Не любит вычурные и дорогие рестораны."

"Становится спокойнее при вечерней прогулке ."

"Всегда улыбается, когда чувствует запах кофе и свежей выпечки."

"Мечтает о собственной цветочной студии."

"Если переживает — начинает доставать наушник и слушать музыку ."

"Когда счастлива — напевает, сама этого не замечая."

Менеджер случайно заглянул ему через плечо.

— Это что?

Чонгук быстро заблокировал экран.

— Ничего.

— Ты записываешь информацию о своей девушке?

Он чуть смутился.

— Боюсь забыть мелочи.

Менеджер улыбнулся.

— А я думал, артисты записывают идеи для песен.

— Иногда человек важнее песни.

⸻

Вечером Ойли закончила смену.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Чонгука.

"Ничего не планируй завтра после семи."

Она улыбнулась и ответила:

"Почему?"

"Потому что у меня свидание."

"С кем?"

Ответ пришел почти сразу.

"С девушкой, которую я слишком давно никуда не приглашал."

⸻

На следующий вечер ноутбук стоял на кухонном столе.

— Закрой глаза.

— Чонгук...

— Закрой.

Она послушалась.

Через несколько секунд услышала его голос:

— Теперь открывай.

На экране была крыша здания в Сеуле . Небольшой стол. Две свечи. И тарелка с домашней пастой.

Она удивленно рассмеялась.

— Ты... сам приготовил?

Он гордо кивнул.

— Даже ничего не сжег.

— Почти, — добавил он через секунду.

— А где вторая тарелка?

Он поднял телефон чуть выше.

На экране появился еще один ноутбук. Точно такой же стол. Точно такая же паста. Точно такие же свечи.

— Посмотри под стол.

Ойли наклонилась.

Там стоял бумажный пакет.

Она непонимающе открыла его.

Внутри были продукты, рецепт, маленькая свеча и записка.

"Я не могу сегодня быть рядом физически.

Но очень хочу, чтобы мы поужинали вместе."

Она несколько секунд молчала, а потом тихо спросила:

— Ты отправил это заранее?

— Еще три дня назад. Очень надеялся, что курьер ничего не перепутает.

У нее защипало глаза.

— Ты сумасшедший.

— Есть немного, — улыбнулся он. — Но знаешь...

После той ссоры я много думал.

И понял одну вещь.

Я слишком часто говорил, как сильно люблю тебя.

Но слишком редко показывал это так, чтобы ты могла почувствовать.

Поэтому теперь хочу учиться заново.

Каждый день.

⸻

Они ели почти молча, но эта тишина не была неловкой. Они разговаривали обо всем подряд, смеялись, спорили, у кого паста получилась вкуснее.

В какой-то момент Чонгук вдруг сказал:

— Покажи руки.

Она удивилась.

— Зачем?

— Просто покажи.

Ойли протянула ладони к камере.

Он долго смотрел на них.

— Что?

— На них появились маленькие царапины.

Она рассмеялась.

— Это от роз.

— Больно?

— Уже нет.

Он тяжело выдохнул.

— Знаешь...

Мне иногда так хочется забрать всю твою усталость. Чтобы ты никогда не возвращалась домой с такими руками.

Ойли молча улыбнулась.

— А мне хочется, чтобы ты перестал чувствовать ответственность за весь мир.

Они снова замолчали.

На этот раз тишина была теплой.

⸻

Перед тем как закончить звонок, Чон неожиданно сказал:

— У меня есть просьба.

— Какая?

— Когда откроешь свою цветочную студию... разреши мне быть первым покупателем.

Она улыбнулась.

— И какой букет ты хочешь?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Не букет.

Один цветок.

Самый красивый.

Потому что второй уже давно стоит передо мной.

Ойли тихо опустила взгляд, пряча смущенную улыбку.

— Это была очень красивая попытка подлизаться после драки.

Он рассмеялся.

— Получилось?

Она сделала вид, что задумалась.

— Пока... процентов на пятьдесят.

— Значит, у меня есть шанс.

— Большой. Но теперь тебе придется заслужить остальные пятьдесят.

— С удовольствием.

Когда звонок закончился, они еще долго смотрели на потемневшие экраны.

И впервые за долгое время никто из них не чувствовал тяжести.

Потому что любовь снова перестала быть борьбой.

Она снова стала домом, который они строили вместе — день за днем, маленькими поступками.