Медлено 47

«Доверие не возвращается за один разговор. Оно возвращается в сотнях маленьких поступков.»

После нашей встречи у реки прошло почти две недели.

Мы снова начали переписываться.

Не так, как раньше.

Без сердечек.

Без привычного «скучаю».

Без ночных звонков до рассвета.

Все было осторожно.

Будто мы оба учились разговаривать заново.

Иногда он писал первым.

Доброе утро.

Я отвечала.

Доброе.

Иногда спрашивал:

Как прошел день?

Я рассказывала о магазине.

О новых фото.

О туристах.

О том, что в Антверпене наконец перестали идти дожди.

Он отвечал фотографией заката из другой страны.

Без подписей.

Только снимок.

И почему-то этого было достаточно.

⸻

Чон больше не звонил без предупреждения.

Каждый раз он сначала спрашивал.

Можно?

И только после моего ответа набирал номер.

Раньше я бы даже не заметила такой мелочи.

Теперь замечала каждую.

⸻

Однажды вечером телефон снова завибрировал.

Я завтра буду в Бельгии.

Я долго смотрела на экран.

Следующее сообщение пришло почти сразу.

Не из-за работы.

Еще одно.

И не жду, что ты согласишься встретиться.

Последнее появилось спустя несколько минут.

Но если захочешь... давай просто выпьем кофе. Как обычные люди.

Я перечитала сообщение несколько раз.

Потом закрыла телефон.

Ответ пришел только утром.

Хорошо. Только кофе.

⸻

Он приехал без охраны.

Без менеджера.

Без черного микроавтобуса.

В простой серой толстовке.

Джинсах.

Белой кепке.

Когда я подошла к кофейне, он уже ждал меня с двумя стаканчиками.

— Я не знал, какой взять.

Поэтому купил оба.

Я невольно улыбнулась.

— Ты все еще не запомнил?

Он сделал виноватое лицо.

— Хотел проверить, изменились ли твои вкусы.

— Не изменились.

Я взяла латте.

Он облегченно выдохнул.

— Угадал.

⸻

Мы гуляли по старым улицам Антверпена.

Без спешки.

Без плана.

Без разговоров о Париже.

Будто договорились хотя бы на один день оставить прошлое позади.

Чонгук постоянно оглядывался по сторонам.

Я это заметила.

— Боишься папарацци?

Он усмехнулся.

— Уже нет.

— Тогда чего?

Он посмотрел на меня.

— Что снова причиню тебе боль.

От этих слов стало тихо.

Я не знала, что ответить.

⸻

Мы дошли до небольшого книжного магазина.

На витрине лежали старые фотоальбомы о Бельгии.

Я остановилась.

— Любишь такие?

— Очень.

— Почему раньше не говорила?

Я пожала плечами.

— Ты не спрашивал.

Он молча зашел внутрь.

Через несколько минут вышел с книгой в руках.

— Чонгук...

— Это не подарок.

Я удивленно посмотрела на него.

— Тогда что?

Он протянул мне книгу.

— Одолжи мне ее потом.

Когда прочитаешь.

Я рассмеялась.

— Очень странный способ дарить книги.

Он улыбнулся.

— Зато честный.

⸻

Мы шли вдоль реки, когда у него завибрировал телефон.

На экране высветилось имя менеджера.

Он посмотрел на звонок.

И просто нажал «отклонить».

— Не ответишь?

— Сегодня мой выходной.

— У тебя бывают выходные?

Он задумался.

Потом посмотрел на меня.

— Кажется...

Только рядом с тобой.

Я отвела взгляд, чтобы он не заметил, как снова покраснели мои щеки.

⸻

Когда начало темнеть, мы остановились у моста.

Ветер стал прохладнее.

Я поежилась.

Не успела ничего сказать, как он молча снял с себя куртку и накинул мне на плечи.

— Ты замерзнешь.

— Я переживу.

— А я не хочу.

Он сказал это спокойно.

Без пафоса.

Будто это была самая обычная вещь в мире.

⸻

Мы уже собирались расходиться, когда он вдруг остановился.

— Можно задать вопрос?

— Попробуй.

Он несколько секунд молчал.

Потом тихо спросил:

— Когда ты смотришь на меня сейчас...

Ты все еще видишь того человека с фотографий из Парижа?

Я долго думала.

Потом честно ответила:

— Иногда.

Он опустил голову.

Мне стало больно от выражения его лица.

Я сделала шаг ближе.

— Но знаешь...

Все чаще я вижу парня, который приехал в другую страну только ради чашки кофе со мной.

И мне очень хочется, чтобы однажды именно он вытеснил все остальные воспоминания.

Чон ничего не сказал.

Только улыбнулся.

Так искренне, что мне показалось...

Впервые за долгое время эта улыбка была настоящей.

И именно в этот момент, на другой стороне улицы, кто-то поднял телефон.

Щелчок камеры.

Всего один.

Ни Чонгук, ни Ойли этого не заметили.

Но уже завтра эта фотография начнет жить своей жизнью.

И не все будут рады тому, что увидят.