Глава 4. Часть 1

Чонгук вернулся в Эльер через пять дней.

Дорога была долгой, но он почти не замечал её - мысли его были заняты Мирокоттой, туманом, серебряным эльфом и девушкой, которая не отпускала его даже на расстоянии. Когда карета въехала в ворота императорского дворца, он чувствовал себя так, будто оставил часть себя там, среди белых лилий и лавандовых садов.

Но дома его ждали дела. Много дел.

---

Императорский дворец, кабинет Чонгука

Чонгук сидел за столом, заваленным донесениями. Чернила высыхали на гусиных перьях, свечи догорали, а он всё читал и читал - доклады с южных границ, прошения министров, военные карты. Глаза слипались, но он не мог остановиться.

Восстание в городе Аргента вспыхнуло внезапно. Причины были странные - недовольство налогами, старые обиды, подстрекатели из тени. Но Чонгук знал, что за этим стоят не только простые люди. Кто-то хотел ослабить империю. Кто-то хотел отвлечь его внимание.

Он встал из-за стола и подошёл к карте, висевшей на стене. Аргента находилась на юго-востоке, в двух днях пути. Восстание уже переросло в столкновения, и местный гарнизон не справлялся.

- Я поеду сам, - сказал он адъютанту, даже не обернувшись.

- Ваше Высочество, но это опасно...

- Я сказал - сам, - оборвал он.

Адъютант замолчал и вышел.

Чонгук стоял у карты, глядя на линии рек и гор, но видел перед собой только одно - серебряные волосы и глаза цвета утреннего неба.

---

Дворец Сильфиды, библиотека

Эделина сидела за огромным дубовым столом, окружённая стопками книг. Свечи мерцали, отражаясь в старых, пожелтевших страницах, и воздух был пропитан запахом пергамента и пыли веков. Она перелистывала манускрипты один за другим, ища ответы на вопросы, которые не давали ей покоя.

После той ночи в саду она не могла спать. Сны стали реже, но слово «Эльхаса» всё ещё звучало в глубине её сознания. Она знала, что оно не имеет точного перевода. Но в некоторых текстах оно встречалось рядом со словом «Рокк» - и это был намёк. Связь. Что-то, что она должна была понять.

Она наткнулась на текст случайно. Пальцы сами раскрыли старую, почти рассыпающуюся книгу, и на пожелтевшей странице она увидела строки, написанные изящными, но чуждыми буквами:

Куй| койэ | Агда | Анке' | Тэльпина| Куй|Сильфида |∆ тельпо'эли |Дад'э|Лэйтэ | Кой|Эли' |Син | намор| Воияръ| Мирил|Рэ |Конор'эли'Квел | Эй'ра| Дад'э| Кой рэ

Она медленно водила пальцем по строкам, пытаясь разобрать знакомые слова.

Сильфида - она знала это имя. Королева Белых Эльфов. Легендарная правительница, которая правила за тысячи лет до рождения человеческих королевств.

'Эли - эльф. Это она тоже знала.

Анке'... она встречала это слово в текстах, но не знала его значения. Оно было похоже на то, что она слышала в саду, когда шёпот тумана говорил что-то Чонгуку. Но тогда она не поняла. И теперь не понимала.

Эделина откинулась на спинку стула и посмотрела в потолок, где голубые и сиреневые облака плыли в вечном танце. Слово «Анке» не давало ей покоя. Она чувствовала, что оно было произнесено для Чонгука. Только для него. Шёпот тумана, эльф, серебряный взгляд - всё это касалось его, а не её.

Она не знала, почему, но от этого на душе становилось тяжелее.

Она снова посмотрела на страницу, и её взгляд упал на другой текст - внизу, почти на полях:

Рокк' |• Синда'Эли |∆~|• Арот |Раукар

Синда'Эли. Серые эльфы. Древний народ, которого не было уже тысячи лет. Их язык - Синдарин - считался мёртвым. Но здесь, в этой старой книге, он был записан живыми буквами.

Эделина провела пальцем по строкам, и её сердце забилось быстрее. Она не знала точного перевода. Никто не знал. Но она чувствовала, что эти слова были важны. Что они были ключом.

Она взяла перо и переписала текст в свой дневник, осторожно, стараясь не пропустить ни одного знака. Затем закрыла книгу и надолго застыла в тишине.

---

Эльер, дворец, большой бал

Чонгук вернулся из Аргенты через месяц. Восстание было подавлено - жёстко, быстро, без лишних разговоров. Он стоял в центре тронного зала, принимая поздравления от придворных, но в его глазах не было торжества. Только усталость и холод.

Он был в парадном мундире, тёмные волосы зачёсаны назад, и он выглядел как всегда - безупречно и недосягаемо. Но внутри всё горело от одной мысли: он не видел её уже месяц. Он не слышал её голоса. Он не знал, что с ней.

Вивьен подошла к нему, когда оркестр заиграл медленный вальс. Она была в платье цвета шампанского, её глаза блестели, а улыбка была тёплой и призывной.

- Ваше Высочество, - сказала она, протягивая руку, - вы позволите мне напомнить вам, что такое танец?

Чонгук посмотрел на неё. Она была красива - всегда была красива. Но её лицо казалось ему чужим, как страница из книги, которую он не хотел перечитывать.

- Вивьен, - сказал он ровно, - я устал.

- Всего один танец, - настаивала она, и её пальцы коснулись его руки. - Я скучала по тебе. Ты уехал так внезапно. Ты не писал. Не звал. Я думала, что мы...

- Мы - друзья, - перебил он мягко, но твёрдо. - И я ценю это. Но сейчас не время.

Она отступила на шаг, её улыбка дрогнула, но она быстро взяла себя в руки. Она знала, что не должна показывать слабость. Не здесь. Не сейчас.

- Конечно, Ваше Высочество, - сказала она, кланяясь. - Я понимаю.

Но когда она отвернулась, её глаза потемнели.

Чонгук проводил её взглядом и вышел из зала на балкон. Он опёрся руками о мраморные перила и вдохнул холодный ночной воздух.

«Анке», - прошептал он. - «Анке».

Он знал, что это слово значило в его стране. Любимая. Избранная сердцем. Единственная. Он мог бы сказать ей это, если бы имел право. Но он не имел. Пока. Слишком многое ещё было неясно.

Он вспомнил шёпот тумана, серебряные глаза эльфа, и понял, что его путь только начинается.

А в Мирокотте, в своей голубой комнате, Эделина сидела за столом и перечитывала древние строки. Она не знала, что значит «Анке», но каким-то образом чувствовала, что это слово было сказано ему. Только ему. И ей не суждено было узнать его значение.

Она вздохнула, закрыла книгу и посмотрела в окно на туман, который снова начинал сгущаться над садом.

- Эльхаса, - прошептала она, не зная, кого зовёт.

И в тумане что-то дрогнуло. Тень. Острые уши. Серебряные глаза.

Ответа не было. Но она знала, что он придёт.

Когда-нибудь.