часть 112

Ночь в квартире Алекса стала тише... но не спокойнее.

Девушка лежала на диване, всё ещё бледная, дыхание ровное, но слишком слабое. Свет лампы мягко падал на её лицо, подчёркивая хрупкость, которую она так пыталась скрывать.

Алекс сидел рядом.

Не отходил.

Не потому что нужно.

А потому что не мог.

Он осторожно убрал прядь волос с её лица — почти не касаясь, будто боялся, что она исчезнет.

— Ты всегда так... — тихо, почти с улыбкой, — ломаешься не там, где надо.

Но в голосе не было насмешки.

Только боль.

Он откинулся назад, провёл рукой по лицу.

И впервые за всё это время — перестал играть.

— Я не просто так это начал... — выдохнул он в пустоту.

Взгляд снова вернулся к ней.

— Думаешь, я хотел только его задеть?..

Слабая усмешка.

— Нет.

Пауза.

Долгая.

— Я хотел тебя вернуть.

Эти слова прозвучали почти спокойно.

Но в них было всё.

Он смотрел на неё, будто ждал ответа... которого не будет.

— Я видел, как ты на него смотришь, — голос стал тише, жестче, — даже после всего.

Челюсть сжалась.

— Даже не зная правду.

Он резко встал, прошёлся по комнате.

Нервы начинали прорываться.

— А я знал, — он усмехнулся. — Всегда знал, что если правда выйдет...

Он остановился.

Посмотрел на неё.

— ...ты вернёшься ко мне.

Тишина.

Но в этот раз — тяжёлая.

Потому что это уже было не просто чувство.

Это был расчёт.

Он достал телефон.

Несколько секунд просто смотрел на экран.

Как будто решал — идти до конца или нет.

...и решил.

Пальцы быстро набрали сообщение.

______________________________

Пэйтону:

"Она у меня.""И на этот раз — я не отдам её обратно."

_______________________________

Он смотрел на отправленное сообщение.

Без сожаления.

Только напряжение.

— Давай, — тихо сказал он, — приходи.

Он знал, что Пэйтон не сможет не прийти.

Никогда не мог.

Алекс положил телефон на стол, но взгляд остался жёстким.

Впервые за всё время — открыто враждебным.

— В этот раз... — почти шёпотом, — я не проиграю.

Он снова сел рядом с ней.

Но теперь уже не как тот, кто спасает.

А как тот, кто выбирает сторону в войне.

И готов идти до конца.

...

Где-то в другом конце города экран телефона загорелся в тёмном особняке.

И напряжение стало настоящим.