Part 21

Спустя примерно минут пять в кабинет входит доктор этой больницы. Захлопывается дверь с достаточно громким звуком, от чего Феликс немного вздрогнул.

— Так. Ли Феликс. —

Начинает Чхве, присаживаясь на свое кресло и бросая какие то бумаги в шкафчик тумбы.

— Здесь прописаны лекарства. —

Доктор протягивает небольшую бумажку Хёнджину, которую только что закончил заполнять.

— Их нужно принимать по времени, каждые четыре часа. —

Феликс кивнул.

— А ты Хван, смотри, по своей растрянности не выпей нечайно, перепутав с таблетками от головы.  А то я тебя знаю. Здоровому человеку будет паршиво от этих таблеток. —

Старший кинул наигранный яростный взгляд на своего недалекого знакомого, с которым они раньше работали в этой больнице, а после, как положено, съязвил.

— Плохо знаешь, хён. В прошлый раз я перепутал таблетки от похмелья со слабительным, подсунув его тебе. —

Усмехнулся Хёнджин и поднялся со своего места под плохо скрытый смешок Феликса.

— До встречи, Джин-и. —

Протянул доктор, помахав рукой.

— Пока-пока. —

И дверь в кабинет закрылась.Старший с Ли шли спокойно, на лице парня, который должен был хоть как то отреагировать на разыгранный спектакль, ничего не было кроме милой улыбочки и безразличия ко всему, что движется или просто существует.Словно он вообще этого цирка в кабинете не слышал, разыгранный, кстати, достаточно востребованными психотерапевтами. Но белоснежному кристалически.И вот тут уже интересно.Но Хван подавляет этот рвущийся наружу интерес, ибо малый его раскроет.

— Мне нужно в аптеку. Хочешь перекусить, пока я там? —

Спросил старший, заводя машину. Он бы конечно, если мог, взял бы Феликса с собой, но доктор сомневается, что сможет купить просто витаминки в присутствие младшего, за место прописанных лекарств с кучей побочек. Поэтому легче его сплавить погулять или покушать.

— Можешь завести меня в какой-то ТЦ? Хочу посмотреть что-нибудь. —

Хёнджин лишь кивнул в ответ, держа путь по направлению к небольшому торговому центру, неподалеку, как раз, была и аптека.

— Я позвоню тебе через минут 15, чтобы никуда дальше торгового не уходил. Понял? —

Феликс закатил глаза, но все же произнес однозначноае "угу" и вышел из машины. Хван следом, но в противоположную сторону, переходя через дорогу, после того как силуэт младшего скрылся в дверях торгового центра.

Дойдя до аптеки, старший купил все, что задумывал, заменив эти лекарства витаминами, которые без вреда для здоровья, со спокойной душой, сможет принимать Феликс, даже ничего не заподозрив. Конечно же Хван купил помимо витаминок еще кое-что в аптеке, но этого знать мелкому не обязательно. Потом как нибудь его включит в курс дела, а пока доктор с довольной улыбкой на своем идеальном личике, направляется в сторону припарковонной машины и.. О чудо.. Феликсу даже звонить не пришлось, он уже стоит около глянцевого мерседеса и ожидает появление Хвана.Небольшие объятия от младшего ставят в ступор доктора, но тот быстро среагировав на то, что это обычное дело в повседневной жизни НОРМАЛЬНОГО человека, просто приобнял в ответ.

**В квартире пахло вкусно. Феликс зависает на кухне уже 3 час и, что самое главное, не впускает туда доктора, ибо как выразился младший «Сюрприз не будет сюрпризом, если ты узнаешь все заранее.»Хёнджину пришлось все эти три часа чем то себя занимать, потому что скукота была невозможная, а так же дикий интерес насчет, не спалит ли белоснежный кухню к чертям. Но судя по запаху, все чисто и спокойно. И судя по тишине, никто еще не остался без пальцев.Все же прошло достаточно времени и наконец-то, с победным выражением лица из кухни выходит Феликс, снимая фартук и головой кивая в сторону давно интересовавшего доктора помещения. Старший с опаской входит на кухню и замирает в проходе.

— Это..? —

Все, что выдавил Хван, оставаясь стоять на месте в немом шоке.Перед ним, на столе, был.. ужин?!Феликс приготовил охренительный ужин, не сжег все, что здесь есть, открыл бутылку вина, не разбил не одну посудинку и, блять, даже посуду успел помыть, которую использовал для приготовления..

— Это.. как там в фильмах.. Романтический ужин. —

На лице белоснежного красуется победная улыбка, у него получилось вывести Хёнджина на такие эмоции, что тот замер, не смея даже слово произнести, изначально.

— Ты так и будешь стоять? —

Спрашивает Феликс, усаживаясь на свое место. Хван все же отрывает ноги от пола и медленно передвигая ими, оказывается уже на стуле. Посмотрев на все это вблизи, слюна текет, а что же будет когда доктор попробует? Отравится или еще больше влюбится? Узнает, как только поест.Как говорится – "Кто не рискует, тот не пьет." Ну как тут не пить, когда белое сухое собственной персоной. Взяв в руку палочки, старший аккуратно берет кусочек стейка и отправляет в рот.Рецепторы собираются в кучку, обхватывают заветный кусочек еды и не отпускают. По коже мурашки, то ли от от гордости за не спаленную кухню и чертовски вкусный ужин, то ли за бескрайнюю, не разу не озвученную любовь к этому малышу, который вложил в это блюдо не меньше чувств, чем Хёнджин сейчас, пробуя его.

— Феликс.. Это.. Великолепно. —

Хван начинает есть, закидывая в себя еду, словно не жуёт совсем. На лице младшего расцветает смущение, выльевшееся в алых оттенках на щеках.А доктор продолжает есть, таращась иногда на эту светящуююся от счастья кроху и невольно улыбаясь.

**

Ужин прошел в разговорах и невероятно вкусной еде. После чего младший сразу ускакал в душ, а Хван, положив таблетку и стакан воды на стол в кухне для ее принятия в 2 часа ночи, взял еще одну, выпить Феликсу сейчас и направился в комнату.Белоснежный вышел в одном полотенце на бедрах, направляясь сразу в гардеробную за какой нибудь удобной старенькой футболкой Хвана.

— Таблетка тут. Выпьешь, как оденешься, я в душ. —

Феликс сделал вид, что увлечен выбором одежды и лишь кивнул тогда, когда старший уже скрылся за дверью ванной.Наконец, взяв какую-то черную растянутую футболку с надписью "Ease", белоснежный подошел к стаканчику с водой и небольшой розовой таблеточкой. Отпив немного воды, Феликс взял таблетку и поплелся сначала на кухну, оставляя там полупустой стакан, а после на лоджию и открыв окно выбросил туда лекарство, ибо оно ему не нужно.Вернулся младший за 2 минуты до возвращения Хвана, тот сразу взглянул на тумбу, уже пустовавшую и перевел взгляд на заинтересованного видом старшего Феликса.

— Джин-и.. Ты знал.? —

Начал белоснежный поднимаясь с кровати и подходя почти в плотную к доктору.

— Что ты чертовски привлекателен после душа? —

Хёнджин усмехнулся в ответ.

— Знаю. Ты говоришь мне это каждый день. —

Феликс обворажительно улыбается, а после тянется за поцелуем и получает его. А после еще и еще. И так пока руки не дошли до футболки, которую спиздил младший, потом до верха Хвана, который не стоило одевать. До пижамных штанов, нижнего белья и в итоге до кожи. Доктор нависает сверху, повалив Феликса на черное постельное, гармонично сочитающимся со всем таким белоснежным парнишкой. Тот раздвигает ноги шире, притягивая страшего за спину, царапая ее и так несдержанно постанывая, когда рука Хёнджина ложиться на уже возбужбенный член и начинает двигаться верх-вниз, создавая звездочки перед глазами и яркие ощущения, чрезмерно больную чувствительность.Феликс хочет его. До мозга костей, до боли, до удовольствия, до смерти. Он окружен этими странными чувствами, которые вроде как влюбленностью названы. Парень раскалывается на осколки, падая в ноги доктору, потом склеивает себя по кусочкам и заново, по кругу. Бесконечно. И только ради него. Этого Хван Хёнджина, который так замороженно и холодно смотрит, хотя Ли знает, что за этими глазами-стекляшками скрывается бескрайняя любовь, забота и нежность, невиданная никем и никогда, кроме самого Феликса.Ведь Хёнджин думает тоже самое.Часть работы выполняют пальцы, растягивая и подготавливая младшего, а после их место занимает член Хвана, вошедший резким толчком, сразу наполовину.Феликс стонет, грязно, по-блядски. Раздвигает шире ноги, просит и умоляет еще. Кусает и выцеловывает пухлые губы и снова стонет. Но ему плевать, честно и откровенно, ведь рядом с Хваном можно все. Ведь только рядом с Хваном –  он такой.

Ведь тогда.. он тоже его запомнил..Его взгляд, недопонимание, ту женщину, которая так отчаянно пыталась навязаться. Да даже название той книги, которую Феликс в попыхах вытащил из сумки, дабы не спалить свою заинтересованность.

Как уже когда-то говорилось.. Запомнить его было легко..а вот забыть теперь будет крайне сложно.Даже невозможно.

***Время два. Феликс вылезает из обьятий доктора, откидывая все остатки сна, ведь выпить это чертово лекарство нужно, ибо Хван заподозрит что-то не то.А Ликс не может сейчас все объяснить, да и не хочет. Ведь потерять эти отрывки из жизни, саму жизнь, воспоминания о прикосновениях старшего, его поцелуях на ночь, сексе, таком ярком, незабываемом, о влюбленном взгляде, о всех его пожертвованиях ради младшего, будет самым болезненным провалом души. Так не должно получится.. Феликс все уладит, он обещает себе, дает слово, ставит пометку в голове, что обязательно сделать это.. ведь он любит..

По традиции Ликс приходит на кухню, отпивает немного воды и направляется в сторону лоджии держа ярко-розовую таблетку в кулачке. Открыв окно, лекарство летит сквозь этажи, а парень наблюдает, как оно постепенно утопает в ночных улицах, а после закрывает окно и уже собирается возвращаться и даже оборачивается, как его вновь прижимают к подоконнику.

— Малыш Феликс.. —

Тянет сладкий заспанный голос родного доктора. А младший лопается, взрывается внутри. Крошится на мелкие частицы, сгорает, превращается в пепел. В голове проносятся милионны мыслей за секунду, миллиарды вопросов за мили-секунду и нихрена ответов за все эти дни.Ноги подкашиваются от сильного давления со стороны старшего, по спине проходятся мурашки от дыхания куда то в ухо, а нижняя губа начинает невольно подрагивать от страха.Да, Феликс боится. Боится потерять все, что у него есть на данный момент из-за этого косяка. Сейчас, как и у всех людей проносится сразу несколько ситуаций и их исходов, если бы младший просто выбросил таблетку на кухне или засунул куда-то за мебель, то наверное было бы проще.. Не случилось бы сейчас этого..Но оно случилось. И нужно что-то решать.

— Зачем ты выкинул лекарство? —

Спрашивает доктор, понижая свой голос и проводя носом по бледной щеке, все сильнее вдавливая парня в подоконник.

— Я.. я.. —

Заикается тот, не в силах что-то предпринять. Да и дышать становится трудно из-за напора старшего.

— Ты..? —

Спокойно тянет доктор.

— Это было не лекарство, я его выпил, тебе показалось, наверное, все же ты спал. —

— Я не спал. —

Отвечает Хван, тут же обламывая все что можно.

— Я все видел, малыш. Может ты мне расскажешь, что скрываешь? Или мне сделать это самому? —

Феликс поднимает наполненный удивления взгляд, сталкиваясь с удовлетворенными глазами Хёнджина, тот лишь усмехается выражению лица младшего..

— Т.. ты все знаешь? —

Все еще заикается парень.

— Но хотелось бы услышать это все от тебя. —

Феликс сглатывает вязкую слюну, уже сам вдавливается в тело страшего и приобнимает.. Так тепло и будто в последний раз.

— Прости! Прости меня! Хён, я больше никогда не буду тебе врать, но ты пожалуйста, только не оставляй меня.. Понимаешь я.. я влюбился в тебя. Еще тогда, когда мы увиделись в психушке, когда ты спасал меня от наигранного приступа, а я так нагло врал тебе.. Прости, прости меня, хён! Прости.. —

Феликс прижимается к обнаженной груди Хёнджина, который замирает после первого «хён», ведь младший никогда его так не называл, но продолжает все же как-то отдаленно слушать. Сквозь всхлипы и слезы, отчётливо слышны такие слова как «Прости» и «Люблю», остальное слишком непонятно. Но все же какая-то общая картинка выстраивается. Хван обнимает Феликса в ответ, выводя с прохлодной лоджии и затаскивая в комнату, укладывает содрагающееся в рыданиях тельце на кровать, закутывая в одеяло. Феликс продолжает плакать, не в силах остановится. И Хёнджин понимает, что это все искренне.. С явным сожалением, которого ранее никогда не видел в глазах младшего доктор. Он правда влюбился, так же как сам Хван в эти маленькие ручки, щенячий взгляд, пухлые губки, веснушки и белые волосы, во всего Феликса.. Так больно смотреть когда этот белоснежный комочек плачет, но ничего нельзя поделать. Он сам виноват, что врал, что влюбился, что вообще здесь, в руках доктора, один на один.

Он сам виноват, но разве Хёнджин не виноват тоже..?