2 глава

                 2 глава.За решеткой.

Яркий свет, слепивший ему веки, заставил его вздрогнуть и поднять руку, чтобы заслониться от неприятных лучей, но он почувствовал прикосновение мягкой шерсти к носу. Сбросив недовольное рычание, он открыл глаза и увидел перед собой каменную стену. Издав очередной пантеровский стон, когда по телу пробежала волна боли, он начал медленно устраиваться поудобнее. Повернув голову, он почувствовал холодный укус стали. Толстый ошейник обвивал его шею, замедляя движения и раздражая шерсть на затылке. Кто-то посмел надеть на него ошейник, на мальчика, который выжил.

Низкое рычание заставило его присесть на корточки и плотно прижать уши к голове. Большой серый волк прорычал ему из клетки слева, затем скрылся в углу и исчез в тени. Единственным признаком его присутствия был лишь блеск золотых глаз, в которых читались только страх и боль. Значит, только не ещё один анимаг, чёрт возьми.Осторожно поднявшись, он начал расхаживать по клетке. Прочные стальные прутья были надежно вбиты в бетонный пол клетки. Сосредоточившись, он направил свою магию наружу, ища другие магические сущности в этом районе. С недовольным вздохом он откинулся назад; внутри здания не было ничего магического, даже прутья были сделаны из простого металла.

Глубоко вдохнув, он попытался использовать свои гораздо более простые пантеровы чувства, чтобы обнаружить что-нибудь интересное в воздухе, но в результате получил лишь запах застоявшейся мочи и старой крови. Его последние мимолетные воспоминания были связаны с бегством через лес и внезапной болью в боку – охотники. Его преследовали как животное, под видом которого он и бродил.

Рыча от гнева, он тщетно пытался освободиться, толкаясь в прутья решетки. Внезапное давление его веса заставило прутья тихонько заскрипеть, но также заставило его вздрогнуть от боли, пронизывающей бок. И если боли было недостаточно, то постоянный шепот совести, напоминающий ему о том, что никто не знает, где он находится, стал невыносимым фактором.Единственные люди, которых он когда-либо считал друзьями, постепенно отдалились от него. Конечно, не специально: Гермиона и Рон наконец-то поняли, что нравятся друг другу, и последние несколько месяцев пытались скрыть от него свои отношения. Всё лето он был изолирован от них, вынужденный жить в аду и общаться с помощью совы. Сейчас они, вероятно, были вместе, хорошо проводили время и получали информацию о деятельности Ордена. Он, Спаситель волшебного мира, оставался в неведении, наугад находя любую информацию, которую мог получить. Ему приходилось сталкиваться с новыми врагами без помощи тех, кто мог бы им помочь. И всё же каждый раз, когда он писал им совы, он получал лишь расплывчатый ответ и никаких новых фактов, только вновь возникшее чувство беспомощности.

«Так им и надо, — подумал он, — их любимый Спаситель исчез бесследно. Возможно, будет лучше, если волшебник Гарри ненадолго исчезнет, а пантера Гарри получит возможность увидеть мир без постоянных преклонений и попыток его защитить». Тогда он сможет подождать и посмотреть, что именно эти охотники для него приготовили.

*****

Гермиона Грейнджер подняла глаза от книги, которую читала. Она невольно улыбнулась, когда в комнату вошел ее парень Рон Уизли и неуклюже рухнул на пол рядом с ее ногами. Проведя пальцами по растрепанным рыжим волосам, она усмехнулась, когда он закатил глаза, увидев название книги, которую она сжимала в руках: «Двадцать лучших целебных зелий и заклинаний»."Миона?"

«Да, Рон?» — вздохнула Гермиона, понимая, что он не оставит её одну, пока они не обсудят то, что его тревожило.

«Думаю, нам стоит рассказать Гарри… о нас».

«Дорогая, мы все знаем, как Гарри проводит лето, и я думаю, лучше всего будет рассказать ему об этом, когда мы вернемся в школу. Не нужно беспокоить его ненужными проблемами во время каникул, у него и так будет достаточно забот, когда мы вернемся в Хогвартс». Взглянув на макушку Рона, она грустно улыбнулась; было очевидно, что он скучает по своему лучшему другу.

«Я понимаю, но мне жаль его, совсем одного, вынужденного провести лето с этими ужасными родственниками-маглами».

«Хм, так лучше», — пробормотала Гермиона, снова сосредоточившись на книге, лежащей открытой у нее на коленях. Продолжая нежно перебирать пальцами волосы Рона, она улыбнулась, когда он вздохнул и откинулся назад, принимая ее ласку.

*****

В огромном складском помещении раздался звон каблуков ботинок; Гарри повернул голову, и волк, прятавшийся в тени, зарычал. Действуя инстинктивно, Гарри снова скрылся в тени клетки, в которой оказался заперт. Он не сомневался, что они направляются к нему или что он, скорее всего, является предметом их разговора. Прислушиваясь, он пытался расшифровать их разговор в надежде лучше понять, чего они от него хотят.«Вы сообщили нам, что ищете что-то редкое; необычное и оригинальное, я думаю, вы так и сказали. Поэтому, когда один из моих людей услышал слух о крупной кошке за пределами Литл-Уингинга, они быстро отправились на расследование. Я очень рад, что они добрались туда раньше кого-то другого; поймать такое животное — это шанс, который выпадает раз в жизни». У говорившего мужчины был неопрятный вид, словно он только что встал с постели и не потрудился побриться или одеться в чистую одежду.

«Надеюсь, это будет лучшее». Голос прозвучал холодно, отчего по спине Гарри пробежали мурашки, а он вспыхнул от страха. Вторая фигура показалась ему, и он мог лишь изумленно смотреть на мужчину, который сверлил его взглядом с нескольких метров. Изумрудные глаза проследили за движением черной ткани вверх и встретились с бледными глазами: «Потому что Малфои владеют только лучшим».

Погружаясь всё глубже в тень, Гарри продолжал смотреть на Люциуса Малфоя. Небритый мужчина продолжал бормотать что-то о серебряных ошейниках и переводах, в то время как между волшебником и пантерой разворачивалась безмолвная борьба за превосходство. Гарри сделал то, что требовала пантера в таких обстоятельствах: сердито зашипел и зарычал. Когда старший Малфой остался на месте, Гарри бросился к решётке, пытаясь ударить осмелившегося, но получил резкий удар тростью по виску.

Оправившись от удара, Гарри несчастно расхаживал в тени, наблюдая, как двое мужчин пожимают друг другу руки. Его только что продали Пожирателю Смерти, известному стороннику Волан-де-Морта.