Кровавый платок

Вечер Пятницы. Юноша вернулся домой, прежде чем осознать что в него кинули сковородку. Он быстро пригнулся, прежде чем выпрямился и серьезно глянул на отца. От его былой нежности не осталось и малейшего следа. Особенно после того, как из его рта текла стройка крови, а бровь была разбита.

—«Где это мы шляемся?!»

—«Я читал.»

—«Чтение для умников. Ты из династии военных! Ну и что, что закончил медколледж? Слабак. Не удивительно, что Аарон тебя избивает.»

—«Аарон тоже получил. Думаешь, я зря учился фехтовать?»

—«Фехтование и драки дело разное. Прекращай читать, пока я сам тебя не избил! Сегодня ты читаешь, а потом что? Начнешь брынчать на гитаре?!

Николас Смит презрительно фыркнул, прежде чем наконец повернуть голову на сына.

—«Гляди-ка... А может, ты с парнями шляешься? Ишь, сережки он носит... кКакой ты у нас независимый... Не побоялся же саблей ухо прокалывать...»

—«Это память о ма-... О Роузен.»

Фыркнул он.

—«Эту серьгу должна была носить Эмили!»

—«Но Эмили отказалась. Уехала к чертям. Это память о них обоих. Так же как и о твоей жене.»

Николас лишь фыркнул от факта смерти некой Роузен. Юноша в свою очередь отвернул голову. Ругался и не любил то, что остался в Лондоне только из за рода.

—«...Тренировка на саблях?»

Юноша схватил саблю из ножн у стены и кивнул отцу выйти на улицу. Обычное развлечение. Пих, пах, кувырок — само великолепие! Ну... Ведь так? Сабли были скрещены, металл приятно свистел в руках, а оба мужчины с грацией исполняли торжество.

—«Ну что, сэр Смит, соизволите сдаться?»

—«Да никогда в жизни, mon cher son. (Фр. Мой дорогой + англ. Сын)».

Юноша собирался увельнуть от отца, прежде чем споткнуться, получить пинок в бок (он быстро вспомнил о том, какого ему, когда из за рта бежит кровь) и осознать что саблю выбили из рук, а он прижат к земле. Холодные голубые глаза генерала сверлили его, прежде чем старший улыбнулся и подал ему руку.

—«Дурень. Хватит драться как будто ты неуязвим. И под ноги кидаешься, и по траве скользишь так, словно никогда не упадешь... Будь у меня то зрение, я бы тебя за пару секунд победил. Я напоминаю, что я уже на пенсии.

Келли же поднялся и отряхнул пальтишко, чистенькое, разве что немного в росе, оставшейся с утра.

—«Ладно. Пойдем, тебе завтра ещё тренироваться... Каждый день. Больше никаких поблажек, сынок.»

Юноша презрительно зашипел.

—«Зачем?! Я все равно не буду военным.»

Николас лишь вздохнул, спрятав саблю за спину и глянув на сына, взяв его за плечи и встряхнув.

—«Ты-»

—«Да знаю я!»

—«Ты можешь быть кем угодно, где угодно и когда угодно. Но сабли, честь и дисциплина тебе всегда пригодятся. И роды принять, и усы подправить. Кстати на счет усов. Когда ты уже...-»

—«Нет.»

—«Да так на тебя девушка ни одна не посмотрит! Волосы длинные, ухо проколото, усов нету. Это даже модой оправдать нельзя.»

—«Но ты не можешь отрицать что твой сын красавец. В конце концов — это твои гены.»

—«Идиот». Николас ушёл, оставив сына одного. Он быстро воткнул шпагу в землю и недолго подумал, и вспомнил о оставленом адресе, прежде чем заметить знакомую фигурку.

Айви!

Он подошёл к ней. На улице уже поздняя ночь, фонари мягко мерцают в свете.

—«М? О, мисс Арахни~»

Мило улыбнулся он, целуя тыльную сторону её ладони в элегантом и слегка весело-игривым жестом. Дамочка лишь закатила глаза и шлепнула его по затылку свободной рукой. На целованой конечности остался небольшой кровавый след.

—«Ты... Это кровь, придурок? Ты когда успел?»

—«Расслабься. Просто тренировка с отцом. Десна кровоточит, наверное. Ну не лёгкое же мне проткнуло от одного пинка!».

—«А если да!?»

—«Да быть не может, не накручивай себя!»

Игриво прохихикала он, отводя взгляд.

—«Я шучу по поводу лёгких, дурочка, успокойся. Ты чего гуляешь в такое время?»

—«Ого, а ты волнуешься?»

Леди захихикала, а Келли отвел взгляд и слегка прокраснел.

—«Ну... Может немного.»

Айви тихонько улыбнулась.

—«А тот мужчина, с которым ты фехтовал? Это и была та тренировка?»

—«Да, да, это мой отец. Кстати, Айви... Ответь на нескромный вопрос...» — Келли слегка смутился, вспоминая слова отца.

—«... Ну... Я привлекателен внешне как мужчина?»

Леди презрительно фыркнула. Она взяла свой платочек и прижала ко рту милого, нежно вытирая кровь с его лица. На очередное смущение Смита последовал ответ Айви.

—«Спрашивать такое у дамы без всяких намёков грубо!»

—«Да нет, я не про это! Черт, мой отец не верит что я найду себе девушку, если проколол ухо и отрастил волосы. Да и всего то до ушей! Идиот... Мне нравится, да и вроде с костюмами выглядит круто... Может, слегка женственно... Но мне нравится...»

—«Я не буду отвечать. Но слово «женственно» его не обрадует. Гляди, я тоже буду считать тебя геем.»

—«Стесняешься?»

—«Позвольте!»

Келли слабо улыбнулся, хихикнув. Айви лишь так же слегка покраснела, быстро прогнав это чувство.

—«Один-один, миледи.»

Юноша навязчиво оскалил клыки, прежде чем оглядеться после пары минут молчания. Он снял пальто и накинул его на плечи даме, поверх рубашки миледи. Та засмущалась ещё сильнее. Келли же отодвинул платочек от своего плеча с тихим «Побереги силы».

—«Мне не холодно.»

—«Слушай, мне холодно, не то что тебе в твоей тонкой рубашке и брюках. Мда, два социально неодобряемых идиота — мы с тобой. Ты не в платье, я с серьгой! Я считаю, лучше некуда.»

Айви лишь фыркнула, отводя взгляд.

—«Так что, мисс, вас проводить?»

—«Не откажусь от такой компании. А следовало бы. Ты плохо на меня влияешь.»

Смит в свою очередь был достаточно сильно рад такой возможности. Айви, может, тоже, но аристократка тщательно это скрывала.

—«Вот и пришли, получает-»

Не успел он закончить, как получил мягкий чмок в щеку. Келли слегка покраснел, не ожидая, и когда она прощалась смог ответить только слегка ошарашенное, скорее, резкими действиями и сменами обстановки, чем самим поцелуем, прощание...