Глава 6 ТИХАЯ СИЛА

В Колдовстворце было пять утра, когда Регина открыла глаза.

За окном ещё темно — только первые лучи солнца золотили верхушки деревьев. В общежитии Вед тихо. Все спят: Анисия, которая обычно вставала раньше всех, сегодня дрыхнет без задних ног после вчерашней ярмарки; Вера уткнулась носом в подушку; Забава раскинулась звёздочкой и тихо посапывает.

Регина улыбнулась, бесшумно оделась и выскользнула в коридор.

Она любила это время. Когда академия ещё спит, когда никто не дёргает, когда можно побыть одной и послушать, как просыпается мир. Тишина здесь особенная — не пустая, а наполненная чем-то важным.

На первом этаже её встретил домовой Кузьма — маленький, лохматый, с вечно озабоченным лицом.

— Опять ты раньше всех, — проворчал он, но без злобы. — И чего не спится?

— Не спится, — улыбнулась Регина. — Ты иди отдыхай. Я сама.

— Сама она, — Кузьма покачал головой, но ушёл. Знал — этой девушке можно доверять. Не шумит, не требует, не лезет куда не просят.

Регина вышла во двор.

Утро было прохладным, пахло росой и цветами. На дубе, свернувшись клубочком, спал Кот Учёный — цепь тихо позвякивала, когда он вздыхал во сне. Ветви над ним чуть покачивались — там, в листве, пряталась Русалка, которая тоже ещё не проснулась.

Регина постояла под дубом, глядя на верхушки деревьев, и медленно пошла к Заповедному лесу.

На опушке уже кто-то был.

Леший сидел на большом пне и перебирал какие-то корешки. Увидев Регину, он кивнул — насколько вообще мог кивать его мшистый лик.

— Пришла, — сказал он. — А я уж думал, заспишь сегодня.

— Не засплю, — Регина присела рядом на траву. — Помочь?

— Помоги, — Леший протянул ей корзинку. — Тут грибы надо перебрать. Съедобные отдельно, поганки отдельно, а эти, — он показал на синеватые, — это для Яги, для зелий.

Регина взялась за работу. Пальцы быстро и ловко перебирали грибы — за год она научилась отличать их с закрытыми глазами.

— Тихо сегодня в лесу, — заметила она.

— Утро, — ответил Леший. — Лес тоже спит сначала. Потом проснётся.

Они работали молча. Солнце поднималось выше, лес наполнялся птичьими голосами, где-то застучал дятел.

— Сегодня что делать будем? — спросила Регина, когда грибы были перебраны.

— Травы проверить надо, — Леший поднялся, хрустнув суставами. — На дальней поляне. Поглядим, как перезимовали.

— Пойдём.

Они углубились в лес. Регина шла легко, почти бесшумно — Леший когда-то научил её ступать так, чтобы не пугать зверей.

Поляна, куда они вышли, была похожа на зелёный ковёр, расшитый разноцветными цветами. Ромашки, зверобой, иван-чай, мята — всего не перечесть.

— Красиво, — тихо сказала Регина.

— Ага, — кивнул Леший. — Только сорняки повылазили. Надо прополоть, пока не заглушили всё.

— Я помогу.

Она опустилась на колени и начала аккуратно выдёргивать сорную траву, стараясь не повредить полезные растения. Леший делал то же самое, только медленнее — возраст уже не тот.

— Ты хорошо чувствуешь, что убирать, что оставлять, — заметил он.

— Вы научили, — пожала плечами Регина. — Я просто запомнила.

— Запомнила, — усмехнулся Леший. — Другие тоже запоминают, а всё равно путают. А ты нет.

Регина не ответила — просто продолжала работать. Ей не нужны были похвалы. Ей нравилось помогать.

К завтраку Регина вернулась в академию. Умылась, переоделась и спустилась в столовую.

Там уже было шумно. Авдей где-то раздобыл новую дудку и пытался на ней играть, Забава кидалась в него булками, Анисия делала вид, что это не её компания.

— Регина! — заорал Авдей, увидев её. — Иди сюда, я сыграю!

— Только попробуй, — пригрозила Забава, запуская в него очередной булкой.

Регина улыбнулась и села за стол к Анисии и Вере.

— Опять у Лешего была? — спросила Анисия.

— Ага, — кивнула Регина, накладывая себе кашу. — Грибы перебирали, потом травы пололи на поляне.

— И как он?

— Хорошо. Скучает просто. Ему одиноко.

— Лешему — одиноко? — удивилась Вера. — Он же лесной дух.

— Духи тоже одинокими бывают, — тихо сказала Регина. — Особенно старые.

Анисия посмотрела на неё с интересом. В этой тихой девушке было что-то, чего не хватало многим громким и активным — какая-то спокойная уверенность.

За соседний стол плюхнулся Лёшка с компанией. Увидев Регину, он помахал рукой. Она помахала в ответ.

— Вы с ним дружите? — спросила Вера.

— Дружим, — ответила Регина. — Он хороший.

— Дракон — и хороший? — усомнилась Анисия.

— Самые хорошие часто в самой страшной оболочке, — заметила Регина. — Как Лев, например.

— Кстати о Льве, — Анисия понизила голос. — Он с вами на ярмарке был? Я видела, как вы разговаривали.

— Был, — кивнула Регина. — Он тоже хороший. Просто стеснительный.

— Ты про всех так думаешь? — улыбнулась Вера.

— Про всех, — серьёзно ответила Регина. — Потому что это правда.

После завтрака у Вед были уроки. Сначала травоведение, потом основы прорицания.

На травоведении преподаватель, пожилая ведунья тётя Глаша, показывала редкие растения. Регина слушала внимательно, иногда записывала что-то в тетрадь.

— Регина, — позвала тётя Глаша, — подойди, покажи остальным, как правильно сушить зверобой.

Регина подошла и показала. Без стеснения, но и без хвастовства — просто сделала то, что умела.

— Молодец, — кивнула тётя Глаша. — Садись.

После урока к ней подошла однокурсница из другой группы.

— Слушай, — зашептала она, — а ты не поможешь? Я ничего не поняла про эти корни, а завтра зачёт...

— Помогу, — кивнула Регина. — Приходи после ужина в библиотеку, я там буду.

— Спасибо!

На прорицании было сложнее. Василиса Премудрая заставляла всех смотреть в зеркала и пытаться увидеть хоть что-то. У Регины получалось не лучше других — иногда мелькали какие-то тени, иногда нет.

— Не расстраивайся, — сказала Василиса, заметив её взгляд. — У всех по-разному. Твой дар не в зеркалах.

— А в чём? — спросила Регина.

— Увидишь, — загадочно ответила Василиса. — Всему своё время.

После обеда Регина пошла к дубу.

Кот Учёный сидел на цепи и что-то писал в толстой тетради. Увидев Регину, он отложил перо.

— А, это ты, — сказал он. — Опять от людей сбежала?

— Не сбежала, — Регина села рядом на траву. — Просто тихо посидеть хочу.

— Понимаю, — Кот поправил пенсне. — Я тоже от людей иногда сбегаю. Только на цепи не очень-то сбежишь.

— А ты правда поэму пишешь? — спросила Регина.

— Правда, — вздохнул Кот. — Третий век уже. Всё никак не закончу.

— А про что?

— Про Лукоморье. Про дуб зелёный, про цепь, про русалку. Про всё сразу.

— Можно послушать?

Кот посмотрел на неё удивлённо.

— А ты правда хочешь?

— Правда.

Он начал читать. Голос у него был неожиданно приятный — глубокий, чуть хрипловатый. Регина слушала, не перебивая.

— Красиво, — сказала она, когда Кот закончил.

— Правда? — он явно не привык к похвалам.

— Правда. Особенно про то, как луна в ветвях запуталась.

Кот довольно замурлыкал.

— Ладно, — буркнул он. — Иди уже. А то разболтался я с тобой.

Но Регина видела — ему приятно, что кто-то слушает.

Когда стемнело, Регина снова вышла во двор.

На дубе, в ветвях, сидела Русалка и расчёсывала длинные зелёные волосы. Увидев Регину, она улыбнулась и помахала.

— Поднимайся! — позвала она.

Регина полезла на дуб. Ветви были крепкими, ступени удобными — она уже знала, куда ставить ноги.

— Ты чего тут делаешь? — спросила Русалка.

— К тебе пришла.

— Ко мне? — Русалка удивилась. — Ко мне редко кто приходит. Боятся.

— А я не боюсь, — просто сказала Регина. — Ты красиво поёшь.

— Слышала?

— Иногда. По ночам, когда не спится.

Русалка посмотрела на неё внимательно.

— Хочешь, спою сейчас?

— Хочу.

Русалка запела — тихо, мелодично. Голос у неё был негромкий, но чистый, как вода в роднике. Регина слушала, глядя на звёзды.

— Хорошо, — сказала она, когда песня закончилась. — Спасибо.

— Тебе спасибо, — ответила Русалка. — Что слушаешь.

Они сидели на ветвях и молчали. Иногда это лучше всяких разговоров.

Вечером Регина пришла в библиотеку.

Там уже кто-то был. За дальним столом сидел Лев — огромный, угрюмый, он пытался читать книгу по прорицанию, но явно ничего не понимал.

Регина подошла ближе.

— Трудности? — спросила она тихо.

Лев поднял голову. Увидев её, смутился.

— А, это ты, — буркнул он. — Да вот, никак не въеду. Что ни страница — всё как заклинание какое-то.

— Можно посмотреть?

Он подвинул книгу. Регина пролистала несколько страниц.

— Тут просто написано сложно, — сказала она. — На самом деле это про образы. Смотри: вот тут говорят, что надо видеть не то, что перед глазами, а то, что за ними. Как тень от предмета, понимаешь?

— Не очень, — признался Лев.

— Ну, — Регина задумалась, — как если ты смотришь на лес и видишь не просто деревья, а чувствуешь, что там внутри. Кто живёт, что растёт, где тихо, где опасно.

Лев посмотрел на неё с уважением.

— А ты чувствуешь?

— Немного, — улыбнулась Регина. — Меня Леший научил.

— Леший? — удивился Лев.

— Ага. Мы с ним дружим.

Лев помолчал, потом спросил:

— А меня научишь?

— Научу, — кивнула Регина. — Приходи завтра к обеду на опушку. Я там буду.

— Спасибо, — тихо сказал Лев. — Ты... ты добрая.

— Я просто помогаю, — ответила Регина и пошла к своим книгам.

После ужина в библиотеку пришла та самая однокурсница — кажется, её звали Любава.

— Регина, привет! — зашептала она. — Ты обещала помочь с корнями.

— Садись, — Регина подвинула стул. — Давай тетрадку.

Она объясняла спокойно, терпеливо. Любава сначала ничего не понимала, но потом начала записывать и кивать.

— Ой, спасибо! — выдохнула она через час. — Ты так хорошо объясняешь! Может, ещё завтра встретимся?

— Можем, — согласилась Регина. — Я после обеда обычно здесь сижу.

— Приду! — обрадовалась Любава и убежала.

Регина убрала книги и пошла в общежитие.

В комнате уже все готовились ко сну.

— Регина, ты чего так поздно? — спросила Анисия.

— В библиотеке была. Сначала Льву помогала, потом Любаве.

— Льву? — удивилась Вера. — Тому огромному с Анхов?

— Ему. Он прорицание не понимает. Объяснила немного.

Анисия покачала головой.

— Ты у нас прямо всеобщий помощник. И Лешему, и коту, и Льву, и Любаве...

— Не всем, — улыбнулась Регина. — Просто кто просит — тем помогаю.

— А сама не устаёшь?

— Немного, — призналась Регина. — Но это приятная усталость.

Она легла в кровать и закрыла глаза. За окном шумел лес, где-то вдалеке ухал филин. Завтра будет новый день — снова нужно будет помогать Лешему, потом встреча с Львом, потом занятия, потом библиотека...

Регина улыбнулась и уснула.

Утром она снова проснулась в пять утра.

За окном было темно, в комнате тихо. Регина оделась, умылась и вышла во двор.

На скамейке у дуба кто-то сидел.

Лёшка.

— Ты чего так рано? — удивилась она.

— Не спалось, — ответил он. — А ты?

— Я всегда рано. К Лешему иду.

— Можно с тобой?

Регина посмотрела на него.

— Если хочешь. Только тихо. Лес утром не любит шума.

— Буду тихо, — пообещал Лёшка.

Они пошли к опушке. Солнце только начинало подниматься, роса блестела на траве, где-то запела первая птица.

— Хорошо, — сказал Лёшка. — Спокойно.

— Да, — кивнула Регина. — Я это люблю.

— А чего ещё ты любишь?

Регина задумалась.

— Лес люблю. Книги. Тишину. Помогать кому-то, если просят.

— Просто так?

— Просто так, — улыбнулась она. — А ты?

— Я тоже, — ответил Лёшка. — Просто так.

Они дошли до опушки. Леший уже сидел на пне и махал им рукой.

— Внучка пришла! — обрадовался он. — И друга привела. Ну, здравствуйте. Работы много — зайдёте?

— Зайдём, — ответила Регина.

И они зашли в лес — тихо, спокойно, как и полагается настоящим друзьям.

Как-то после обеда Регина отправилась к Бабе-Яге — та просила помочь с травами.

Избушка на курьих ножках стояла на краю Заповедного леса. Увидев Регину, изба чуть присела, словно здороваясь. Регина погладила резное крылечко и постучала.

— Заходи, коли пришла! — раздалось изнутри.

В горнице было тепло, пахло сушёными грибами и мятой. Баба-Яга сидела за столом и перебирала коренья.

— А, это ты, — кивнула она. — Садись, поможешь.

Регина села на лавку и взяла корзинку с сушёными цветами.

— Зверобой отбирай, — показала Яга. — Который потемнее — для зелий, который посветлее — для чая. Остальное в отдельную кучу.

Они работали молча. Яга иногда поглядывала на Регину, но ничего не говорила.

— Ты чего ко мне ходишь? — спросила она наконец. — Не боишься?

— А чего бояться? — пожала плечами Регина. — Вы же help попросили.

— Попросила, — согласилась Яга. — Но обычно никто не приходит. Думают, съем.

— Не съедите, — улыбнулась Регина. — Вы же добрая.

Яга хмыкнула, но ничего не ответила.

Просидели до вечера. Регина перебрала травы, помыла пару котлов, выслушала несколько историй про древние времена. Когда стемнело, Яга собрала ей узелок с пирожками.

— На вот, — сунула в руки. — Завтра опять приходи, если хочешь.

— Приду, — пообещала Регина. — Спасибо.

— Не за что, — буркнула Яга и захлопнула дверь.

Но Регина слышала, как изба тихо скрипит — довольно, по-доброму.

На следующее утро у Вед был урок водной магии. Вёл его сам Водяной.

Занятия проходили в бассейне, соединённом с озером. Вода там была прозрачная, тёплая. Водяной появлялся из глубины, пуская пузыри, и рассказывал про течения, про подводные растения, про то, как рыбы разговаривают.

— Сегодня будем учиться задерживать дыхание, — объявил он. — Ныряем и сидим под водой, сколько сможем.

Регина сидела на краю и смотрела в воду.

— А ты чего? — спросил Водяной, подплывая.

— Боюсь, — честно призналась она. — Глубины боюсь.

— Глубины? — удивился Водяной. — Ты же с лесом дружишь, а воды боишься?

— Лес — это земля. Там дно видно. А тут... не видно.

Водяной задумался, почесал пузо.

— А ты попробуй у самого края, — предложил он. — Где мелко. Я рядом буду. Если что — вытащу.

Регина кивнула и спустилась в воду по пояс. Вода была тёплая, приятная. Водяной плавал рядом, иногда ныряя и выныривая с пузырями.

— Дыши глубже, — учил он. — Вода — она как воздух, только другая. Надо привыкнуть.

К концу урока Регина научилась сидеть под водой секунд десять. Немного, но для первого раза Водяной похвалил.

— Молодец, — сказал он. — Будешь приходить — научу дальше.

— Спасибо, — улыбнулась Регина.

Как-то раз Регина собирала травы недалеко от пещеры Горыныча и услышала громкие голоса. Три головы спорили — так, что эхо разносилось по всему лесу.

— Я говорю, надо учить теории! — орала левая.

— Надо практику давать! — ревела правая.

— А кто отвечать будет, если что? — верещала средняя.

Регина замерла, не зная, идти дальше или вернуться. Но тут левая голова заметила её.

— Эй, девчонка! — крикнула она. — Иди сюда!

Регина несмело подошла.

— Ты кто? — спросила правая.

— Регина, — тихо ответила она. — Веда, первый курс. Я травы собирала. Не хотела мешать.

— Не мешаешь, — отмахнулась средняя. — Скажи лучше: как ты думаешь, что важнее — теория или практика?

Регина задумалась.

— Наверное, и то, и другое, — ответила она. — Без теории непонятно, что делать, без практики — как делать.

Головы переглянулись.

— А она умная, — заметила левая.

— Соображает, — согласилась правая.

— И не боится, — добавила средняя.

— Я пойду? — спросила Регина. — Травы завянут.

— Иди, — разрешила средняя. — И спасибо.

С тех пор, когда Регина проходила мимо, Горыныч всегда кивал ей всеми тремя головами. А спорить стали тише — видимо, запомнили её слова.

Однажды Регина забрела к кузнице. Ей нужен был небольшой горшочек для сбора трав — старый разбился.

Кузьма и Селиван работали внутри. Было жарко, пахло металлом, звон стоял такой, что закладывало уши.

— Чего надо? — спросил Кузьма, заметив её.

— Горшочек, — показала Регина руками. — Небольшой. Для трав.

— Есть такие, — кивнул Селиван, не отрываясь от работы. — Вон на полке посмотри.

Регина нашла подходящий горшочек, аккуратно взяла его.

— Сколько? — спросила она.

— Да ладно, — махнул рукой Кузьма. — Забирай так. Ты же с наших мест, вон с Лешим дружишь.

— Спасибо, — улыбнулась Регина.

Она постояла немного, глядя на работу братьев. Искры летели во все стороны, молот звонко бил по металлу.

— Интересно, — тихо сказала она.

— Чего? — не расслышал Селиван.

— Интересно, говорю. Как вы это делаете.

Братья переглянулись.

— А ты постой, посмотри, — предложил Кузьма. — Если не скучно.

Регина осталась. Стояла в уголке, смотрела, как рождается железо. Иногда братья объясняли — что да как. Она слушала, кивала, запоминала.

Ушла, когда стемнело. Горшочек прижимала к груди.

— Заходи ещё, — крикнул вслед Селиван. — Расскажем ещё чего.

— Зайду, — пообещала Регина.

В конце недели Василиса Премудрая позвала Регину к себе.

Регина волновалась — директриса редко приглашала первокурсников просто так. Но пришла ровно в назначенное время.

В покоях Василисы было уютно. Горели свечи, на столе стоял чай с пирожками.

— Садись, — кивнула Василиса. — Не бойся.

Регина села. Василиса налила чай и долго молчала, глядя на неё.

— Ты хорошо учишься, — сказала она наконец. — Преподаватели хвалят. Говорят, помогаешь много.

— Я просто делаю, что просят, — ответила Регина.

— Это и есть редкость, — улыбнулась Василиса. — Обычно делают, когда заставят. А ты — когда попросят.

Она отпила чай.

— Я хочу предложить тебе заниматься дополнительно. Не со всеми, а отдельно. Научу тому, что в программу не входит. Хочешь?

Регина удивилась.

— Я... я не знаю. Я же обычная.

— Обычных не зовут, — усмехнулась Василиса. — Ты не обычная. Ты просто тихая. Это разные вещи.

Регина подумала.

— А это трудно?

— Немного. Но интересно.

— Тогда да, — кивнула Регина. — Спасибо.

— Вот и хорошо, — Василиса пододвинула к ней тарелку с пирожками. — Ешь давай. Завтра и начнём.

Поздно вечером Регина вышла во двор.

У дуба было тихо. Кот дремал на цепи, свернувшись клубочком. Русалка сидела на ветвях и расчёсывала волосы.

— Привет, — тихо сказала Регина, садясь под деревом.

— Привет, — отозвалась Русалка. — Что не спишь?

— Думаю.

— О чём?

— О разном. О том, как много всего случилось за этот год.

Русалка спустилась пониже, села на толстую ветку.

— Плохого или хорошего?

— Хорошего, — улыбнулась Регина. — Очень хорошего.

Кот приоткрыл один глаз, посмотрел на них и снова закрыл.

— Спой? — попросила Регина.

— Спою, — согласилась Русалка.

Она запела — тихо, мелодично, про ночь, про звёзды, про то, как хорошо, когда есть с кем поговорить. Регина слушала, прислонившись спиной к тёплому стволу.

Где-то в лесу ухнул филин. В озере плеснула рыба. Из кузницы донёсся последний удар молота — братья заканчивали работу.

— Спокойной ночи, — сказала Русалка, когда песня закончилась.

— Спокойной ночи, — ответила Регина.

Она пошла в общежитие, неся в себе тепло этого вечера. Завтра будет новый день — с новыми делами, новыми встречами, новыми уроками. И это было хорошо.