Секрет

Ло’ак, убедившись, что Ао’нунг больше не собирается его придушить, подошёл ближе и понизил голос до заговорщического шепота. Нетейам тяжело вздохнул — он знал этот тон брата, который обычно не предвещал ничего, кроме проблем.​Секрет Ло’ака​— Послушайте, это не шутки, — начал Ло’ак, оглядываясь на вход в маруи. — Пока вы тут обменивались подарками, я подслушал разговор воинов у дальних каноэ. Те охотники, которых вы вчера проучили... они не просто обижены. Они хотят вернуть «честь».​Ао’нунг презрительно фыркнул, но Ло’ак перебил его:— Не в драке, бро. Они собираются завтра во время охоты Тоновари уйти в сторону запретных рифов. Говорят, там видели молодую самку тулкуна, которая отбилась от стада. Они хотят убить её до того, как придут «небесные люди», чтобы доказать, что они сильнее вождя и его правил.​В маруи воцарилась ледяная тишина. Для Меткайны убийство тулкуна — это не просто преступление, это святотатство, разрывающее душу клана.​Выбор стражей​Ао’нунг медленно сжал кулаки. Его Связь Крови с тобой отозвалась резким жжением в ладони — ты чувствовала его гнев как свой собственный.​— Они сумасшедшие, — прошептал Ротхо, выходя из тени. — Море не простит им этого. Мой отец говорит, что такие поступки проклинают весь род.​Неожиданный поворот:Нетейам посмотрел на тебя, затем на Ао’нунга.— Тоновари не должен об этом узнать сейчас. Если он отменит охоту, они просто сделают это тайно в другой день. Мы должны перехватить их завтра в океане. Сами.​Ао’нунг посмотрел на тебя, и в его глазах читался вопрос. Он больше не принимал решения один. Ты коснулась фигурки из черного дерева на своей шее и кивнула.​Последнее мгновение тишины​— Хорошо, — Ао’нунг обернулся к Салли. — Завтра на рассвете. Встречаемся у Пещер Духов. А теперь... — он сделал шаг к Ло’аку, и тот инстинктивно попятился. — Убирайтесь. Все. Мне нужно подготовить свою пару к битве.​Ло’ак, ухмыляясь, первым выскочил наружу, за ним последовал кивающий Нетейам и серьезный Ротхо. Когда заслонка наконец закрылась, Ао’нунг резко повернулся к тебе.​Он не стал говорить о плане. Вместо этого он снова опустился на колени перед тобой, обхватывая твои ноги руками.​— Завтра будет опасно, — выдохнул он, прижимаясь губами к твоему колену, чуть выше того места, где ты его целовала раньше. — Если с тобой что-то случится, Связь Крови убьёт и меня. Но я не боюсь смерти. Я боюсь подвести тебя.​Он поднял на тебя взгляд, полный решимости.— Пообещай мне... что когда мы вернемся, ты позволишь мне нанести ту татуировку. Чтобы все видели, чья ты кровь.​Он запечатлел на твоём колене долгий, горячий поцелуй, который ощущался как печать на договоре, который нельзя расторгнуть.Ты посмотрела на него — на этого сильного, гордого юношу, который сейчас приник к твоим коленям, ища в тебе опору. Связь Крови между вами вибрировала, передавая его тревогу, и ты поняла: завтра всё может измениться.​Ты мягко коснулась его подбородка, заставляя поднять голову.​Тайное признание​— Ао’нунг, — твой голос прозвучал тише обычного. — Прежде чем наступит рассвет, ты должен знать.​Он замер, вглядываясь в твои глаза. Ты глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри ворохнулось старое воспоминание, которое ты хранила в тайне даже от Цахик.​— Помнишь тот день, когда я впервые обошла тебя в заплыве? — ты грустно улыбнулась. — Все думали, что это просто удача или упорные тренировки. Но на самом деле... в тот день я чуть не утонула в рифовых течениях. Я была одна, и море решило забрать меня.​Ао’нунг напрягся, его руки крепче сжали твои бедра.​— Но я не сдалась не потому, что хотела жить, — продолжала ты, поглаживая его скулу. — А потому, что увидела тебя на берегу. Ты стоял на скале, такой заносчивый и уверенный в себе, и я подумала: «Я не могу уйти, пока не увижу, как этот принц проиграет». Ты — та сила, которая вытянула меня из бездны тогда. И ты — та сила, которая держит меня сейчас.​Неожиданный жест:Ты наклонилась и, вместо того чтобы просто поцеловать его, прижалась своим нейроузлом к его плечу — жест предельного доверия, который обычно оставляют для Цахейлу.​— Я никогда не боялась моря, — прошептала ты ему в самое ухо. — Но я боюсь тишины, в которой не будет твоего голоса. Завтра мы не просто защитим тулкуна. Мы защитим то, что Эйва дала нам.​Реакция Ао’нунга​Он вздрогнул от твоего признания. Для него, выросшего в тени величия отца, было откровением узнать, что он был твоим спасением ещё до того, как вы стали парой.​Он резко поднялся с колен, увлекая тебя за собой, и прижал к стене маруи. Его поцелуй был неистовым, в нём смешались страх, облегчение и клятва. Он целовал твои губы, твои щеки, снова спускаясь к шее, где висел подарок.​— Ты не утонешь, — прорычал он, и в его голосе звенела сталь. — Никогда. Я сам стану твоим дыханием, если море решит его забрать.​Тени на пороге​В этот момент за пределами маруи промелькнула быстрая тень. Вы оба замерли. Это не был Ло’ак или Нетейам. Кто-то следил за вашей маруи, подслушивая разговор о заговоре охотников.​Ао’нунг схватил нож, подаренный Нетейамом, и его глаза опасно сузились.​— Кажется, завтра наступило раньше, чем мы думали, — бросил он, кивая на заслонку.