Цена проиграного спора

Бал закончился далеко за полночь, но казалось, что волшебство Большого зала всё ещё витает в воздухе. Потолок, который накануне сиял тысячами звёзд, теперь отражал спокойное предрассветное небо. Музыка стихла, смех растворился в коридорах, а от свечей остался лишь тёплый запах воска.Вальбурга Малфой стояла у высокого окна в пустующем зале и смотрела, как первые лучи солнца касаются башен Хогвартса. Платье цвета холодного серебра мягко струилось по полу, в её волосах ещё блестели крошечные искры заклинаний, которыми она украшала себя перед балом.Она никогда не была трусливой.Она была Малфой.Но сейчас сердце билось так громко, что казалось — его услышат даже в подземельях.— Ты собираешься просто стоять и делать вид, что любуешься рассветом? — раздался знакомый голос.Она не обернулась.— А ты собираешься просто стоять и делать вид, что не волнуешься? — спокойно ответила она.Шаги стали ближе. Джеймс Поттер остановился рядом с ней. Без пиджака, с чуть растрёпанными волосами, уставший, но сияющий.— Я волнуюсь, — честно сказал он. — Потому что чувствую, что сейчас произойдёт что-то важное.Вальбурга медленно повернулась к нему. В её глазах больше не было привычной холодной иронии. Только искренность.— Джеймс… — её голос стал мягче. — Я не умею говорить о чувствах красиво. У нас в семье принято говорить делами. Но… если бы всё измерялось делами, ты уже давно понял бы.Он внимательно смотрел на неё, не перебивая.— Я привыкла держать дистанцию. Привыкла, что ко мне подходят из-за фамилии. Из-за статуса. Из-за интереса. — Она сглотнула. — Ты первый, кто подошёл просто потому что хотел.Его губы дрогнули.— Я подошёл, потому что ты сбила меня с ног.Она усмехнулась.— Я серьёзно, Поттер.Он стал серьёзен мгновенно.— И я серьёзно. Я не хочу твою фамилию. Не хочу твои деньги. Не хочу влияние Малфоев. Я хочу тебя. Ту, которая спасает меня из-под носа у Снейпа. Ту, которая смеётся тихо, когда никто не видит. Ту, которая притворяется холодной, но краснеет, когда я беру её за руку.Вальбурга почувствовала, как внутри что-то окончательно рушится — та стена, которую она строила годами.— Я люблю тебя, — произнесла она почти шёпотом.Никакой театральности. Никакого пафоса.Просто правда.Джеймс замер на долю секунды, а затем улыбнулся так широко, что её сердце пропустило удар.— Я люблю тебя, Вальбурга Малфой. И если понадобится — я буду доказывать это каждый день.Он осторожно коснулся её щеки. Не резко. Не поспешно. С таким трепетом, будто держал редчайший артефакт.Она впервые позволила себе быть не Леди Малфой.А просто девушкой.И поцеловала его.На балконе второго этажа, скрытые чарами отвода глаз, стояли двое.Люциус Малфой с абсолютно каменным лицом и рядом с ним — Нарцисса Блэк, которая едва сдерживала улыбку.— Ты проиграл, — мягко сказала она.Люциус тяжело выдохнул.— Двести тысяч галеонов… — пробормотал он. — Отец меня уничтожит.— Ты сам предложил спор, — напомнила Нарцисса. — «Поттер — несерьёзный выскочка, через месяц забудет». Твои слова.Люциус прищурился, наблюдая, как Джеймс берёт Вальбургу за руку и что-то шепчет ей на ухо.— Он не выглядит несерьёзным, — признал он.— Он выглядит влюблённым, — тихо поправила Нарцисса.Люциус молчал.Он привык выигрывать. В бизнесе. В словесных дуэлях. В стратегиях. Но сейчас он видел не игру.Он видел, как его младшая сестра смотрит на Поттера.И понимал — это не каприз. Не бунт.Это выбор.— Знаешь, — вдруг сказал он, — если бы кто-то сказал мне год назад, что я спокойно приму Поттера как потенциального родственника…— Ты бы вызвал его на дуэль, — закончила Нарцисса.Он едва заметно улыбнулся.— Возможно.— Ты не злишься? — осторожно спросила она.Люциус ещё раз посмотрел вниз.Джеймс осторожно снял с плеч Вальбурги накидку, чтобы холодный воздух не коснулся её. Поправил прядь волос. Сказал что-то, от чего она засмеялась.Без притворства.— Нет, — ответил Люциус. — Я проиграл спор. Но… — он сделал паузу, — кажется, я выиграл достойного союзника.Нарцисса мягко коснулась его руки.— Твой отец тоже это увидит.Люциус усмехнулся.— Отец увидит минус двести тысяч галеонов.— И плюс спокойствие за дочь, — возразила она.Он задумался.Да.Абраксас Малфой проигрыш не простит легко. Но он всегда ценил расчёт. А Джеймс Поттер — при всей своей импульсивности — обладал редким качеством.Он был верен.А для древнего рода это значило больше золота.Когда Люциус и Нарцисса спустились в зал, Джеймс заметил их первым.— Малфой, — протянул он с лёгкой улыбкой. — Ты следил за нами?— Я контролировал ситуацию, — холодно поправил Люциус.Вальбурга прищурилась.— И?— И я требую компенсацию морального ущерба, — невозмутимо ответил он. — Двести тысяч галеонов — сумма неприятная.Джеймс поперхнулся.— Прости… что?Нарцисса рассмеялась.— Они спорили, — пояснила она. — Люциус был уверен, что ты несерьёзен.— А теперь? — спокойно спросил Джеймс.Люциус посмотрел ему прямо в глаза.— Теперь я вижу, что если ты когда-нибудь заставишь её плакать… — его голос стал ледяным, — тебе придётся иметь дело не только со мной.Вальбурга открыла рот, но Джеймс сжал её ладонь.— Справедливо, — ответил он. — И если я когда-нибудь позволю себе причинить ей боль — можешь не сомневаться, я сам себе этого не прощу.Наступила короткая тишина.А потом Люциус протянул руку.— Добро пожаловать в круг людей, за которых я отвечаю, Поттер.Джеймс удивлённо моргнул… и пожал её.— Постараюсь соответствовать.Нарцисса с улыбкой наблюдала за этим.Вальбурга смотрела на брата.— Ты правда не против?Люциус вздохнул.— Я против Поттера как концепции, — сухо ответил он. — Но за Поттера, который смотрит на мою сестру так, словно она — центр его вселенной.Джеймс хмыкнул.— Я могу не комментировать?— Лучше не надо, — одновременно сказали Вальбурга и Люциус.Нарцисса рассмеялась.И в этот момент стало ясно — это уже не враждующие стороны.Это почти семья.Позже, когда они разошлись, Джеймс и Вальбурга шли по тихому коридору.— Ты не боишься? — вдруг спросил он.— Чего?— Что это всё слишком быстро. Слишком серьёзно.Она остановилась и посмотрела на него.— Джеймс. В моей жизни всё всегда серьёзно. Я просто впервые не хочу убегать.Он коснулся её лба своим.— Тогда я не дам тебе повода.Она улыбнулась.— Ты уже дал. Повод остаться.В окнах отражался рассвет. Новый день.Люциус, стоя у себя в комнате рядом с Нарциссой, смотрел на письмо, которое собирался отправить отцу.«Проиграл спор. Поттер — серьёзен. Рекомендую пересмотреть позицию.»Он поставил подпись.И впервые за долгое время улыбнулся без тени высокомерия.Потому что понял: иногда проигрыш в золоте — это выигрыш в будущем.А Вальбурга Малфой сделала свой выбор.И Джеймс Поттер собирался быть достойным его.