6-поезд

Мари шла по платформе 9¾, и чемодан теперь казался не такой уж тяжёлой ношей - скорее, доказательством, что она правда всё успела. Учебники лежали ровно, перья не рассыпались, котёл не гремел, а в специальном внутреннем кармане мантии надёжно покоилась коробочка с палочкой Гриндевальда. Сама палочка внутри не шептала, не гудела и не пыталась вырваться - она просто была. Тяжёлая, тёмная, с серебряными узорами, будто выточенными из лунного света. И от этого спокойствия Мари становилось чуть легче: пусть палочка и с историей, но сейчас она - её.

Хагрид шагал рядом, время от времени наклоняясь, чтобы расслышать Мари сквозь вокзальный гул.

- Ну вот, всё на месте, - проговорил он, оглядывая её чемодан и сумку. - И палочка при тебе. Не переживай, тут у всех палочки с характером. У кого-то искрит без причины, у кого-то вообще не хочет слушаться, пока с ней не поговоришь по-хорошему.

Мари кивнула, но не стала доставать палочку. Ей хотелось сегодня быть просто девочкой, которая едет в школу, а не той, у кого в кармане лежит вещь с такой громкой историей.

- А если я что-то забыла? - тихо спросила она, в который раз мысленно перебирая список покупок.

Хагрид хмыкнул и подмигнул.

- Если забыла - в Хогвартсе всегда найдётся кто-то, кто поделится. Тут это в порядке вещей. Главное, не забывай самое важное: ты имеешь право тут быть. Больше всех.

Паровоз взвыл, и этот звук прокатился по платформе, как добрый гром. Пар поднялся вверх, на секунду скрыв вывески, лица, даже самого Хагрида - а потом снова рассеялся, будто просто хотел напомнить, что приключение уже началось.

- Пора, - сказал Хагрид, чуть подталкивая её вперёд, но очень мягко. - Иди, найди себе место. А если вдруг станет страшно или непонятно - ты знаешь, кому написать.

Мари глубоко вдохнула, крепко сжала ручку чемодана и поднялась в вагон.

Внутри пахло деревом, лаком, горячим чаем из буфета и чем-то ещё - таким особенным, что бывает только в поездах, которые везут куда-то очень важное. По коридору бегали ребята, хлопали дверями купе, выкрикивали имена друзей, кто-то смеялся, кто-то спорил, и от этой суеты становилось не страшно, а как будто... правильно. Будто она наконец-то попала туда, где все немного волнуются и все немного торопятся.

Она шла и заглядывала в приоткрытые двери: в одном купе старшекурсники показывали друг другу карточки с волшебниками, в другом кто-то пытался заставить шоколадную лягушку прыгать по столу, в третьем просто сидели и смотрели в окно, будто боялись поверить, что это происходит на самом деле.

А потом она увидела купе, где сидели двое.

Девочка с пышной копной волос, которая будто жила своей жизнью, что-то быстро записывала в блокнот, а напротив неё сидел мальчик, который выглядел так, будто пытался удержать на лице выражение «я всё контролирую», но у него не очень получалось.

- Можно к вам? - робко спросила Мари, держась за дверную ручку.

Девочка тут же подняла глаза, и её лицо озарилось такой широкой, искренней улыбкой, что Мари даже чуть расслабила пальцы на ручке чемодана.

- Конечно! Тут как раз есть место. Я Гермиона. Я уже составила расписание подготовки к урокам, но если ты не хочешь - мы можем его выкинуть и просто смотреть в окно. Или есть шоколадные лягушки. У меня есть.

Невилл, тот самый мальчик, слегка покраснел и поспешно поправил мантию.

- Привет. Я Невилл. И... я опять потерял жабу. Но я её обязательно найду. Честно.

Мари улыбнулась - на этот раз по-настоящему, без усилия.

- Я Мари. У меня всё куплено, даже палочка... - она чуть замялась, будто боялась, что сейчас начнётся «вау, какая крутая», но вместо этого просто добавила, - но я пока не хочу её доставать. Хочу просто ехать и болтать.

Гермиона тут же кивнула, будто это было самое разумное решение на свете.

- Правильно. Сначала - шоколадная лягушка, потом - палочки. Так спокойнее. Хочешь половинку?

Невилл тихонько выдохнул, будто эти слова сняли с него часть тяжести.

- И мы поможем искать жабу, если хочешь. Вместе искать всегда лучше.

Мари села на свободное место, поставила чемодан рядом и посмотрела в окно. За стеклом мелькали силуэты, кто-то махал, кто-то кричал последние напутствия.И тут поезд дёрнулся. Сначала едва заметно, потом сильнее. Колёса застучали, ритм становился всё увереннее, и вот уже платформа поплыла назад, а впереди замелькали поля, леса, мосты - целый мир, который ждал, чтобы его открыли.

- Смотрите! - воскликнула Гермиона, прижимаясь к стеклу. - Мы едем! Правда едем!Невилл улыбнулся, впервые за всё время без тревоги в глазах.

- Едем.

Мари смотрела, как мелькают деревья, и чувствовала, как внутри разливается тихое, настоящее счастье. Не от силы палочки, не от громкой истории, а от того, что рядом сидят ребята, с которыми можно болтать про жаб, шоколадные лягушки и про то, какой вид из окна самый красивый!Шоколадные лягушки быстро исчезли - Гермиона честно пыталась читать карточки, но смеялась над каждой фразой, Невилл всё время вздыхал, будто жалел лягушек, а Мари просто радовалась, что можно не думать ни про палочку в кармане, ни про то, что она «сестра Избранного».

- А ты вообще знаешь, кто такой Дамблдор? - спросила Гермиона, размахивая карточкой, как флагом. - Он самый великий волшебник, наверное, за всю историю! Я читала, что он победил Гриндевальда...Мари чуть вздрогнула при этом имени, но постаралась не подавать виду. Палочка в кармане будто стала чуть тяжелее, но она не стала об этом говорить. Вместо этого просто пожала плечами и сказала:

- Наверное, он очень мудрый.

Гермиона кивнула так энергично, что её волосы чуть не закрыли ей глаза.

- Точно! И я думаю, что на первом уроке он обязательно скажет что-нибудь такое, от чего у всех мурашки побегут.

Невилл тихо хмыкнул:

- У меня мурашки уже бегут. От одного слова «первый урок».Мари рассмеялась, и этот смех прозвучал легко, будто с неё сползло что-то колючее и неудобное.

- Знаешь, мне кажется, мы все будем немножко дрожать. Даже если у кого-то бабушка - великая волшебница, а у кого-то... - она запнулась, не зная, как закончить, но Невилл понял и благодарно улыбнулся.

- Да, даже если бабушка всё время напоминает, что я должен быть достойным. Это не делает меня храбрее. Просто... заставляет стараться не подвести.Гермиона вдруг хлопнула ладонью по колену, будто приняла важное решение.

- Значит, мы будем держаться вместе. Если кому-то страшно - мы скажем, что это нормально. Если кто-то забудет заклинание - мы поможем вспомнить. Договорились?

Мари и Невилл одновременно кивнули.

- Договорились, - тихо сказала Мари.

И в этот момент дверь купе приоткрылась. В проёме стоял мальчик в слегка великоватой мантии, с растрёпанными чёрными волосами и очками, которые чуть сползли на нос. Рядом с ним был рыжий парень, который выглядел так, будто одновременно хотел и войти, и убежать.- Простите, тут свободно? - спросил мальчик с очками, оглядывая купе с таким видом, будто боялся, что его сейчас прогонят. - Нас никто не ждёт, и мы... ну, не знаем, куда сесть.

Гермиона тут же подвинулась, будто освобождая место не только для них, а для целой новой истории.

- Конечно! Садитесь! Я Гермиона. Это Невилл, это Мари. Мы как раз решили, что будем держаться вместе, потому что первый день - это всегда немножко страшно.Рыжий парень плюхнулся на сиденье, выдохнул и тут же расплылся в улыбке.

- Рон. Рон Уизли. И да, я ужасно рад, что тут есть место. В коридоре уже негде стоять, а я не хочу весь путь провести, упираясь носом в чью-то мантию.

Мальчик с очками сел осторожно, будто боялся занять слишком много места.

- Я Гарри. Гарри Поттер.На секунду в купе повисла тишина. Даже стук колёс будто стал тише. Гермиона замерла с карточкой в руке, Невилл чуть наклонил голову, а Мари посмотрела на Гарри - и вдруг поняла, что не чувствует ни волнения, ни желания спрятаться. Только лёгкое, тёплое любопытство.

- Приятно познакомиться, Гарри, - спокойно сказала она и чуть улыбнулась. - Я Мари. И знаешь, мне кажется, первый день в Хогвартсе - это как садиться в поезд, который едет в неизвестность. Страшно, но интересно.

Гарри чуть расслабился, будто её слова сняли с него невидимый груз.- Именно так. Я всё утро думал: а вдруг я ничего не умею? Вдруг я не справлюсь?

Рон фыркнул, но без злости - скорее, как человек, который сам миллион раз так думал.

- Да мы все так думаем! У меня братьев куча, и каждый из них будто родился с заклинанием на кончике языка. А я... ну, я просто стараюсь не поджечь себе брови на первом же уроке.

Невилл вдруг оживился:

- А я жабу потерял. Но ребята обещали помочь искать. Может, и тебе, Гарри, мы чем-нибудь поможем? Ну, если вдруг...

Гарри улыбнулся - впервые по-настоящему, не натянуто.- Спасибо. Просто... спасибо, что вы такие обычные. Я боялся, что все будут смотреть на меня и ждать чего-то невероятного.

Мари покачала головой:

- Тут все немного боятся. Просто кто-то прячет это за насмешками, а кто-то вот так честно говорит. И мне кажется, второе лучше.

Гермиона решительно убрала карточки в сумку.

- Тогда давайте не будем думать про то, кто чего ждёт. Давайте про то, что будет, когда мы приедем. Я читала, что нас повезут на лодках через озеро.Представляете - тёмная вода, огни замка отражаются, и ты смотришь вверх и понимаешь: вот он, Хогвартс. Это же потрясающе!

Рон закатил глаза, но в его взгляде мелькнуло предвкушение.

- Ну, я больше надеюсь, что лодки не перевернутся. Но да, замок выглядит круто. Мой брат Чарли говорил, что с башен видно полстраны.

Невилл тихонько вздохнул, но теперь в этом вздохе не было тревоги - скорее, ожидание чего-то хорошего.

- Главное, чтобы жаба не решила, что озеро - это её шанс на свободу.Все рассмеялись, и этот смех связал их крепче любых слов. Они болтали обо всём подряд: про любимые сладости, про то, какие предметы кажутся самыми страшными (у Гермионы это была трансфигурация, у Рона - зельеварение, у Невилла - всё, где нужно что-то делать палочкой), про поезда и про то, как странно и здорово, что они все встретились именно здесь, в этом купе, в самом начале пути.Мари слушала их голоса, смотрела, как за окном мелькают поля, и чувствовала, как палочка в кармане больше не кажется чем-то тяжёлым и пугающим. Она была просто частью её истории - а эта история теперь была не только её. Она принадлежала им всем: Гермионе, которая верила, что знания могут всё; Невиллу, который старался быть храбрым, даже когда дрожали руки; Рону, который умел рассмешить в самый тревожный момент; и Гарри, который, как и она, просто хотел быть обычным мальчиком, которому можно просто ехать в поезде и болтать с друзьями.А потом поезд начал замедляться. Стук колёс стал реже, будто поезд тоже затаил дыхание. За окном потемнело, и вдали, на вершине холма, вспыхнули тысячи огней - как звёзды, которые спустились на землю, чтобы встретить новичков.

- Мы почти приехали, - тихо сказала Гермиона, прижимаясь к стеклу. - Вот он. Хогвартс.

Невилл сглотнул, но на этот раз не от страха - от восторга.

- Наконец-то.

Рон хлопнул Гарри по плечу:

- Ну что, Поттер, готов к приключениям?

Гарри посмотрел на друзей, потом на Мари, и улыбнулся:- Теперь - готов.

Поезд мягко остановился. Где-то впереди хлопнула дверь, послышались голоса старшекурсников, зовущих первокурсников. И пятеро ребят, которые ещё час назад не знали друг о друге ничего, встали, подхватили чемоданы и пошли к выходу - вместе, плечом к плечу, навстречу своему первому дню в Хогвартсе.