Обрывной момент

Я шла обратно в общагу на автомате.Телефон лежал в кармане, будто кусок свинца. Голова была пустая, а внутри — шум, как после взрыва. Я всё ещё видела его лицо, когда он смотрел видео. Не злость. Не крик. А это спокойствие — страшное, чужое, окончательное.Катя сидела на кровати, когда я зашла. Она подняла голову сразу.— Ну? — спросила она.Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.— Я показала.— И?— Сначала не поверил. Сказал, что я фанатка. Что это фейк. Что я лезу не в своё дело.Катя усмехнулась криво.— Ожидаемо.— Я на него наорала, — сказала я честно. — Прямо там, в коридоре.Катя посмотрела на меня внимательнее.— И он посмотрел?— Да.— Что сказал?Я на секунду замялась.— Сказал «спасибо».Катя молчала несколько секунд, потом выдохнула.— Всё. Значит, пиздец.Мы не успели сказать больше ни слова — дверь снова открылась.Лена.Она зашла молча, с рюкзаком и пакетом в руках. Волосы собраны, лицо напряжённое. Она не смотрела на нас — сразу подошла к шкафу и начала снимать свои вещи с полок.— Ты чё тут забыла? — спросила Катя.— Я за вещами, — коротко ответила Лена.— А дальше?— Переезжаю. К девчонкам на пятый этаж.Я наблюдала за ней молча. Впервые она не огрызалась. Не строила из себя королеву. Просто собирала вещи — быстро, нервно, будто боялась, что мы передумаем и выкинем её сами.— Ты ему сказала? — вдруг спросила она, не оборачиваясь.Я ответила за Катю.— Я показала видео.Лена замерла. Потом усмехнулась.— Ну и ладно, — сказала она. — Всё равно он слишком много о себе возомнил.Катя встала.— Забирайся отсюда, — сказала она тихо. — Пока я спокойна.Лена закинула рюкзак на плечо и ушла, хлопнув дверью не так громко, как обычно.В комнате снова стало тихо.Мы с Катей молча заварили чай. Пили его без сахара, глядя в стену. Ни одна из нас не знала, что говорить. Да и не нужно было.Ночью я уснула быстро. Слишком быстро. Как будто организм просто выключился.На следующий день всё произошло так, будто кто-то нажал на спусковой крючок.Эдуард шёл по коридору университета. Я узнала об этом позже — по обрывкам, по словам, по взглядам.Он остановился поговорить с другом. Обычный разговор. Про танчики. Про какую-то ерунду, которая раньше казалась важной.Он смеялся.А потом повернул голову.И увидел Влада.Катя рассказывала мне это вечером, и я видела всё перед глазами, будто стояла там сама.Как Эдуард замер.Как кровь ударила в виски.Как он медленно подошёл.Влад даже не сразу понял, что происходит.Удар был первый. Резкий. Прямо в лицо.— Ты охренел?! — успел крикнуть Влад.Эдуард не ответил.Он бил молча.Влад пятился, спотыкался, не понимая, как он узнал. В голове у него крутилось только это.Потом подбежали его дружки.— Эй, ты чё творишь?!Они начали бить Эдуарда сзади, сбоку. Он вырывался, отталкивал, отвечал. Коридор гудел. Кто-то кричал. Кто-то снимал.— Прекратите! — раздался голос директора.Появилась охрана.Полиция. Скорая.Влад сидел на полу, держась за лицо. Эдуард стоял, тяжело дыша, с разбитыми костяшками.Их забрали обоих.Я узнала всё через пятнадцать минут.Мы с Катей примчались к скорой. Я даже не помню, как бежала.— Я с ним, — сказала я врачу.Он посмотрел на меня внимательно.— Родственница?— Нет. Но я с ним.Меня пустили.Катя стояла у другой машины. Она смотрела на Влада — побитого, растерянного — и усмехнулась. Зло. Криво.Но потом её лицо изменилось.— Не знаю, — сказала она тихо. — Мне почему-то не легче.Мы отпросились с занятий и поехали с ними в больницу.Прошёл день.Длинный. Тяжёлый. Тянущийся.С белыми стенами, запахом лекарств и чужими голосами. С мыслями, от которых некуда было деться.Я сидела и смотрела в окно, понимая одну простую вещь:всё, что было «до», закончилось.А «после» только начинается.

Далее следует