13

Сентябрь вошёл в права вместе с лёгким ветром, уносящим тепло лета. Листья, еще зеленые, но уже тронутые осенним дыханием, играли с воздушными потоками, медленно опускаясь на землю, устилая дорожку к университету тонким, хрупким ковром. Голоса студентов сливались в общий гул, оттеняемый зовом птиц и далёким шумом города. Лучи солнца всё ещё были теплыми, проникая сквозь стеклянные окна аудитории, мягко растекаясь по стенам и создавая призрачную иллюзию уюта.

В просторном, наполненном голосами зале среди студентов сидели Риндо и Соя. Они расположились рядом, словно отгородившись от остального мира, а перед ними, немного небрежно, откинувшись на стул, сидел Нахоя. Он лениво следил за движением людей, словно ловя едва заметные перемены, а его взгляд скользил по солнечным бликам, отбрасываемым на столы.

Соя, слегка жестикулируя, увлечённо рассказывал Риндо историю — о чём-то личном, возможно, о случайном моменте из вчерашнего дня, который почему-то зацепил его больше, чем ожидалось. Риндо слушал, не перебивая, его голова покоилась на плече парня, а рука привычно обнимала того за талию. В этом жесте читалась непринужденность — такая редкая, искренняя близость, которая рождается не от слов, а от самого присутствия.

— И вот, представь, он просто взял и исчез! — с легким возмущением закончил Соя, качая головой.

Риндо хмыкнул, его губы дрогнули в тени усмешки. Он лениво потянулся, но не убрал голову с плеча Сои.

— Ну а чего ты ждал? Он же всегда так поступает.

Нахоя наблюдал за их разговором с оттенком любопытства, легко постукивая пальцами по краю стола. В этом моменте было что-то особенное, что-то хрупкое и неуловимое — не словами, а ощущением. Осень медленно входила в их жизни, окрашивая их привычные взаимодействия новым, едва заметным оттенком.

Нахоя лениво следил за движением людей, но мысли его упорно возвращались к другому—к Рану. Ему казалось странным, насколько сильно тот засел у него в голове, как будто его присутствие оставило невидимый отпечаток. Каждое движение, каждый взгляд, даже самая случайная деталь вызывала у него странное ощущение, будто в груди что-то сжималось. Он пытался разобраться—это раздражение? Злость?

Нахоя глубже вдохнул, машинально постукивая пальцами по краю стола, словно хотел отвлечься. Но избавиться от этой мысли было нелегко. Он знал, что Ран всегда был немного другим—непредсказуемым, порой раздражающим, но каким-то... притягательным. И вот теперь, среди осенних теней и тепла утреннего солнца, он осознавал, что эта мысль не отпускала его.

— Ты сегодня тише обычного. Что-то случилось? — спросил Соя, слегка склонив голову набок, его взгляд был внимательным, но спокойным. 

Нахоя встретил его взгляд и вдруг улыбнулся — коротко, лениво, словно просто по привычке. Но в тот же момент в груди поднялось странное ощущение, будто что-то тяжелое сжалось внутри. Он напрягся, но постарался не выдать этого, машинально проводя рукой по затылку, как будто поправляя волосы. 

Тошнота накатывала резко, почти без предупреждения. Внутри всё скрутилось, мышцы напряглись, а в голове на миг потемнело. Он сглотнул, стараясь удержать контроль, но уже понимал, что это бесполезно. 

Мир перед глазами будто дрогнул, резкий холод прошёлся по позвоночнику, пальцы машинально сжались на столешнице. Он резко вдохнул, но воздух казался тяжелым, липким. 

— Прошу прощения, мне нужно выйти, — голос вышел глухим, чуть резким. 

Нахоя быстро поднялся, стул под ним скрипнул, но он не обратил на это внимания. Движения были резкими, почти небрежными — шаг, другой, ещё один. Его рука слегка коснулась края ближайшего стола, как будто он искал точку опоры. 

Соя нахмурился, его взгляд метнулся к Риндо, но тот только проследил за Нахоей глазами, не двигаясь с места. 

В коридоре было тихо. Нахоя прошёл несколько шагов, упёрся ладонью в холодную поверхность стены, сжав пальцы, будто пытаясь стабилизироваться.

Соя и Риндо обменялись взглядами, их молчаливый диалог читался в едва заметных движениях—перекошенной брови Риндо, легком напряжении пальцев Сои на краю стола. 

— Что с ним? — тихо спросил Риндо, его голос звучал ровно, но внутри ощущалась тень беспокойства. 

Соя лишь пожал плечами, продолжая смотреть на дверь, через которую ушёл Нахоя. 

— Выглядел так, будто ему резко стало плохо, — спокойно ответил он, но в голосе уже сквозила настороженность. 

Риндо медленно выдохнул, на секунду отводя взгляд, потом снова возвращаясь к двери. 

— Может, просто не позавтракал? Или перебрал с тренировками… 

Соя кивнул, но в его взгляде читалось сомнение. 

— Возможно. Но если он не вернётся через пару минут, лучше проверить.

Нахоя, чувствуя, как тошнота накатывает всё сильнее, ускорил шаг по коридору. Его взгляд метнулся к двери уборной, и он, не раздумывая, толкнул её, почти вбежав внутрь. 

Холодный свет ламп резал глаза, а тишина помещения только усиливала ощущение дискомфорта. Он опёрся на раковину, сжав пальцы на её краю, словно это была единственная точка опоры в этом моменте. Вода зашумела, когда он машинально повернул кран, плеснув холодные капли себе на лицо. Но это не помогло. 

Волна тошноты накатила с новой силой, и он резко развернулся, направляясь к ближайшей кабинке. Дверь захлопнулась за ним, и в этот момент его тело наконец сдалось. 

Когда всё закончилось, Нахоя медленно выпрямился, опираясь на стену. Голова кружилась, а в груди ощущалась тяжесть, будто он только что пробежал марафон. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, но мысли были хаотичными. 

«Что это было?» 

Он глубоко вдохнул, стараясь вернуть контроль над собой. Холодный воздух уборной слегка успокаивал, но внутри всё ещё оставалось странное чувство, которое он не мог объяснить. 

Нахоя вышел из кабинки, снова подошёл к раковине и плеснул ещё воды на лицо. Его отражение в зеркале выглядело бледным, глаза были слегка расширены. Он провёл рукой по волосам, пытаясь привести себя в порядок, но внутри всё ещё бушевала тревога. 

«Надо вернуться, пока никто не начал задавать вопросы...» 

Он сделал глубокий вдох, выпрямился и направился к выходу, стараясь выглядеть как можно спокойнее, хотя внутри всё ещё ощущалась странная тяжесть.

Нахоя, сдерживая дрожь в пальцах, вернулся в аудиторию, стараясь держаться ровно, будто всё было в порядке. Но тело не слушалось—каждый шаг казался ему слишком тяжёлым, а в груди всё ещё ощущалась странная тяжесть. Он опустился на своё место, выпрямился, но почувствовал, как взгляд Сои тут же прикован к нему. 

— Ты весь бледный, что с тобой? — Соя резко повернулся к нему, голос его прозвучал с тревогой, а глаза расширились от беспокойства. 

Нахоя сделал медленный вдох, пытаясь взять себя в руки. Он провёл рукой по лицу, как будто это могло стереть усталость, накатившую на него. 

— Просто стало не по себе, — бросил он коротко, но голос был чуть хриплым, выдавая слабость. 

Риндо, сидящий рядом с Соей, нахмурился, внимательно изучая Нахою. 

— Тебе стоит уйти домой, — сказал он

Нахоя усмехнулся, покачав головой. 

— Не начинайте. Уже лучше. 

Но даже в этих словах читалась ложь—он знал, что что-то внутри него изменилось, и это ощущение не собиралось просто так исчезнуть.

Соя вскочил, когда заметил, как бледность Нахои стала ещё более заметной. 

— Прошу прощения Нахое плохо! — выкрикнул он, привлекая внимание преподавателя. 

Преподаватель бросил на Нахою быстрый взгляд, нахмурился, затем кивнул: 

— Проводите его домой

Нахоя, не желая выглядеть беспомощным, медленно, но уверенно собрал свои вещи, закинул рюкзак на плечо и направился к выходу. Однако слабость давала о себе знать—его шаги были чуть замедленными, а дыхание всё ещё сбивалось. 

Как только свежий воздух коснулся его кожи, накатила новая волна тошноты. Он резко шагнул в сторону, опираясь рукой на стену, и его снова вырвало. 

Риндо остановился, его брови тут же нахмурились. 

— Бляя, его домой да по скорее, или в больницу лучше! Слушай, может, ты траванулся? — произнёс он, бросая встревоженный взгляд на Сою. 

Нахоя медленно вытер губы, затем отрицательно помотал головой. 

— Я ничего такого не ел, — сказал он, голос его был ровный, но чуть хриплый. 

Соя задумчиво скользнул взглядом по Нахое, будто пытаясь понять, насколько всё серьёзно. 

— Тогда что это? Может, просто перегруз? 

Нахоя не ответил сразу. Он глубоко вдохнул, затем выпрямился, стараясь снова взять себя в руки. 

— Просто устал. Пойдём уже. 

Он двинулся дальше, не дожидаясь реакции парней, показывая, что контролирует ситуацию сам.