Глава 14

Он не появлялся ни сегодня, ни завтра, даже когда наступили долгожданные каникулы. Выпускной должен был состояться через неделю-две, а я до сих пор понятия не имел, с кем пойду. Тереза не звонила, а я и не собирался. Я уже попросту устал от всего этого, выгорел от вечных эмоциональных качелей, и внезапно накатившее равнодушие меня вполне устраивало. Внутри было пусто, никакие чувства больше не наполняли меня.

«Ньют... Снова себя истязает, даже несмотря на то, что я ему так грубо нахамил», - меня то и дело терзали мысли о нём.

Я чувствовал спиной каждую пружину своей старой кровати. Спустя какое-то время всё же поднялся и поплёлся на кухню. Мама, чьи длинные волосы были заплетены в аккуратную косу, возилась у плиты, готовя ужин. Я старался передвигаться незаметно, но в итоге она всё равно меня услышала.

- Том, как прошёл последний день в школе? - мягко спросила она, повернувшись ко мне.

- Всё нормально. С Минхо обсуждали выпускной, ностальгировали по тем временам, когда мы были ещё в начальных классах.

Минхо всегда был мне как брат. Он понимал меня лучше всех, и у нас никогда не иссякали темы для разговоров.

- Поверить не могу, что мы больше никогда не войдём вместе в один класс... - моя голова уныло опустилась, и я почувствовал, как глухая тоска медленно проедает меня изнутри.

- Томас, вы просто уходите во взрослую жизнь, - её голос был тихим, успокаивающим. - Тебя ждёт много всего нового. И поверь, настоящие друзья всегда будут рядом и поддержат тебя. Не хочешь как-нибудь пригласить вашу компанию к нам? На ночёвку, например?

- Было бы здорово, но сначала нужно разобраться с выпускным и документами для поступления. Спасибо, мам.

Мне заметно полегчало, когда мы все вместе поужинали и принялись бурно обсуждать мой выпускной костюм. Естественно, я полностью доверил выбор маме, ведь она получше нас с батей разбиралась в том, что сейчас модно. Пару вариантов она присмотрела в интернете, но мы сомневались, подойдёт ли одежда по размеру.

Жаль, что прямо сейчас её нельзя было примерить.

Я перемыл всю посуду, разложил её по шкафчикам, и мама ушла спать, предварительно нежно поцеловав меня в макушку. И мне вовсе не было за это стыдно.Вскоре моё тело снова соприкоснулось с ужасным матрасом, но усталость навалилась с такой дикой силой, что я даже не обратил на это внимания. Выключив свет, я принялся медленно привыкать к темноте, постепенно растворяясь в её мрачной атмосфере. Мимолётно я уловил странное, давящее напряжение в груди, но оно так же быстро рассеялось. Я прислушался к звукам, доносящимся из открытого окна. Медленное, размеренное тиканье настенных часов действовало убаюкивающе, пока мой взгляд случайно не переместился к дверному проёму.

«Я что, не закрыл дверь?» - промелькнуло смутное сомнение.

Я долго вглядывался в чернильную темноту коридора, в едва различимые силуэты картин на стенах (их красиво рисовала моя мама), в дверь родительской спальни чуть поодаль. В какой-то момент я поймал себя на том, что моё дыхание стало слишком частым и прерывистым.

Насколько я помнил, я никогда не боялся темноты - куда больше меня пугали пауки... Но что-то сегодня упорно не давало мне нормально заснуть. В следующую секунду я повернул голову в дальний угол своей комнаты и похолодел.

Там кто-то был. Я отчаянно молился, чтобы это оказался Ньют, но нет. Напротив моей кровати, по диагонали, неподвижно стояло нечто, отдалённо напоминающее человека. Я не видел чётких очертаний тела, различал лишь то, что смутно походило на два мертвенных глаза.

«Что за херня...» - я хотел было судорожно схватиться за телефон, валяющийся рядом, но первобытный страх настолько сковал мышцы, что я не смог даже пошевелиться.

Оно просто стояло в углу и пристально смотрело на меня. И тут до меня дошёл ужасающий факт: я уже видел это существо раньше. В кошмаре, который приснился мне сразу после того дурацкого случая со спиритической доской. Ещё до того, как Ньют впервые предстал передо мной... Тогда мне снилось бескрайнее поле, холмы и чёрный силуэт вдали. Фигура с неестественно длинными конечностями и широченной, уродливой улыбкой до ушей. Здесь оно не улыбалось - оно лишь безмолвно таращилось на меня своими уебанскими глазами.Мне хотелось разрыдаться, отвернуться к стене, спрятаться под одеяло, но тело меня не слушалось. Мои всхлипывания были едва слышны, а в горле пересохло до такой степени, что дышать становилось всё труднее. Тварь начала издавать звуки... Это было похоже на безумный шёпот, перемешанный с белым шумом старого сломанного телевизора, тихими стонами и утробным завыванием. Родители за стеной уже давно услышали бы этот гул, а значит, существо видел и слышал только я. И только мне предстояло с ним разбираться.

« Нę дышu, Тøмąс! »

В панике заставил я себя затаить дыхание.