глава 7

Слова Юнги оказываются правдой, потому что уже на следующий день от Чонгука приходит сообщение, в котором он пишет, что чувствует себя лучше, и предлагает вместе куда-нибудь сходить. Тэхён отвечает, что на выходных Чимин запланировал в их квартире небольшой сбор, и спрашивает, не хочет ли Чонгук присоединиться. Последний отвечает согласием, а заодно пишет, что не может дождаться встречи со своим главным конкурентом, который угрожает званию его самого классного друга. Суббота наступает необъяснимо быстро, и Тэхён с облегчением выдыхает, когда открывает входную дверь отлично выглядящему Чонгуку с ясными глазами и здоровым цветом кожи. Его щёки не выглядят такими впалыми, а потрескавшиеся губы зажили как ни в чём не бывало. Парень стреляет в Тэхёна ослепляющей улыбкой, которая не успевает добраться до его глаз, прежде чем он выдаёт: — Тэ, черт возьми, что у тебя c волосами? — не сдерживаемая усмешка растягивается у него почти на пол-лица, и парень начинает заливисто смеяться. — Просто зашибись, дружище! Тэхён строит недовольную гримасу. Накануне Чимин попытался покрасить ему волосы, чтобы те соответствовали его собственному цвету оранжевого заката, но вместо этого на выходе получился отвратительный оттенок красного, на который даже смотреть было больно. За спиной Чонгука мелькает блондинистая макушка, и затем рядом встаёт Юнги в компании своего привычного, неотъемлемо хмурого взгляда. Он просто безучастно смотрит на Тэхёна и выдаёт: — Ты похож на стоп-сигнал светофора.— Ой, идите к черту, парни.Что Юнги, что Чонгук прыскают и тихо хихикают, а Тэхён грозится захлопнуть дверь прямо перед их самодовольными рожами, если они не прекратят быть такими придурками. Так или иначе, но Чонгук умеет взять себя в руки и потому протягивает руку, чтобы пропустить пряди красных волос между своих пальцев. — Всё не так плохо. Это даже мило, — говорит он. Тэхён быстро отворачивается, скрывая атаковавший щёки румянец, и говорит им побыстрее затащить свои задницы внутрь. Остальные друзья уже ждут их в гостиной. На журнальном столике новоприбывших ждало разнообразие алкоголя, в то время как остальные четыре парня развалились на диване и креслах вокруг. Завидев друзей, Хосок тут же вскакивает на ноги. — Чонгукки! Ты пришёл!Тэхён тихо хихикает, когда Хосок хватает Чонгука за запястье и практически силком плюхает на диван рядом с собой, в процессе отпихивая недовольно цокающего Намджуна, чтобы освободить место. Сокджин, который довольно удобно восседает на персональном кресле, улыбается и коротко кивает Чонгуку, из-за чего парень чувствует себя немного не в своей тарелке, потому что старший похож на тех, кто улыбается ему разве что с обложки модного журнала. — Ты, должно быть, Чонгук. Наслышан о тебе.Чонгук слегка царапает щёку; Тэхён уже приметил, что парень так делает, когда нервничает или взбудоражен. — Ах, правда?Сидящий на полу Чимин коварно улыбается.— О, да, он только о тебе и говорит. Постоянно рассказывает, что… — А это Чимин, — обрывает его Тэхён, всеми силами борясь с расползающимся по лицу румянцем. — Он мой лучший друг, о котором я вам говорил. И, Чимин, — он указывает на блондина, который всё ещё немного неловко стоит позади. — Это Юнги-хён. Тэхён не пропускает блеснувшие в глазах Чимина искорки, когда тот быстро оглядывает нового знакомого и возвращает своё внимание Чонгуку. — Ты намного милее, чем я ожидал, — замечает Чимин, а затем предлагает Чонгуку сесть рядом, на что тот счастливо соглашается, потому что Хосок, кажется, уже готов затискать бедного ребёнка до смерти. Сам Тэхён шлепается с другой стороны от Чонгука и в шутку просит Чимина не красть его младшего. Вечер перетекает в ночь, пока семь парней выпивают и рассказывают истории, из которых Тэхён узнает, что пьяному Хосоку нравится размышлять о высоком и делиться своими невероятными приключениями, к чему все остальные, кажется, уже привыкли. — Я вам говорю, уложил их обоих одновременно! — произносит он нечленораздельно. Намджун хохочет.— Это такая ерунда. Как ты мог драться со всей бандой, если ты такой же тощий, как Юнги? — Эй, придурок. Я вообще-то здесь.Они все смеются, прежде чем Хосок начинает лепетать про двух цыпочек, которых он подцепил в Пусане этим летом, и Намджун ещё раз отмахивается и называет это всё ерундой, разоблачая Хосока, который, на самом деле, до жути стеснялся противоположного пола. — Хоть у кого-то из нас вообще есть девушки или мы всё же кучка отбитых лузеров? — шутит Сокджин. Все согласно кивают и поддакивают, но тогда Хосок тычет в Чонгука и делает совершенно ненужный пьяный комментарии о том, что Чонгук может заполучить любую девчонку, какую только захочет, и насмешливо упоминает о чёртовой половине девушек из Тэта Пи. Тэхёну кажется, что слова Хосока смутят Чонгука и поставят в неудобное положение, но тот, тем не менее, в ответ лишь смеётся. — У тебя разве нет сейчас девушки? — спрашивает Хосок. — Кажется, Эми… Аманда… Самми… Аб… Не знаю. Чонгук хихикает.— Её зовут Ана, но мы больше не вместе. Покончил с этим в прошлую пятницу. Брови Тэхёна поднимаются практически до самого лба. — Вы больше не вместе? — он кажется более удивленным, нежели намеревался это показать. — Не-а.— Почему вы расстались? — взгляд Тэхёна кидается к задавшему вопрос Юнги. Он не был уверен, подшучивал ли над ним его разум, взбудораженный новостью, или это он слишком много думал, но какая-то его часть почувствовала, будто старший под своей беспечностью закипал от злости. Пристальный взгляд Тэхёна забегал между двумя друзьями, пока те, казалось, обменивались чем-то в своих выражениях, которые он категорически не мог расшифровать. — Потому что, — говорит Чонгук, не сводя глаз с Юнги, — из этих отношений просто ничего бы не вышло. Другие, казалось, не обратили внимания на напряженность между двумя друзьями и просто посочувствовали Чонгуку, а Сокджин добавил, что для кого-то столь красивого, в море всегда найдётся рыба. Незадолго после Хосок снова начинает рассказывать драматические истории, которые привели к пьяным аргументам, что потом Сокджин пытался оспорить. Тэхён улыбался практически от уха до уха от того, насколько же по-детски вели себя казалось бы взрослые парни, особенно Намджун, который, шатаясь, едва встаёт на ноги и обвиняет Хосока в ненаучности предоставленных аргументов, затем каким-то образом ударяясь в философское трактование обсуждаемой темы. Всё это время Чонгук был довольно тих, поэтому Тэхён не отказывал себе в удовольствии краем глаза поглядывать на него, когда младший смеялся или присоединялся к спору. Однако, хоть Чонгук и улыбался, на этот раз его улыбка казалась Тэхёну скорее натянутой. — Гук? — Чонгук в ответ мычит. — Не хочешь остаться на ночь? Младший сразу же переспрашивает, не доставит ли это неудобств, на что Тэхён резонно указывает, что они с Юнги всегда позволяли ему ночевать у себя и что места на двухспальной кровати в его комнате было крайне предостаточно. Недолго думая, Чонгук соглашается остаться, и ночь течёт дальше, пока Сокджин не предлагает начать расходиться по домам. Однако Тэхёну кажется, что старшему просто надоело иметь дело с окончательно потерянным для этого мира Чон Хосоком. Все начинают собираться и прощаться, а Чимин между делом предлагает Юнги тоже остаться, аргументируя тем, что старший пьян и вообще не факт что окажется в верной комнате без незаменимой помощи Чонгука. Глаза последнего, к слову, уже начинают слипаться, и заметивший это Тэхён наклоняется к нему и тихим, низким голосом спрашивает, не хочет ли он уже лечь спать, в ответ ожидаемо получая утвердительный кивок. Как только дверь за последним гостем закрывается, Тэхён желает доброй ночи Юнги и Чимину, помогает младшему умыться и почти усмехается идее, что парочка скоро окажется наедине. В конечном итоге оказывается, что Тэхён недооценил количество выпитого Чонгуком, потому что, пока он сам принимал душ, младший первым завалился в его комнату и со стоном упал лицом прямо в кровать. Старший на это лишь посмеялся.— Ну же, Гук, давай переоденем тебя во что-нибудь удобное, да? Ты же не хочешь спать в узких джинсах, — парень согласно ворчит, но расстегнуть штаны самостоятельно у него все же не получается, поэтому Тэхён помогает ему стянуть их с себя и просто кидает куда-то на пол. Он движется дальше, помогая Чонгуку с рубашкой, однако, как только его пальцы касаются её кромки, рука Чонгука резко хватает его запястье, а глаза распахиваются и впиваются в Тэхёна взглядом, заставляющим того корчиться; до этого каждый раз, когда Чонгук смотрел на него, он всегда улыбался. — Нет, — говорит он, словно команду, и внезапная серьезность в его голосе заставляет Тэхёна сглотнуть. — Хорошо, — говорит он и пятится назад, чтобы пойти переодеться в пижаму и вычистить вкус алкоголя изо рта. Когда он возвращается, Чонгук ему лишь устало улыбается и отодвигается так, чтобы Тэхён мог забраться с ним под одно одеяло. На мгновение повисает тишина.— Ты правда расстался с ней? — шепчет Тэхён.— Да.Лёжа рядом, Тэхён изучает Чонгука взглядом, поворачивая голову на подушке так, чтобы между ними был едва ли сантиметр пространства. — Ты любил её?Чонгук непоколебимо держит свой пристальный взгляд наверху и не отвечает. Тэхён тоже отворачивается, смотря на потолок. — Эй, Тэ? — старший в ответ гукает. — Как думаешь, если сердце продолжит сжиматься, однажды не исчезнет ли оно вовсе? Тэхён поворачивает голову обратно к Чонгуку, но почти сразу жалеет об этом. У Чонгука снова тот взгляд. Взгляд, который всегда исчезает так быстро, будто его там никогда и не было. Однако на этот раз он задерживается. Задерживается, и Тэхён замечает, как губы младшего сжимаются в тонкую линию, но и это не худшее. Нет, худшее — это пугающая пустота карих глаз, что Тэхён так полюбил. — Что ты имеешь в виду, Гук?Чонгук сонно моргает и затем его лицо расслабляется во что-то более приятное, более знакомое. Тогда он делает что-то, что безумно удивляет Тэхёна. Он наклоняется вперед и целомудренно целует его в лоб, а сердце Тэхёна бездумно теряет счёт ударам. — Да ничего. Доброй ночи, Тэ, — сонно бормочет Чонгук, поворачиваясь к нему спиной. — Спокойной ночи, Гук.Однако остаётся чувство, будто в этой ночи есть что-то, от чего Тэхён инстинктивно обхватывает руками своего друга и прижимает его к себе настолько близко, насколько только может, потому что по какой-то необъяснимой причине ему страшно, что парень, лежащий и спящий рядом с ним, может исчезнуть.