'Иккинг и беззубик'

Иккинг рухнул на пол в Большом зале с оглушительным грохотом. Он перевернулся на спину, его руки и ноги были связаны, и он заморгал, когда с его головы стянули мешок.

— Беззубик! — воскликнул Иккинг, подняв голову и увидев стоящего рядом с ним дракона, хромающего, с намордником на морде и связанными крыльями. Беззубик наклонился к Иккингу и осторожно слизал кровь с его лица. — Я боялся, что ты погиб, — вздохнул викинг, сердито прищурившись при виде нескольких глубоких ран на теле дракона.

«О-о-о, как трогательно», — усмехнулся Безумный Дагур. «Мальчик и его дракон. Тебя бы просто стошнило, Милдью».

— Да, Дагур, — согласился Милдью. — Сладкий, как заплесневелая свекла.

— Заткнись, предатель, — выплюнул Иккинг. Он сверкнул глазами, глядя на остальных в Большом зале. Дагур Безумный, предводитель берсерков, стоял рядом с Милдью, бывшим членом племени Волосатых Хулиганов с Олуха, который теперь был на стороне Изгоев. Рядом с Милдью стоял его неизменный спутник — овца Фунгус. По бокам от Иккинга и Беззубика стояли ещё десять человек: пять берсерков и пять Изгоев.

«Ты всегда был умником, парень, — прошипел Мидью. — И ты воображаешь, что твой ум ещё острее, но это я стою рядом с победителями в Большом зале Берка, а ты лежишь связанный и окровавленный в грязи».

«Ты понял, что нужно отвлечь внимание, и отвернулся от других воинов и драконов, чтобы вернуться на Берк один и не вовремя и помешать нам захватить остров», — напомнил Дагур своему пленнику.

«Я не буду разговаривать с такими, как ты, Дагур. Где Элвин?» — пробормотал Иккинг, отворачиваясь от Дагура и Милдью.

«Мой напарник в доках, он готов встретить Стоика и его корабли, если они настолько глупы, что попытаются вернуться домой», — прорычал Дагур. «Наши воины выгружают пушки и катапульты на всех пригодных для высадки берегах. Возможно, нам не удалось приручить драконов, но объединённые силы берсерков и изгоев насчитывают более пятидесяти тысяч человек, и драконы не помогут вашему ничтожному племени, даже если у них будет преимущество родной земли.

Иккинг стиснул зубы и сморгнул слёзы. Он знал, что Дагур прав. Все воины и драконы Олуха были уведены в море вражеской уловкой, и Иккинг вернулся в отчаянной попытке эвакуировать оставшихся стариков и детей. Он не питал особых иллюзий по поводу того, что сможет вернуть остров. Хулиганы проиграли.

— Я не верю, что берсерков осталось пятьдесят тысяч, Дагур, — усмехнулся Иккинг. — Мы знаем о массовом дезертирстве, которое произошло после того, как твой народ доказал, что ты убил своего отца. Некоторые из них присоединились к нам! — Иккинг ахнул, когда Дагур пнул его под рёбра.

«Даже если эти слухи правдивы, а я не утверждаю, что это так, — сказал Дагур, хватая Иккинга за волосы, — нас всё равно хватит, чтобы позаботиться о жалких сотнях ваших».

Иккинг застонал и понял, что это тоже правда. Их самая оптимистичная оценка оставшегося числа берсеркеров все еще намного превосходила воинов-хулиганов и драконов, которым теперь предстояло атаковать с моря. Возможно, если бы они защищали землю. Возможно. Семья и друзья Иккинга нанесли бы большой урон своим врагам, но у них просто не хватило численности, чтобы пережить нападение.

Внезапно Беззубик врезался головой в Дагура, оттеснив его от Иккинга, и рычащий дракон буквально упал на него. Не имея возможности атаковать зубами, когтями или огнём, дракон попытался просто раздавить и задушить юношу. Но десять стражников быстро одолели дракона и оттеснили его от Дагура. Иккинг закричал и забился в путах.

— Как смеешь ты? — задыхаясь, произнёс Дагур, когда двое стражников подняли его на ноги. Он оттолкнул своих людей и широкими шагами направился к Беззубому, выхватил из-за пояса короткий нож и вонзил его в плечо дракона. Беззубый зарычал и попытался ударить вождя берсерков хвостом, но Дагур увернулся.

«Ты заплатишь за это, зверь», — пригрозил Дагур, доставая меч и беря факел со стены. «Переверните его и прижмите к земле», — приказал он своим людям. Ослабленного и связанного Беззубика перевернули на спину. Дагур поднёс меч к факелу. Глаза Иккинга расширились.

«Дагур, что ты делаешь?» — в панике закричал Иккинг.

«Держи. Нагрей лезвие», — Дагур протянул инструменты Мидью, не обращая внимания на Иккинга. Старик нахмурился, но сделал так, как ему сказали.

Двое мужчин развели задние лапы дракона в стороны, и Дагур положил между ними обе руки. Он погладил и ощупал плоть дракона, нащупав его яички.

— Дагур, ты больной ублюдок! — взревел Иккинг. — Убери от него руки, или, клянусь богами, я тебя выпотрошу!

«О, я в этом сомневаюсь, коротышка», — усмехнулся Дагур. «Давай посмотрим, сможем ли мы заставить старшего мальчика появиться», — проворковал он, массируя область над яичками дракона, ближе к промежности. Вскоре показался заострённый кончик, а за ним и весь пенис. Красный и скользкий, он был длиной с предплечье Дагура и толщиной с его запястье. Обезумевший молодой вождь радостно рассмеялся.

— Дагур, пожалуйста, — выдавил Иккинг. — Не причиняй ему вреда. Он всего лишь животное. Я твой враг. Причини вред мне.

«О, как мило с твоей стороны предложить это», — проворковал Дагур. Он посмотрел на искажённое от боли и слёз лицо Иккинга. «Ты действительно так сильно любишь этого дракона», — удивился он. В его глазах вспыхнуло коварное вдохновение.

«Что ж... Полагаю, было бы обидно уничтожить такой впечатляющий орган. По крайней мере, до того, как я увижу, как он работает», — Дагур поджал губы и задумчиво склонил голову набок. Удивлённые мужчины на мгновение ослабили хватку, и дракон чуть не вырвался на свободу. Дагур присел рядом с Иккингом.

«Если ты так сильно любишь это существо, почему бы тебе не выйти за него замуж?» — по-детски поддразнил её Дагур. «Я теперь вождь, у меня есть такая власть. Должен ли я сделать это ради тебя? Тебе бы этого хотелось? Пусть дракон сделает из тебя честную женщину? Ты уже принимала его? Или это он принял тебя?»

«Я не такой, как ты, ублюдок», — прорычал Иккинг сквозь зубы. Ему приходилось терпеть ежегодные визиты Дагура на протяжении всего детства, когда мальчик приезжал с отцом, чтобы возобновить договор между берсерками и викингами с Олуха. С возрастом Дагур становился всё более больным и жестоким, пока однажды не продемонстрировал Иккингу, который был в ужасе, как он насилует курицу. Дагур пытался убедить его сделать то же самое.

Дагур ударил Иккинга.

Милдью выронил раскалённый меч, и тот воткнулся в половицы, подняв клубы дыма. Дагур повернулся к нему.

«Что, ты тоже не развлекаешься со своим маленьким другом?» — Дагур кивнул в сторону Гриба. Овца спряталась за ногами Милдью, а старик уставился на неё так, словно проглотил жабу.

— Нет, конечно, нет, — пробормотал Милдью.

— Хм, — хмыкнул Дагур. — Глупые моралисты. Те из нас, кто выше по положению, просто берут то, что хотят, и тогда, когда хотят. — Он снова переключил внимание на Иккинга. — А прямо сейчас, вождь, я хочу увидеть, как ты одолеешь того дракона, которого ты так лю-ю-юбишь.

У Иккинга скрутило живот, и он с трудом подавил рвотный позыв.

«Я перережу твои верёвки, — сказал Дагур. — А ты разденешься и не будешь делать глупостей. Потому что если будешь, то умрёшь. Нет... тогда умрёт дракон. Если ты не будешь со мной сражаться, я не убью ни одного из вас. Ну, по крайней мере, сегодня», — ухмыльнулся Дагур и вытащил нож из плеча Ночной Фурии. Он вытер лезвие о штанину Иккинга, а затем разрезал верёвки на запястьях и лодыжках мальчика.

«Раздевайся», — приказал Дагур. Иккинг поморщился, вытер глаза и начал подчиняться. Он стянул через голову рубашку, сбросил ботинок и снял штаны.

Милдью отвернулся и стал разглядывать лица викингов в комнате. Пара берсерков в восторге толкали друг друга локтями. Остальные выглядели обеспокоенными, но, судя по всему, не собирались ничего предпринимать. Милдью встретился взглядом с одним из отверженных, светловолосым мужчиной с повязкой на глазу. Мужчина кивнул в сторону двери, и Милдью с Фунгусом незаметно выскользнули.

«Освободите задние лапы дракона и отпустите его», — приказал Дагур стражникам. Они подчинились и осторожно отошли в сторону. Беззубик перевернулся на бок и печально посмотрел на Иккинга.

«Ты меня понял, тупой зверь?» — потребовал Дагур. «То же самое касается и тебя. Повинуйся мне, или он будет убит». Дагур посмотрел на Иккинга. «А теперь подставь свою задницу змею, червяк», — хихикнул он.

Иккинг задрожал от ярости и подполз к морде дракона. Он осторожно коснулся её и посмотрел в большой жёлтый глаз. «Ты должен сделать то, что он говорит, Беззубик, — прошептал Иккинг. — Всё в порядке, дружище. Мы справимся. Я вытащу нас отсюда. Нам просто нужно продержаться достаточно долго, чтобы я понял, как это сделать».

«Убери руки от дула», — предупредил Дагур.

«Заткнись на хрен, Дагур! — крикнул Иккинг. — Ты получишь своё чёртово шоу! Просто дай нам минутку!»

«Следи за тоном, — усмехнулся Дагур, — и встань на колени, чёрт возьми».

Иккинг развернулся к Дагуру, и берсерк даже слегка побледнел. Лицо Иккинга покраснело от унижения, и ему показалось, что его голова вот-вот взорвётся от такого сильного стука. Он присел на корточки, закрыв глаза руками, и повернулся задом к Беззубику.

Беззубик поднялся на ноги, ковыляя передними лапами и спотыкаясь. Он злобно посмотрел на людей вокруг и принюхался к заду Иккинга. Мальчик вздрогнул, но взял себя в руки и попытался расслабиться. Затем драконий язык скользнул между его сомкнутыми губами, и он облизал открытое отверстие Иккинга. Морда была достаточно свободной, чтобы можно было высунуть язык на несколько сантиметров, но только потому, что его зубы втягивались, а не потому, что он мог широко раскрыть челюсти для плазменного выстрела.

Иккинг вздрогнул, чувствуя, как от стыда у него сжимается грудь, но он был благодарен дракону за то, что тот смазал его тугую дырочку. Он прикусил губу и всхлипнул.

«Фу, это смешно!» — рассмеялся Дагур. «Но мне снова скучно. Да пошёл он!»

Беззубик зарычал и неуклюже перелез через Иккинга. Он положил передние лапы на голову Иккинга. Его пенис снова плавно выскользнул из «ножен», и маленький заострённый кончик коснулся спины Иккинга. Дагур резко рассмеялся и уставился на происходящее, широко раскрыв глаза и разинув рот. Беззубик слегка проник в Иккинга, и мальчик застонал, пытаясь выровнять дыхание. Глубокий вдох через рот, медленный выдох через нос. Он изо всех сил старался расслабиться, пока дракон давал ему время привыкнуть к вторжению.

Иккинг приподнялся на руках и прижался спиной к огромному достоинству Ночной Фурии, постепенно насаживаясь на него. Несмотря на то, что он был естественным образом смазан и скользкий, его обхват резко увеличился. Иккинг почувствовал острую боль и начал дрожать и всхлипывать.

Беззубик резко вырвался.

«Едва ли наполовину», — пожаловался Дагур. «Вот и всё, уничтожьте существо», — небрежно бросил он. Мужчины схватились за оружие, и Беззубик с шипением повернулся к ним.

— НЕТ! — завопил Иккинг, перевернулся и обхватил шею своего лучшего друга, притянув его голову к себе. Он с силой вонзил протез в то место, где передняя лапа соединялась с телом, чтобы привлечь внимание дракона.

— Ш-ш-ш. Пожалуйста, Беззубик, — успокаивающе пробормотал Иккинг. Он погладил мягкую, покрытую чешуйками кожу дракона. — Всё в порядке. Я хочу, чтобы ты это сделал. Сделай это и не останавливайся, пока не закончишь. Я привыкну. Мне станет приятно, обещаю, — солгал он.

Иккинг отпустил его, и Беззубик заглянул ему в глаза, а затем лизнул его в щёку. Дагур жестом приказал мужчинам отойти, и Иккинг лёг на спину. Он погладил живот дракона и вернул наполовину втянутый пенис в прежнее положение. Он закрыл глаза и поднял ноги, направляя кончик обратно в пульсирующее отверстие.

«Вот так. Ещё», — подбадривал Иккинг. Он стиснул зубы, изо всех сил стараясь не закричать. По его лицу текли слёзы, но он пытался улыбаться и издавать тихие ободряющие звуки. Огонь разлился по его животу. Он вцепился в бока дракона и притянул его ближе. Беззубик тихо замурлыкал, и Иккинг наконец смог полностью проникнуть внутрь.

«Да, хороший мальчик, — выдохнул Иккинг. — Трахни меня». Дракон начал двигаться короткими толчками, а Иккинг держался изо всех сил, чтобы не потерять сознание. Он прижался мокрым лицом к чёрной коже, всхлипывая и постанывая. Это не было приятным ощущением. Но ему нужно было притворяться ради Беззубика. Он обманул и Дагура.

«Вот шлюха», — усмехнулся Дагур, покраснев от возбуждения. «Я знал». Он обхватил себя за промежность и начал мастурбировать через штаны.

Беззубик тяжело дышал и толкался, а Иккинг цеплялся за его тело и не терял сознания. Наконец дракон издал странный звук и остановился. Его живот вздымался от частых вздохов, и он наполнил Иккинга горячей жидкостью. Она брызнула вокруг его пульсирующего члена и попала на бёдра мальчика. Массивный красный орган выскользнул из разорванной дырочки Иккинга, и на земле начала растекаться лужа спермы. Пенис быстро сморщился и втянулся. Иккинг тоже обмяк от облегчения.

«О боги», — хрипло произнёс Дагур. Он расстегнул штаны и начал открыто ласкать себя. «Ты это видел?» — спросил он, не отрывая глаз от зрелища.

Беззубик уткнулся носом в Иккинга и начал лизать его между ног. Мягкий язык успокаивал растянутое и повреждённое отверстие. Иккинг увидел, что на его бедре осталась кровь. Ярость и стыд сжимали его сердце, угрожая задушить.

«Вот так, прибери его за мной, — насмехался Дагур. — А если его дырка не примет прежнюю форму, я просто сделаю новую».

О, чёрт возьми, — подумал Иккинг. Я заставлю его сначала убить меня.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Элвин Предатель.

Дагур повернулся в сторону шума, широко раскрыв рот.

Элвин посмотрел на Иккинга, который лежал на полу в обнажённом виде. И на Беззубика, стоявшего над ним. Затем он перевёл взгляд на Дагура и опустил глаза на обнажённый член в руке предводителя берсерков.

— Элвин, я... — начал Дагур, и на его губах появилась нервная улыбка.

Не говоря ни слова, Элвин бросился в атаку. Дагур едва успел отпустить свой член и поднять руку.

Меч Элвина сверкнул в воздухе и отрубил руку выше локтя.

Молодой вождь вскрикнул и упал на колени, забрызгав всё вокруг кровью. Все воины в комнате обнажили оружие, но только двое берсерков двинулись на вождя Изгоев. Элвин быстро расправился с ними, и, когда их тела упали на пол, он повернулся к остальным.

«Кто ещё хочет умереть, защищая недостойного вождя?» — прогремел Элвин. Трое оставшихся берсерков переглянулись и молча положили оружие на пол.

«Дагур! Ты бесполезен..! Глупец..!» — взревел Элвин, повалив Дагура на спину и наступив ему на шею. Крики Дагура стихли и превратились в булькающие звуки. «У нас был Берк! Я дома! Мы собирались победить!» На лбу и шее Элвина вздулись вены, затем он закрыл глаза и взял себя в руки. Дагур стремительно бледнел, но не терял бдительности и беспомощно смотрел на своего напарника.

«А теперь мы собираемся отступить», — продолжил Элвин спокойным и холодным тоном. Он отвернулся от Дагура и посмотрел в глаза Иккингу, который прижался к Беззубику и в ужасе смотрел на него.

«Я вернусь, — объяснил Элвин. — И я снова захвачу этот остров. И ты наверняка умрёшь, маленький Завоеватель Драконов. Но когда я вернусь, чтобы править Берком навсегда... Меня ждёт незапятнанная слава и песни в мою честь. И ни в одной из этих песен о триумфе Элвина не будет куплета о изнасиловании зверем юного наследника моего врага. Понимаешь?»

Иккинг сглотнул и кивнул.

Элвин приставил кончик своего меча к сердцу Дагура. Берсерк сжал лезвие оставшейся рукой и захрипел, пытаясь вымолить себе жизнь. Одним мощным толчком Элвин вонзил меч глубоко в пол. Дагур сделал последний судорожный вдох и умер. Элвин отступил и подошёл к Иккингу и Беззубику.

«Хочешь, я убью и животное?» — предложил Элвин, коснувшись рукояти топора, висевшего у него за спиной.

— Нет! Пожалуйста, Элвин! Не обижай Беззубика! — взмолился Иккинг.

«Как пожелаете», — мягко сказал Элвин. Он повернулся к ним спиной.

«Вы, мужчины, стали свидетелями того, насколько Дагур был безумен», — заявил Элвин в тишине зала. Милдью стоял в дверях, держа на руках Фунгуса. «Вы расскажете об этом нашим товарищам. Возможно, вы назначите другого вождя, но я надеюсь, что берсерки присягнут на верность мне. А пока мы возвращаемся на наши корабли, чтобы вернуться и захватить Берк в другой день».

Все викинги выглядели очень несчастными, но последовали за Альвином и вышли из Большого зала мимо Милдью. Старик открыл рот, словно собираясь что-то сказать Иккингу. Но потом он просто вздохнул и опустил голову. Он развернулся и последовал за своими новыми соплеменниками. Они оставили тело Дагура лежать на полу.

Иккинг лежал, прижавшись к Беззубику, и плакал. Затем он наконец взял нож Дагура и разрезал намордник и оставшиеся путы на передних лапах и крыльях дракона. Он с трудом натянул на себя одежду, морщась при каждом движении. Всё тело болело. В некоторых местах боль была сильнее, чем в других, но в целом болело всё.

Страдания дракона были сродни его собственным, и Иккинг обнял его за шею и ободряюще поцеловал Беззубика. «Это не твоя вина, дружище. Со мной всё будет в порядке. Всё закончилось».

Боги знали, что сегодня произошло много трагедий, но одна из них разбила сердце Иккинга, и он понимал, что никогда никому об этом не расскажет. Хотя он чувствовал себя униженным из-за того, что Дагур заставил их сделать, Иккинг уже давно испытывал к Беззубику чувства, которые выходили далеко за рамки дружбы. И желания, которые его пугали. Он был уверен, что дракон чувствует то же самое, он видел это в его умных, душевных глазах, которые, как он был уверен, принадлежали человеку, а не просто животному. Но из-за давления общества и глубоко укоренившихся табу Иккинг не воспользовался этой возможностью.

И теперь, благодаря Дагуру, этот потенциал был утрачен навсегда. Возможно, такая близость могла бы пережить нападение, если бы она уже возникла, но Иккинг знал, что после всего этого она уже не могла развиться.

Они оба выжили, и Иккинг был им очень благодарен. Но он оплакивал потерю той части их самих, которая почти стала частью их жизни, но так и не стала.______________________________________

2764, слов