«тревога»

Уже 18к прочтений.. Как так быстро? Я не понимаю. Но спасибо вам вновь! Эта глава хоть и маленькая, но я уже написала продолжение, которое должно выйти в понедельник. Я немного приболела, поэтому извините, если есть ошибки🤍Не забываем про тгк-tyrkinaq

________________________________

Вечер у Туркина продолжился в привычной ему атмосфере, он вернулся в качалку, где его уже поджидал, хоть и слегка прихрамывая, его товарищ, Вован. Они коротко перекинулись парой слов, пожали друг другу руки, после чего, миновав младших, занимавшихся в основном разминкой, направились в укромную коморку, служившую им местом уединения и задушевных бесед.

Усевшись на старый, продавленный диван, Вован, достал из-под дивана запотевшую бутылку водки.

- Это, часом, не твоя трофейная добыча? - с едва скрываемой насмешкой в голосе, но, вместе с тем, с ноткой дружеского сочувствия, спросил Вова, внимательно наблюдая за выражением лица Туркина. - Колись давай, Валер, я ж все равно узнаю, рано или поздно. Не сможешь долго скрывать.

- Моя, да, - ухмыльнулся Туркин, забирая бутылку из рук старшего товарища и поворачивая ее к свету, чтобы убедиться, что там еще достаточно жидкости. - Ну а че? Просто захотелось выпить, расслабиться, знаешь?

- Знаю я твое "просто захотелось", - усмехнулся Суворов, прекрасно понимая истинные причины такого желания. - Из-за Влады, небось? Чувствуешь себя брошенным и ненужным? Смотри, Валера, если так дальше пойдет, ты просто забухаешь в край, а она этого точно не простит, поверь мне.

- Да не из-за нее, это совсем другое, - отмахнулся Туркин, поднося бутылку ко рту и жадно отпивая из горла несколько больших глотков, словно пытаясь вместе с водкой смыть с себя навалившуюся тоску. - Будешь,? Или будешь морали читать и нудить?

Старший, мгновенно оценив ситуацию, посчитал грехом отказываться от предложенного, тем более, что его нога, разболевшаяся за день, нещадно ныла от боли, а водка, как известно, была прекрасным обезболивающим средством, способным временно приглушить любой дискомфорт. Он тут же протянул руку, чтобы принять заветную бутылку.

Туркин, желая сменить тему, чтобы не углубляться в неприятные для него размышления, быстро перевел разговор на другие темы, начиная с удовольствием рассказывать про различные проделки младших, которые, как он заметил, в последнее время вели себя странно. Он посетовал, что Марат, уже довольно долго не появлялся в качалке, заглядывая лишь на обязательные сборы, да и то через раз.

Так они просидели, болтая о том о сем, ещё около двух часов, делясь друг с другом своими мыслями и переживаниями, пока, наконец, оба не почувствовали, что пора бы и отдохнуть. Туркин, пошатываясь, направился к дивану, намереваясь растянуться на нем и хоть немного поспать, а Вован, недолго думая, остался в коморке, чтобы продолжить свой ночной отдых, надеясь, что утром боль в ноге будет не такой сильной.

_________________________________

Утро выдалось на редкость тихим и спокойным. Влада проснулась в крепких объятиях брата, словно вернулась в беззаботное детство, когда они всегда спали вместе, ощущая тепло и защиту друг друга. Но несмотря на эту идиллическую картину, какое-то непонятное чувство тревоги не покидало ее, словно что-то должно было вот-вот произойти.

Взглянув на настенные часы, висевшие над кроватью, Влада удивилась: на циферблате светилось 6:06. "Как странно... В такое раннее время я никогда в жизни не вставала," - подумала она, пытаясь проанализировать причины своего раннего пробуждения. И тут же, словно почувствовав ее взгляд, проснулся Вахит. Открыв глаза, он удивленно уставился на сестру, которая уже не спала и вовсю рассматривала комнату.

- Ты чего это? - потирая глаза и, осторожно убирая руки от сестры, словно боясь потревожить ее покой, сонно проговорил он. - Ни свет, ни зоря, понимаешь? То тебя не разбудишь никакими силами, а то вдруг первая встала. Что случилось?

- Да я и сама толком не поняла, - ответила Влада, сонно улыбаясь брату. - Просто проснулась, и все. Какая-то тревожность не отпускает.

Встав с кровати, она, потягиваясь, направилась в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок. Вахит, проводив сестру взглядом, пошел следом, бросив ей на ходу: "Не ссы, все будет хорошо, ты же знаешь. Просто отдохнуть надо немного."

После того, как Влада скрылась в ванной, Вахит, не теряя времени даром, прошел на кухню, чтобы быстро перекусить. Сделав себе пару бутербродов и налив чашку ароматного кофе, он уселся за кухонный стол и принялся с удовольствием завтракать, наслаждаясь утренней тишиной.

Вскоре из ванной вышла Влада, умытая, но все еще встревоженная, и, зайдя на кухню, обнаружила эту картину: довольный брат, уплетающий бутерброды.

- А как же сестре любимой? - с притворной обидой спросила Влада, подходя к столу и, не долго думая, схватив один из бутербродов, с аппетитом откусила большой кусок. - Все себе, а мне - ничего? Эгоист!

- Эээ, але - с наигранным возмущением воскликнул Вахит, слегка улыбаясь. - Это вообще-то был мой законный бутерброд, понимаешь? Ты, малявка, иди лучше поспи, а то совсем помятая ходишь, как будто ночью в кабаке гуляла.

Пробубнив что-то себе под нос, Влада, доев бутерброд, направилась в свою комнату, желая наконец-то лечь и избавиться от навязчивого чувства тревоги. Завалившись на кровать, она тут же почувствовала, как внезапно разболелась голова, а по телу пробежала легкая дрожь. Подумав, что всему виной плохое качество сна, она постаралась улечься поудобнее, укрылась теплым одеялом и, погрузившись в дремоту, моментально уснула.

_________________________________

В качалкие, что было домом для мужчин, раздались дикие крики, сотни мужских голосов, слившихся в единый грозный рев. Вова, пошатываясь от напряжения, покинул тесную коморку, придерживаясь за шершавую стену, словно пытаясь найти опору в этой царившей суматохе.

- Че случилось, черти полосатые? - рыкнул он, глядя на перепуганных парней, которые, повинуясь его грозному взгляду, тут же притихли, словно мыши, завидев кота. - Заткнулись быстро, чтоб я вас больше не слышал! Говорите по порядку

- Айгуль... Вашу мать... Украли, - задыхаясь от волнения и адреналина, судорожно произносил Самбо, тяжело переводя дыхание. - Я пытался помочь, но ничего не вышло, понимаете? Не смог.

- Твою мать - схватился за голову Валера, не веря своим ушам. - Вот ведь жизнь, блять. Ну почему, ну когда мы уже заживем спокойно? Сколько можно?

- Спокойно, Самбо, успокойся. Кто конкретно украл? - обратился старший к Александру, стараясь сохранять внешнее спокойствие, хотя внутри все кипело от злости и негодования. - Говори толком, что за люди?

- Ну.. Эти.. Домбытовские, - пытаясь отдышаться и собрать мысли в кучу, пролепетал Александр. - Или да, или нет... Сами не знаем...

- Плевать, собираемся, быстро, - безапелляционно отрезал Вован, понимая, что терять ни секунды нельзя. - Где Вахит? Чтобы через пять минут все были готовы к выходу.

Не успел он это сказать, как в качалку вошел сам Вахит, словно почуяв неладное. - Не проходи - крикнул Суворов, преграждая путь Зиме. - Мы уезжаем, что-то случилось.

- Да куда мы собрались? - недоуменно вопрошал Вахит, не понимая, что происходит. - Че, случилось-то хоть? Говорите

- По дороге узнаешь, Ваха, - шепнул Туркин, понимая, что времени на долгие объяснения нет. Старшие тут же выдвинулись из качалки, чтобы как можно быстрее добраться до места, где все должно было решиться. И вот, все уже в машинах.

Дорога до кафе "Снежинка", где, по словам, должен был находиться Вадим, была короткой, но в то же время мучительно долгой. Все прекрасно понимали, что их ждёт, что им предстоит встретиться лицом к лицу с опасностью. Но сейчас нужно было думать о другом, о девушке Марата, оказавшейся в беде.

Добравшись до кафе, они вошли внутрь и, найдя Вадима, начали разговор, наполненный угрозами и ультиматумами. Желтый, как они его прозвали, вызывал у них только презрение и отвращение, ведь именно этот человек когда-то помог похитить Владу.

Но мужчина, как ни странно, сразу признался, что он ни при чем, что у него вообще никого нет. Парни обыскали всё кафе, перевернули всё вверх дном, но так и не нашли ни единой зацепки. Всё было напрасно, всё было пусто. Только время было потеряно. Тогда, уже в отчаянии, Цыган, правая рука Желтого, выдавил из себя единственный намёк, который мог хоть как-то помочь: "Киноплёнка", вот кто мог знать всё.

- Они уже вторую девушку воруют, как по расписанию, - цедя сквозь зубы семечки, сказал Цыган. - Вы бы лучше их проверили, быстрее дело было бы. Вот вам и выход.

- Спасибо, - коротко бросил Вова, понимая, что любая помощь сейчас будет как нельзя кстати. И тут же, не мешкая ни секунды, он выскочил из кафе и скомандовал - Парни, всех подключаем! Действуем быстро и решительно

И вот, спустя всего час, почти весь "Универсам" уже рыскал по городу, в надежде найти Айгуль. Марата, отвлекал Андрей, который даже словом не обмолвился о произошедшем, понимая, что, если тот узнает правду, то сразу же сорвется с места и рванет туда, где находится его девушка, а это было бы слишком опасно.

Добравшись до района "Кинопленки", где, по слухам, скрывались преступники, все, как по команде, остановились, увидев перед собой заброшенное, обшарпанное здание, внушающее страх и ужас одним своим видом. Зайдя внутрь, они тут же подверглись жестокому нападению, и в здании началась ожесточенная, кровавая драка. Кровь летела во все стороны, перемешиваясь с потом, а воздух был наполнен криками и стонами.

Самбо, собрав всю свою волю в кулак и отчаянно пробиваясь сквозь толпу, прополз в полумраке подвала, надеясь найти хоть какие-то следы Айгуль. Там, в сырости и темноте, он действительно нашел ее, но тут же с новой силой налетели враги. Хватая Айгуль под руку, он попытался найти хоть какой-то выход из этого ада, но их настигла погоня.

И тут, словно гром среди ясного неба, из самого дальнего угла подвала прозвучал дикий, пронзительный крик

- За Зималетдиновой бегите, суки! Она же у себя дома, идиоты

Вахит и Турбо, услышав эти слова, мгновенно обернулись, понимая, что теперь все решается именно там, у дома Влады. Туркин, забыв обо всём, сорвался с места и помчался, словно дикий зверь, стремясь успеть вовремя.

Добежав до подъезда, он преградил путь нападавшим, встав в дверях словно скала, защищая дорогу. Но, к сожалению, это его не спасло. В следующую секунду ему всадили нож в бедро, пронзив плоть и вызвав сильнейшую боль. Стиснув зубы, он выдернул нож из раны, стиснул его в руке и, наливаясь яростью, закричал на всю улицу, угрожая

- Ушли быстро, черти, пока я вас тут всех не перерезал! Быстро

Все соседи, услышав этот дикий крик, выглянули из окон, наблюдая за происходящим. И вот, наконец, в одном из окон показалось испуганное, но родное лицо Влады. Парни, поняв, что их замысел провалился, бросились врассыпную, пытаясь скрыться от неминуемой расплаты. Но путь к отступлению им уже преградила милиция, прибывшая по вызову.

Валера, истекая кровью, забежал в подъезд и, с трудом добравшись до квартиры Зималетдиновых, постучал в дверь. Влада, все поняв, мгновенно открыла дверь, впустила его внутрь. Не успев даже толком осознать происходящее, она посмотрела на Валеру, с трудом опиравшегося на стену коридора. Лицо его было бледным, измазанным кровью, но, что удивительно, на его губах блуждала какая-то странная, довольная улыбка, словно он был доволен происходящим, словно он предвкушал что-то особенное.

В голове у Влады моментально, с бешеной скоростью, пронеслись противоречивые мысли, словно кадры из плохого, сумбурного кино. Брат, эта чудовищная картина, за которой она наблюдала со стороны, страх, пронизывающий до костей, боль, которую, казалось, можно было потрогать руками, и вот... она впускает Валеру. Стоит с тем, кто был, возможно, причиной всех ее нынешних бед. Почему? Она сама не знала. Это было ей непонятно. Злость, копившаяся внутри, готова была вырваться наружу, обрушиться на голову Валеры, но какое-то непонятное, странное чувство сострадания, как ни странно, оказалось сильнее. Оно словно сковывало её, не давая вырваться из этого круговорота событий. Цокнув, выражая свою досаду и раздражение, она решительно подошла к нему, подхватила его под плечо, стараясь не обращать внимания на его жалобы, и, стиснув зубы, повела его в ванну.

Пока она обрабатывала рану, накладывала бинты, обрабатывала антисептиками, мысли о Вахите, о своем брате, терзали её. Что там произошло? Все ли с ним в порядке? Где он сейчас? Жив ли он вообще? Она не могла выкинуть из головы эти вопросы, они, словно назойливые мухи, кружились вокруг нее, не давая покоя. Но она понимала, что сейчас нужно думать о Валере, о том, чтобы помочь ему, оказать первую помощь. Сейчас это было важно.

- Ты знаешь, как ты выглядишь сейчас? - прошептал Валера, глядя на нее обожающими глазами, в которых сквозила благодарность. - Просто ангел, Влад. Даже когда злишься, когда сердишься.

Эти слова, звучавшие в такой сложной ситуации, стали последней каплей, переполнившей чашу её терпения. Она не выдержала, и, изо всех сил затянув тугой бинт на его раненом бедре, что вызвало новую волну его жалоб, резко, с чувством гнева и раздражения, накричала на него

- Заткнись, прошу тебя, - голос её дрожал от сильного волнения, - Просто заткнись, ради всего святого! Ты ранен, а не на свидании. Прекрати свои глупые шуточки и вынеси эту боль, хорошо? Сейчас совсем не до этого. Пойми, меня волнует сейчас одно - твое здоровье и здоровье моего брата.

Оставив Валеру в ванной, чтобы тот отдохнул, она молча вышла на кухню, надеясь найти там покой и хоть немного прийти в себя. Она хотела укрыться от этой невыносимой суеты, от этой боли, от этого страха, который сковывал её душу. Ей хотелось успокоиться, выпить чашку горячего ромашкового чая, чтобы хоть немного расслабиться, избавиться от этой навязчивой тревоги. Она налила кипятка в кружку, заварила ароматный чай, и, только собираясь сделать первый глоток, почувствовала, как сзади её обхватывают сильные руки, а в щеку прилетает легкий, но такой неожиданный поцелуй.

Не раздумывая ни секунды, понимая, кто это был, Влада развернулась, и, не глядя отвесила парню, осмелившемуся нарушить её личное пространство, звонкую пощечину. Ей было наплевать на его чувства, на его намерения. Ей сейчас было нужно побыть одной, в тишине и покое, привести свои мысли в порядок, успокоиться и избавиться от этой навязчивой тревоги.