Глава 19

Pov Егор

После того как Ева великодушно довезла меня до дома, то опять исчезла из моего поля зрения на несколько дней. Стоит ли сомневаться в том, что она с Марком? Нисколько. Особенно этот засос на груди, доказывающий все мои мысли. Я серьезно поверю в то, что это от плойки? Все внутри натянулось струной и гнев просился наружу. Однако на лице опять сохранилось безвольное равнодушие.

Оказавшись на кухне вместе с бутылочкой заканчивающегося алкоголя, отвечая на рабочие сообщения и отмахиваясь от диалога с Кирой, меня застала смеющуюся неугомонная парочка. Глеб включил свет и я недовольно поморщился, смотря на него.— Выруби, — сказал я.

— Расслабься, — ответил он, открывая холодильник, — давно пришел?

Я встал, и все таки немного приглушил свет, отчего Яна хотела снова включить его, но по моему хищному взгляду поняла, что лучше этого не делать, и скрестив руки на груди, села на стул.

Музыка с подвала стала громче, и я нахмурив брови, посмотрел на этих двух. Глеб невозмутимо доставал горстья винограда, а Яна встала и ушла шариться в баре.

— А тут нет вина? — спросила она, выглядывая, — бармен же приносил сегодня алкоголь.

— Там есть масса других напитков, — ответил я, возвращаясь к телефону.

— Остальное все слишком крепкое.

Она снова принялась шариться там. — Доставай виски.

— Фу, нет, я не буду, — буркнула она.

— Мне достань.Яна закатила глаза.

— Может ты не будешь? — сказал Глеб, закрыв холодильник, — кажется вино должно быть на втором этаже, — уже обращаясь к девушке.

— Почему не буду? — спросил я, забирая с рук напиток.

— Просто не советую пить алкоголь в час ночи, когда вставать тебе в 5 — усмехнулся он, — забыл, что с отцом сегодня встречаешься?

— Нет, — ответил я, напрягая скулы.

— Ева нас убьет скоро, если мы не придем, — сказала Яна Глебу, — мне еще нужно переодеться, а ты как раз найдешь для нее вино.

— А что, от виски она отреклась? — спросил я, натягивая ядовитую улыбку.

— Нет, просто соблюдаем рамки приличия, — ответила девушка, подражая моей улыбке и ушла.

— Ты сказал отцу, о том что свадьбы не будет?

— Ты каждое утро будешь у меня это спрашивать? — достал два стакана и плеснул себе в один янтарную жидкость.

– А чего ты тянешь?

— Глеб, у меня все под контролем, все я сделаю.На самом деле не было просто ни малейшего желания разбираться с этим, а тем более обсуждать с отцом.

— Родители Киры знают?

— Скорее всего она еще не сказала об этом, иначе ее мать уже стояла бы у нашего порога, — съязвил я.

Кира продолжает меня сыпать сообщениями. Хорошо, что не приходит в живую поговорить, иначе я точно не вынес бы этого и не смог бы уверенно сказать ей что «да, я уверен в своем решении». 5 лет отношений и единственный сценарий в голове все таки оставили свой след, и так просто отрекаться, хотя я уже отрекся от этого, но смиренно следовать не так просто. Пусть даже если ты понимаешь, что выбор сделан правильно и нужно просто отпустить. Есть что-то важнее, всего что было, есть важнее того, в чем тебе было комфортно и в чем ты видел стабильность. Страшно, но это того стоит.

— Советовал бы тебе уже поторапливаться, — произнес блондинчик и ушел наверх.

Я взял бутылку в руки, два стакана, и направился в подвал. Музыка орала во всю, Ева полулежала в воде и мокрая футболка буквально облепило все ее тело. Ее глаза были закрыты, но под такую громкую музыку это не было похоже на медитацию.

Я подошел к бортику и сев на корточки, поставил стаканы, а затем наполнил их нашим наилюбимейшим напитком.Ева, услышав посторонний «мой» шум, тут же всполошилась и вскинула бровь, увидев меня, еще и за таким процессом.

Я подошел к колонке и сделал музыку тише, потому что не слышно было бы даже наших голосов, а затем вернулся обратно.— Чего это ты? — спросила девушка, подплывая к бортику.

— Рыбка клюнула на виски, — произнес я, оголяя зубы в смехе.

— Вообще-то я спрашиваю, что ты здесь потерял? — сказала она, хмуря брови и покосившись на стакан.

— Я не могу прийти поплавать в свой бассейн?

— А ты не видишь, что я здесь?

— А мне это мешает?

— Хотелось бы, чтобы мешало, — она поправила свой пучок на голове, а я следил за тем, как капли воды стекают по ее губам, и не мог поднять глаза выше. Хотелось наоборот ниже.

Взяв в руки алкоголь, я сделал глоток, а она уверенно следила за моими движениями. Это выглядело очень смешно. Все равно что есть при ребенке огромную плитку шоколада.

Я молча протянул ей уже приготовленный для нее стакан и она послушно все таки взяла ее в руки.— Не бойся, я тебя не спаиваю, и ничего там не подмешано, — решил ее предупредить, потому что глаза оставались недоверчивыми к моей персоне.

Я снял с себя футболку и домашние штаны, оставшись в одних боксерах, и только собрался залезть в бассейн, как девушка уверенно начала протестовать.— Что ты делаешь?

— Хочу поплавать, — ответил я, будто она спрашивает у меня что-то на уровне очевидного, — в моем бассейне, в моем доме, — решил уточнить, чтобы она не терялась в самомнении.

Она ничего не ответила, и прислонившись к стенке, проследила за тем, как я нырнул в воду, и за долю секунды оказался перед ней.

— Неплохо, — произнесла она, пытаясь увеличить дистанцию между нами и увильнуть в сторону, но я поставил руки по обе стороны от нее, оставляя между нашими телами лишь несколько сантиметров.

Ее приоткрытые губы, стекающие капли, испуганные, но ждущие продолжения глаза и напрягшееся тело, эта мокрая футболка в облипку.

— Ты же сохраняешь в голове адекватность? — спросила она, вклинивая между нами свой стакан с алкоголем и делая небольшой глоток, при этом не нарушая зрительного контакта, — например, лучше не стоять так близко к друг другу. Это уже нарушение личных границ.

Я забрал у нее стакан. Холодная жидкость приятно обожгла все горло.

— А ты Марку не хочешь то же самое сказать? В постели например? — не знаю почему опять вспомнил о нем. Наверное потому что ее чертов засос не давал мне покоя и малейшее представление о их сближении заставлял буквально срываться в ярости.

— Не лезь не в свое дело.

— Мне кажется, это мое дело, — я сорвался. И снова заблокировал ей попытки выйти.

— Нет, блять, Егор. Не нужно злить меня.

Девушка метала на меня лучи ненавистного взгляда, но мне наоборот нравилось разжигать в ней это пламя.

— Мы можем хотя бы нормально контактировать, раз нам приходится пересекаться, и убери уже свои руки, дай мне выйти, — ответила она, стараясь подавить бурю эмоций внутри.

Я выполнил все, кроме последнего. Не хотелось ее отпускать. Хотелось побольше смотреть на ее личико.— Хорошо.

— Егор!

— Я хочу посмотреть тату, — произнес я, спокойным голосом, вспомнив, что увидел ее совершенно мельком, — тогда отпущу.

Она глубоко набрала воздух и выдохнула, понимая, что от меня невозможно добиться чего-то нормально. И послушно приспустила футболку. Это было две бабочки, чуть ниже ключицу, края рисунка были обведены красным. С такого ракурса конечно прекрасно открывался обзор и на грудь, но Ева уловила, куда я смотрю, и прикрылась.

— Красиво, — произнес я, убирая руки и давая ей возможность пройти. — C чего решила?

— Просто. Я же не спрашиваю у тебя, с чего ты наколол себе миллион тату, — ответила она недовольно покосясь на меня.

Разговор не шел. Наоборот постоянно заходил в тупик. То ли из-за меня, то ли из-за нее.

— А где Глеб с Яной? Они не придут? — спросила она, понимая, что их слишком долго нет. Действительно, они задерживались, но как же сильно меня это не волновало.

Я ничего не ответил ей, продолжая откровенно пялиться в ее глаза, проводя глазами каждый контур ее лица.

Телефон зазвонил, и только потому, что она опустила взгляд, я понял, что это мой. Я взял его с бортика. На экране высветилось «Лиза». Ева аккуратно коснулась глазами экрана, и так же быстро перевела их возвращаясь к плаванию.

Я сбросил вызов, но уже через две секунды звонок повторился.— Да? — произнес я, стараясь быть спокойным  и смотря на то, как Ева отплывает к другому концу.

— Егор Олегович, извините, что беспокою в такой час, но я получила ответ буквально только что. Ваша встреча с партнерами переносится на завтра, точнее уже на сегодня на 8 часов. По-другому они не могут, а мы так долго ждали их согласия.

— У меня нет в расписании ничего на это время? — спросил я, пытаясь сгруппировать планы на завтра.

— Я посмотрела, в 10 у вас назначено совещание с отделом продаж.

— Я помню об этом, — ответил я. — Ты словно чувствовала, что что-то должно поменяться, раз не спишь так поздно.

— Я спала, — призналась она, хихикнув, в это время Ева уже приплывала обратно, — меня и разбудил этот звонок. Кажется, человек за трубкой тоже передавал мне информацию сонным голосом.

— Понятно, ну хорошо, спасибо тебе.

— Доброй ночи, Егор Олегович!

— Доброй, Лиза, — улыбнулся я, отключая телефон и смотря как Ева с любопытным взглядом пьет виски.

Я взял свой стакан, и сделал несколько глотков, снова сокращая расстояние между нами. Мне нравилось, что Ева перестала противиться. Или ее достаточно расслабило, или я успел ей надоесть и она сдалась. В любом случае, на нее приятно было смотреть.

— Скажи мне, ты когда-нибудь перестанешь попадаться мне пьяной? — спросил я, кривя улыбку.

— Сам принес, еще и возмущаешься? — хмыкнула она.

— Когда я пришел, ты уже выпила два коктейля.

Я приблизился к ней, но продолжал не касаться ее. Ее глаза уже блестели пьяными огоньками.

— Давай хотя бы ты не будешь бубнить об этом, — она прикусила нижнюю губу.

Я вскинул бровь, и опустил глаза ниже. Руки так и просились коснуться ее.

— Только я вот не помню, чтобы видела тебя в хлам. Сколько ты ни пьешь, а все такой же, — видимо ее прорвало на размышления.

— Нет, ты видела, просто забыла, — произнес я и все таки положил свою руку на ее талию.

Я ждал, что она всполошится, но лишь почувствовал, как ее тело еще сильнее напрягалось, а глаза продолжали изучать контуры моего лица.

— Мне кажется, тебе нужно остановиться.

Я уже не обращал внимание на то, что она говорит, потому что моя настолько властная и желанная хватка будоражило весь мой организм. Я коснулся края футболки, коснулся ее бедра, и уже точно не мог остановиться. Ее шумное дыхание покрывало мою грудь, и приподнимая мокрую одежду, я в наслаждении смотрел на ее изящную фигуру.

— Остановись, — прошептала она, пытаясь противостоять рукой, но я мигом поднял ее лицо за подбородок.

Импульсы ее тела передались и мне, я сходил с ума, от того что чувствую своим телом касание ее тела, и безумно боялся, что сейчас все рухнет. Проводя большим пальцем по щеке я внимательно поглощал галактики в ее глазах, и понял, что звезды разрешили мне.

Я впился в ее губы, приходя в экстаз от самого осознания, от самого чувства. Как долго я ждал этого момента, чтобы наконец насладиться вкусом ее губ. Первые секунды она как обычно сопротивлялась, но моя грубая хватка решила все в момент, и наши губы и языки уже переплетались в страстном порыве, а я шарился руками по ее телу.

Никогда в жизни я не приходил в такое безумное удовольствие просто от того, что трогаю человека и буквально пожираю ее своими губами. От одного ее слабого стона, мое тело было готово распасться на миллион атомов.

Я сжимал каждую часть ее тела, буквально оставляя синяки на ее бедрах и талии от того, насколько сильно впиваюсь в них пальцами. И этого было мало.

Я чувствовал себя пьяным, или наркоманом, одновременно находясь в раю и в аду, потому что это была невыносимая и самая вкусная пытка, которая кружила голову.

Мои губы перешли к ее шее, а руки девушки сильнее притянули меня к себе, зарываясь пальцами в волосах. Футболка только мешала, и на мои попытку снять ее, она только занервничала.— Подожди, — произнесла она, сквозь сбившееся дыхание и набухшие губы, – а если они придут.

— Они бы давно пришли. — ответил я ей, затыкая ее поцелуем и снимая с нее футболку.

Кружевной лифчик, через который прекрасно были видны ее налившаяся грудь и набухшие соски, приводил меня в ужасный восторг. Я давно не видел такой красоты. Насколько она выглядела невинной, беззащитной девочкой.

Мои губы снова принялись исследовать ее шею, пока я не припал к ее грудям, обсасывая каждый участок, и играя языком с ее сосками. Ева в наслаждении оттягивала пряди моих волос, издавая еле слышные стоны, которые я тут же срывал своими губами.

Наши разгоряченные тела были на пределе, но я готов был кончить от одного только нашего страстного поцелуя и ее настолько сексуального тела.

Я находился где-то на седьмом небе. Выше всех планет. Выше всего на свете. Словно открыл новое чувство, которое ни один человек в этом гребанном мире не смог бы ни за что в жизни прочувствовать. И ее звали Ева. И я умирал у нее на глазах.