Week's End(5)

спустя неделю»

Утро было белым. Почти прозрачным.Рассвет ещё не успел разогреться - воздух пах сырой сосновой корой, прохладной землёй и тонкой ржавчиной тумана.

Она ехала вдоль аллеи, где слева и справа в ряд выстроились ели, высокие, как охрана.Машина двигалась бесшумно - будто не катилась по земле, а скользила по стеклу.

На лобовом стекле - капли росы, не растёкшиеся, а хрупкие, как бусины.Птичьи крики звучали редкими вкраплениями - кто-то только проснулся, кто-то только ушёл в ночь.

Салон наполняла музыка - нежная, ломкаяDisparate Youth - Santigold. Голос, будто из другого мира - лёгкий, странный, неуверенный.

Она сидела за рулём:спина прямая,руки - в перчатках цвета топлёного молока,ногти - короткие, почти прозрачные,запястье левой руки касалось руля с такой нежностью, будто рулила чужой жизнью, не машиной.

Теперь - не Эмида. И не Эмма.ИлэйнаВерде.Психолог поддельными документами.Рекомендована частной клиникой, куда «случайно» попал один из Альваресов - Мануэль, средний брат. Старое ранение, психосоматика, срыв. Изолирован в западном крыле.

Доступ ограничен. Уход персональный.Прямой путь в сердце дома.

Волосы - белые, тонкие, закрученные в пучок так туго, что кожа на висках натянулась.Очки - узкие, с матовой дужкой, без единой царапины.Макияж - без цвета, но с точностью хирургической линии.

Прошла неделя.

Неделя, за которую она исчезла.Неделя, за которую она вымерла внутри - и была собрана заново.Как оружие. Как легенда. Как ответ без вопроса.

Психолог.

Причина её возвращения была официальной:У Мануэля Альвареса - среднего брата Венансио - была черепно-мозговая травма.Последствия: ночные приступы, спутанность речи, тревожные симптомы.Он отказался от стационара - требовал наблюдения дома и индивидуальной поддержки.

Ему был необходим психологический надзор, помощь в стабилизации состояния, а также поддержка в адаптации к новым ограничениям.

Она стала идеальной кандидаткой.

Документы - новенькие, как лезвие.Письма - подписаны именами, которые не существовали.Всё было идеально. Даже голос.

Она пришла не мстить. Пока нет. Её цель - близость. Доверие. А за ним - правда.

Машина остановилась у главных ворот особняка.Ворота распахнулись, будто кто-то наблюдал и ждал.Она выехала на покрытую гравием аллею. Колёса почти не хрустели - как будто и машина не хотела себя выдавать.

Дом - старый, с облупленным фасадом, покрытым влажным налётом времени.Окна - словно зрачки. Ни одного взгляда.

Она вышла.

Туфли - кремового цвета, на тонком каблуке.Пальто - серое, приталенное, с воротником, который чуть касался скулы.Под ним - идеально выглаженная белая блуза, мягкие медицинские брюки цвета пепельной пудры.

Она поправила очки.Выдохнула.И пошла - как врач, но двигалась, как охотник.Сзади, на ступенях крыльца, она услышала лёгкий смешок.

Доминик. Младший брат.Сидел, растянувшись, как кошка, в спортивных штанах и с сигаретой. Волосы растрёпаны. Смотрел на неё с ленивым подозрением.

- Ну и ты же явно не просто психолог, - бросил он, ни к кому конкретно.Она ничего не ответила. Только посмотрела - не прямо в глаза, а чуть мимо.

Это был первый день.Первый шаг в дом.

Особняк Альварес. 10:14 утра.

Тихо.Гулкие шаги звучали слишком громко в этом каменном доме, где даже стены, казалось, слушали.На полу - ковёр цвета пыльной крови.В воздухе - запах дерева, кофе, и сигарет, въевшихся в обивку кресел ещё с тех времён, когда отец был жив.И при этом - ни звука. Ни дыхания. Только ожидание.Она вошла первой.

В комнату, где должен был пройти первый "сеанс".Белый шелк рубашки обтягивал её грудь и талию.Тонкие манжеты облегали запястья.На ногах - строгие туфли, каблук короткий, уверенный.Волосы - в гладкий пучок.Губы - телесные, будто нарисованные углём.Вся - холодная линия, без изъяна.

Комната была полуосвещена.Шторы прикрыты.На столе - бокал воды и блокнот. Для вида.Она не писала. Она запоминала.

Она села.Спокойно.Переплела пальцы.Сделала вдох.Ждала.Дверь открылась резко.Мануэль.

Без пиджака.Сигарета во рту.Рубашка расстёгнута до груди, где виднелась татуировка - старая, потускневшая.На лице - насмешка.В глазах - агрессия.

Он закрыл дверь, но не сел.Прислонился к стене, выдыхая дым.

- Давайте сразу. Я не верю в эту хуйню.- Отлично, - спокойно ответила она.- Тогда мы на равных.

Он прищурился.

- Не будешь говорить, что хочешь мне помочь?- Нет.- Не спросишь про отца? Про детство?

Она наклонилась вперёд.Глаза - как лезвия.Медленно, будто смакуя:

- Скажи, Мануэль. Когда ты последний раз спал без алкоголя, оружия или женщины рядом?

Он замер.

Тишина.

Сигарета едва тлела. Он смотрел на неё, не мигая.

- Ты, блядь, кто?

- Та, кого ты не сможешь трахнуть, пока не начнёшь говорить.- Это шантаж?- Это терапия. Слегка улыбнулась она Он сел.

Прямо напротив неё. Колени почти касались.От него пахло кожей, вином и опасностью.Он наклонился вперёд, глядя ей в глаза.

- Ты знаешь, что я могу тебя уволить за 20 секунд?

- Ты знаешь, что за 10 я смогу заставить тебя сказать, за что ты до сих пор ненавидишь себя больше, чем мёртвого отца?

Пауза.Он усмехнулся.

- Ладно, доктор...- Называй меня Илэйна.- Хорошо, Илэйна. Я расскажу тебе одну историю.

Он встал. Подошёл к камину.Поставил ногу на кованую решётку, закурил вторую сигарету.Голос стал тише. Глуше.

- Мне было пятнадцать. Он заставил меня голыми руками забить собаку. Свою. За то, что она укусила его за руку.- И ты это сделал?- Нет.Он повернулся.- Венансио сделал. Я только смотрел.

Эмида не отвела взгляда.

- Тогда ты понял, что ты - не он?- Нет.Он выдохнул.- Тогда я понял, что хуже - быть свидетелем, чем палачом.Тишина.

Эмида взяла бокал. Сделала глоток.

Вода была тёплой.Со вкусом стекла.Слишком чистая. Слишком ненастоящая.Как всё здесь.

Она медленно поднялась.Подошла к нему.

Расстояние - меньше метра.

- Ты боишься стать как он? - спросила она.

Он не ответил. Только посмотрел на неё.Низко. Жестко. Жадно.И что-то дрогнуло в его челюсти.

- Мне нравится, когда женщина не боится молчания, - сказал он.- Мне нравится, когда мужчина умеет выдержать взгляд, - ответила она.

Пауза.Она приблизилась ещё ближе.Он не двинулся.

Между ними - заряд.Химия.Но не страсть. Сила. Игра.

- Сеанс окончен? - спросил он.

- Нет.- Тогда?- Сейчас ты впервые почувствовал, что кто-то тебя видит. Не боится. Не жалеет.

Он усмехнулся, шагнул назад.

- Значит, ты не мой враг?- Пока что. Нет.

Она направилась к двери.Остановилась.Повернулась к нему через плечо.

- Завтра. В это же время.И не прячь своё прошлое. Оно всё равно лезет наружу.

Она вышла.