Глава 32

Утренний свет пробивался сквозь панорамные окна квартиры Кинга, вычерчивая пол длинными тенями. Он стоял у стойки с чашкой остывшего кофе и смотрел на экран телефона. Дата. Его отец прислал чёткое, как приговор, сообщение: «Свадьба 15-го. Коттедж "Ривер-холл". Список гостей согласован».

Кинг швырнул телефон на диван. Тот глухо ударился о подушку и затих.

Три недели.

Он провёл ладонью по лицу, чувствуя, как внутри закипает смесь злости и бессилия. Аарон Миллер не спрашивал. Он ставил перед фактом, как привык ставить всё в своей жизни. Подписывал контракты, покупал людей, решал судьбы. Сын в этой картине мира был просто ещё одним активом, который должен приносить прибыль.

Кинг подошёл к окну. Внизу город просыпался, не подозревая о его личной катастрофе.

Обманывать Ребекку становилось невыносимо. Каждый раз, когда она смотрела на него с тем самым доверием, которое он не заслуживал, внутри что-то сжималось в тугой узел. Она верила ему. Верила, что Кайли — просто друг детства. Верила, что они справятся. А он каждую ночь лежал без сна и прокручивал в голове варианты. Должен быть выход. Должен.

И он был.

Мелисса.

Мать сейчас была единственным человеком, который мог противостоять отцу. Не деньгами, не властью — у неё было то, чего Аарон боялся больше всего: правда. Она знала о нём то, чего не знал никто. И если кто и мог помочь разорвать этот брачный контракт, то только она. Это и повод наладить с ней отношения.

Кинг взял телефон и написал матери: «Нам нужно поговорить. Это срочно.».

Ответ пришёл почти мгновенно: «Конечно, сынок! Давай завтра пообедаем вместе?».

Он выдохнул. Один шаг сделан. Теперь оставалось самое сложное — рассказать Ребекке правду. Но не сейчас. Кинг решил, что завтра познакомит их. Пусть мама увидит её, поймёт, ради кого он готов идти против отца. А потом они вместе придумают, как выпутаться из этой свадебной ловушки.

Для Ребекки это было снова счастливое, для неё желанное утро, с ароматом свежих круассанов. Кинг приготовил завтрак — неловко, неумело, но старательно. Не зная какой бардак твориться в голове у любимого, она вышла из спальни, накинув его футболку, и замерла, увидев накрытый стол.

— Это что? — она улыбнулась, но в глазах мелькнуло подозрение. — Ты сжёг полкухни ради меня?

— Я старался, — Кинг развёл руками, показывая на сгоревшие тосты, а потом на удачно запечённые круассаны. — Хотел, чтобы утро было хорошим.

— У тебя получилось, — она подошла и поцеловала его в щёку. — Но ты какой-то... нервный.

— Просто не выспался, — соврал он. — Поехали вместе в универ.

Ребекка замерла с круассаном в руке.

— Вместе? Ты серьёзно? Кинг, мы договаривались...

— Я знаю, — он перебил мягко, но настойчиво. Пригладил её волосы и взял маленькое лицо в свои ладони. — Но я устал прятаться. Устал делать вид, что ты для меня никто.

— Твой отец...

— Мой отец всё равно узнает. Рано или поздно. Так пусть это случится на моих условиях.

Она хотела возразить, но он поцеловал Ребекку в лоб, отвлекая от всех будущих аргументов.

— Доверься мне. Сегодня мы приедем вместе.

Чёрный седан въехал на парковку Акривы ровно в восемь сорок. Студенты текли к главному входу плотным потоком, и машина Кинга, как всегда, притянула взгляды. Но сегодня внимания было больше обычного.

Кинг заглушил двигатель и повернулся к Ребекке.

— Готова?

— Нет, — честно ответила она, сжимая ремень сумки. — Кинг, может, я выйду у заднего входа?

— Мы ничего не нарушаем. Ты моя девушка. Пусть видят.

— А как же твой отец? Ты же знаешь, что ему доложат.

— Именно поэтому, — он усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Пусть знает, что я не собираюсь играть по его правилам.

Ребекка глубоко вздохнула, открыла дверцу и вышла.

Она чувствовала, как взгляды прилипают к ней, словно горячий воск. Шёпот, переглядывания, чей-то смешок. Студенты, которые раньше просто не замечали бюджетницу Аллен, теперь смотрели с жадным любопытством. Как она посмела выйти из машины Кинга Миллера?

Ребекка почти побежала к входу, оставляя парня позади. Она не оглядывалась, не замедлялась. Сердце колотилось где-то в горле.

Кинг смотрел ей вслед, и улыбка сползла с его лица. Он сделал это. Бунт начался. Главное, чтобы она не пострадала.

— Ни хрена себе представление, — раздался голос за спиной.

Риччи стоял, прислонившись к соседней машине, и качал головой. Но, вопреки ожиданиям, он улыбался.

— И долго ты собирался скрывать? — Харрис хлопнул друга по плечу. — Я вас ещё неделю назад засёк. Думали, если целоваться за углом, никто не увидит?

Кинг нахмурился, но быстро расслабился. В конце концов, Ричи — единственный, кому он мог доверять.

— Ты не в курсе всего, Рич.

— А что мне надо быть в курсе? Ты счастлив, я это вижу. Впервые за последние годы. Значит, всё правильно.

— Спасибо, — Кинг выдохнул. — Но есть кое-что ещё.

— Что?

— Ты знаешь о свадьбе?

Ричи замолчал. Улыбка исчезла.

— Знаю. Уже все новостные порталы трубят: «Миллер-младший и дочь бизнесмена Франка свяжут себя узами брака». Я хотел спросить, но думал — может, ты сам...

— Чёрт, — Кинг сжал кулаки. — Чёрт, чёрт, чёрт!

Проблемы падали, как первый снег, большими и частными хлопьями. Если новости уже в сети, значит, Ребекка узнает в любой момент. Может, уже знает.

— Ты не сказал ей? — догадался Ричи.

— Не успел.

— Тогда у тебя большие проблемы, друг.

Ребекка вошла в аудиторию, и гул голосов на мгновение стих.

Она физически ощущала, как десятки пар глаз ощупывают её с головы до ног. Кто-то усмехнулся, кто-то зашептался с соседом. Одногруппница, которая раньше сидела с ней рядом, демонстративно пересела на другой ряд.

Бекка подняла подбородок выше. Она слишком долго была жертвой в этом серпентарии, чтобы снова позволить им себя сломать. Теперь у неё был Кинг. Теперь она — не просто бюджетница, которую можно безнаказанно травить.

Она села на своё место, достала тетрадь и сделала вид, что изучает записи. Пальцы чуть дрожали, но лицо оставалось спокойным.

— Ну и ну, Аллен, — Ханна плюхнулась на соседний стул, едва не опрокинув сумку. Глаза азиатки горели азартом. — Ты вышла из машины Кинга Миллера. Я видела это своими глазами. Ты вышла. Из его. Машины.

— Ханна, я... — Ребекка пожала плечами, виновато посмотрев на подругу.

— «...хотела тебе рассказать»? — Ханна почти взвизгнула. — Бекка, ты...ты спишь с самым завидным парнем этого вуза, но не сказала мне?! Ребекка, я твоя подруга! Как ты могла молчать?!

— Тише, — Бекка почти хотела закрыть рот подруги ладонью, но просто схватила её за руку. — Да, мы вместе. Но это не то, о чём стоит кричать на всю аудиторию.

— Вы вместе... — Ханна мечтательно закатила глаза. — Это же как в кино. Он богатый, ты — обычная. Ненавидели друг друга, но полюбили. Ромео и Джульетта.

— Только без трагического конца, надеюсь.

— А подробности? Ну же! — Ханна придвинулась ближе. — Как он в постели? Он нежный? Грубый? Вы уже говорили про будущее? Он обещал тебя познакомить с семьёй?

Ребекка усмехнулась такому потоку вопросов, но ничего не ответила. Ханна не унималась всю лекцию, забрасывая её вопросами. И только когда преподаватель сделал ей замечание, она немного утихла.

В столовой Ханна продолжила допрос. Они заняли столик у окна, и Ребекка надеялась спокойно поесть, но не тут-то было.

— Я всё ещё жду подробностей, — Ханна ткнула вилкой в салат. — Ты скрывала от меня отношения две недели. Две! Это требует компенсации в виде сочных деталей.

— Ханна...

— Нет, правда. Вы уже говорили о чём-то серьёзном? Ну, там... планы? Я слышала, у него какие-то проблемы с отцом. Аарон Миллер — тот ещё тип. Но как вы начали отношения, если у Кинга скоро свадьба с Кайли?

Ребекка замерла. Вилка застыла в воздухе.

— Что ты сказала?

— Про отца?

— Нет. Про свадьбу.

Ханна осеклась, увидев выражение лица подруги. В её глазах мелькнуло осознание — она сказала то, чего не должна была.

— Бекка... — она замялась, отложила вилку. — Я думала, ты знаешь. Все только об этом и говорят. Кинг женится на Кайли Франк через месяц. Это везде в новостях. В холле даже стенд с поздравлениями повесили.

Ребекка почувствовала, как пол уходит из-под ног. Шум столовой начинает утихать.

Стенд с поздравлениями. Новости. Свадьба. Так быстро?

— Я... мне нужно идти, — она встала, едва не опрокинув поднос.

— Бекка, подожди! Я думала, ты в курсе! Прости, я не хотела...

Но Ребекка уже не слышала. Она шла к выходу из столовой, и каждый шаг отдавался в висках глухим ударом. Кинг.

Он врал. Всё это время врал.

Она вылетела в коридор, прислонилась к стене и закрыла лицо руками. Перед глазами стояла сцена на парковке — Кайли обнимает его, смеётся, говорит о свадьбе. А он стоит и молчит. И сегодня утром — его уверенность: «Пусть видят». Бунт. Он использовал её, чтобы позлить отца. А она, как дура, поверила. Снова игры, снова она стала жертвой. А отношения? Это слишком большая игра?

Кинг вышел из лифта на пятнадцатом этаже бизнес-центра «Миллер-холдинг». Стеклянные двери конференц-зала были распахнуты, и оттуда доносился знакомый голос — холодный, властный, не терпящий возражений.

Аарон стоял у проекционного экрана. Вокруг длинного стола сидели люди в дорогих костюмах — учредители, инвесторы, юристы. Все с идеальными причёсками и пустыми, как отполированные монеты, глазами.

— Кинг, ты вовремя, — Аарон кивнул сыну на свободное место. Оно было рядом с ним. — Мы как раз обсуждаем проект «Оазис».

Кинг сел. Перед ним положили папку с документами. Он открыл и начал просматривать, пока отец продолжал вещать о сроках, бюджете и перспективах.

Участок под застройку. План местности. Архитектурные наброски. Все было скучно, однообразно по стандарту. Он пролистывал страницы быстрее. чем нужно, но замер на одной.

Детский парк. Тот самый парк, куда он сам ходил в детстве с матерью и сестрой Флэр. Старые карусели, скрипучие качели, аллея с дубами, которые сажали ещё при основании города. Единственное зелёное пятно в том районе, сохранившее хорошие воспоминания Кинга.

А на следующей странице — проект. Торговый центр. Мини-казино на верхнем этаже.

— Постой, — Кинг поднял голову. — Вы собираетесь снести парк?

— Это экономически нецелесообразная территория, — ответил Аарон, не глядя на сына. — Земля в том районе слишком дорогая, чтобы на ней качались дети.

— Там казино, — Кинг постучал пальцем по схеме. — Ты хочешь открыть казино на месте детского парка.

Аарон наконец поднял на него взгляд. Спокойный, ледяной.

— Это приносит доход.

— А остальные проекты? — Кинг откинулся на спинку стула, одни движением закрывая папку. — Я проверил. «Сильвер-тауэр» заморожен на стадии котлована. «Гранд-плаза» — два года обещаний и ни одного арендатора. Ты собираешь деньги на новый проект, не закончив старые.

В зале повисла тишина. Кто-то из учредителей заёрзал, кто-то уткнулся в бумаги. Верхняя губа Аарона дернулась.

— Кинг, — голос Аарона стал тише, но от этого только опаснее, — мы обсудим это позже. В узком кругу. Ты не так все понял и наговариваешь сейчас.

— Тогда я хочу понять сейчас, — не отступал Кинг. — Ты тянешь деньги из инвесторов, закрываешь долги новыми кредитами. Компания похожа на пирамиду. И этот парк... Ты лишаешь детей последнего места, где они могут играть.

— Ты слишком сентиментален, — Аарон усмехнулся. — Это бизнес, а не благотворительность.

— Это не бизнес. Это ограбление.

Слово повисло в воздухе, как топор. Учредители переглянулись. Аарон медленно встал, оказавшись в шатком положении перед коллегами.

— Совещание окончено. Все свободны. Кроме Кинга.

Люди потянулись к выходу, стараясь не встречаться глазами с младшим Миллером. Когда дверь закрылась за последним, Аарон подошёл к сыну вплотную.

— Ты ставишь под сомнение мои решения перед советом? Глупо, Кинг. Очень глупо.

— Я ставлю под сомнение всю твою компанию, — Кинг тоже встал. — Что ты скрываешь? Почему проекты не завершены? Куда уходят деньги?

— Ты, я смотрю, не просиживал лето здесь, а правда изучал дела компании. Но тебя это не касается.

— Касается. Потому что я — твой наследник. И когда-нибудь это всё станет моим.

Аарон рассмеялся — резко, сухо.

— Наследник? Ты? Ты даже жениться не можешь без того, чтобы устраивать цирк. Ты думаешь, я не знаю про бюджетницу, с которой ты приехал сегодня в универ? Думаешь, я не понимаю, что этот спектакль — для меня?

Кинг сжал челюсти.

— Это не спектакль.

— Мне без разницы, кого ты трахаешь, но женишься ты на Кайли. И точка.

— Мать знает о твоих планах? Этот парк, она ведь до сих пор ходит туда. Только там остались воспоминания о Флэр. О твоей погибшей дочери, Аарон. — тихо спросил Кинг.

Аарон замер. Впервые за весь разговор что-то дрогнуло в его лице.

— К Мелиссе это не относится, а скорбь уже давно прошла. Пустая трата времени, твоя мать глупа и не понимает ничего в моей работе.

— Значит ты не боишься, что она напомнит тебе, как ты получил свой стартовый капитал? Или расскажет, на чём на самом деле построена твоя компания?

— Убирайся, — процедил Аарон.

Кинг взял со стола папку с проектом и направился к выходу. У двери обернулся.

— Я не женюсь на Кайли. И парк ты не тронешь.

Он вышел, не дожидаясь ответа.

Вечер опустился на город тяжёлым душным одеялом. Кинг сидел в машине на пустой парковке возле своего дома и смотрел на экран телефона.

Десять исходящих вызовов. Все — Ребекке.

Она не брала трубку.

Он набрал снова. Долгие гудки. И тишина.

Потом сообщение от Ханны: «Она знает про свадьбу. Ты дурак, Миллер».

Кинг откинулся на подголовник и закрыл глаза.

Она узнала и не от него. Из новостей. Из сплетен. Так, как он и боялся.

Теперь всё, что он скажет, будет звучать как оправдание. А правда — горькая, уродливая правда — состояла в том, что он действительно врал. Из страха. Из трусости. Из желания сохранить те две недели счастья, которые теперь рассыпа́лись в пыль.

Он снова набрал её номер. Гудок. Второй. Третий.

Абонент недоступен.

Кинг ударил ладонью по рулю и завёл двигатель. Он знал, куда ехать. Знал, что она, скорее всего, не откроет. Но не поехать не мог.

Где-то в темноте, его телефона зажёгся экран — сообщение от матери:

«Жду тебя завтра. Разберёмся со всем».

Он не ответил. Сначала нужно было вернуть ту, без кого всё это не имело смысла.