Глава 7

Говорят, у Фобоса нет тени. Говорят, он и есть тень.

Первые несколько дней после назначения Аарона моим наставником особо не отличались от предыдущих. Я посещала лекции — теперь уже без того щемящего чувства потерянности, которое охватывало меня в первые дни, — ходила в спортивный зал, где мы с Тией занимались до седьмого пота, и даже начала изучать основы телепортации. Не по своей инициативе, конечно же: Тия, однажды застав меня за попыткой медитации, заявила, что настоящий нефилим должен уметь хотя базово понимать смежные дары, и взялась за моё обучение с тем же упрямством, с каким делала всё остальное. Слушать её захватывающие истории о том, как она впервые открыла портал прямо в собственную ванну и затопила этаж, было достаточно занимательно и не оставляло времени для дурных мыслей. Воспоминания о матери, о бабушке, о том, что я — «ключ», отступали на второй план, приглушённые усталостью и рутиной.

Теперь я могла назвать Тию не то чтобы своей подругой — это слово было слишком громким для отношений, построенных на вынужденном соседстве и взаимных колкостях, — но точно хорошей знакомой. За эти дни она сильно изменилась: перестала огрызаться по пустякам, больше не смотрела на меня как на пустое место и даже пару раз заступилась перед старшими студентами, когда я, вечно попадающая в неприятности, путала кабинеты или забывала, что здесь действует строгая иерархия. Один раз, когда я по незнанию заняла место за столом для третьего ранга, она молча взяла меня за локоть и пересадила на соседнюю скамью прежде, чем кто-то успел сделать замечание. Я была ей благодарна, хоть и не говорила об этом вслух.

В тот вечер мы сидели в общем зале, разморённые после долгого дня. Я пыталась читать конспекты лекции Филона, но строчки расплывались перед глазами, а мысли то и дело возвращались к завтрашней тренировке. Тия, устроившаяся в соседнем кресле с потрёпанным томиком в руках, казалась полностью поглощённой чтением, но вдруг захлопнула книгу и уставилась куда-то мне за спину.

— Вот и закончился твой покой, — произнесла она, и в её голосе прозвучала странная смесь ехидства и настороженности. — Кое-кто вернулся с Ратуши и, судя по всему, не в духе.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, о ком она говорит. Но любопытство взяло верх над гордостью, и я всё же обернулась. Аарон входил в главные ворота Пристанища, и его появление было похоже на раскат грома перед бурей. Весь в позолоченных и серебряных доспехах — парадных, явно надетых для Совета, а не для боя, — он шагал через холл так, словно хотел прожечь каменный пол своим взглядом. Свет магических ламп играл на металле, заставляя его сиять, как поверхность расплавленного золота, и на мгновение он показался мне не человеком, а сошедшим с фрески божеством — прекрасным и пугающим одновременно. Но его глаза... В его серых глазах горела такая ярость, что у меня по спине пробежал холодок. Он был красив, как бог, и зол, как дьявол.

— Что-то случилось в Ратуше, — пробормотала Тия, проследив за моим взглядом. — Обычно он не возвращается таким... взвинченным. Видимо, Совет снова потребовал невозможного.

Я ничего не ответила, провожая капитана взглядом, пока он не скрылся в боковом коридоре, ведущем к кабинету Цирриуса. Его шаги гулким эхом отдавались от каменных стен, и каждый звук отзывался у меня в груди тревожной дрожью. Может, именно из-за его бушующего настроения мы и договорились встретиться только следующим утром на рассвете. А может, он просто не хотел меня видеть лишний раз. Я бы его поняла.

***

Прохладный рассвет только-только окрашивал небо над тренировочным полигоном в нежные оттенки розового и персикового, когда я, кутаясь в тонкую куртку, вышла из Пристанища. Воздух был свеж и бодрящ, наполнен запахом влажной травы и прелых листьев, напоминая о приближающейся осени. Я поёжилась — то ли от холода, то ли от волнения, — и поплотнее запахнула воротник. С тех пор как профессор Филон определил меня под опеку Аарона, прошло всего несколько дней, но они показались мне вечностью. Каждая тренировка была испытанием, каждый разговор — дуэлью, и сегодняшнее утро, я чувствовала, не станет исключением.

Аарон уже был на полигоне во всём своём, казалось бы, лучшем обличии. Он стоял, опершись плечом о шершавый ствол древнего дуба, что рос на краю поля, и наблюдал за восходом солнца. Его тёмный силуэт чётко выделялся на фоне светлеющего неба, и в этой неподвижности было что-то почти монументальное — аура спокойной силы и уверенности, которая одновременно и притягивала, и отталкивала. Он не был в доспехах, только в простой чёрной форме, обтягивающей широкие плечи, но даже без парадного облачения выглядел так, словно готовился к битве. Заметив меня, он лениво повернул голову, и на его губах мелькнула едва заметная усмешка — та самая, от которой у меня всегда кровь приливала к щекам.

— Неплохо для таких, как ты, — проговорил он, бросив взгляд на часы на запястье. — Ещё пять минут, и ты опоздала бы. А я не жду опоздавших.

— Я... я не могла найти полигон, — смущённо пробормотала я, подходя ближе и чувствуя, как подворачивается язык. Это было глупой ложью: полигон был на том же месте, что и вчера, и позавчера.

Аарон хмыкнул, но ничего не сказал. Он оттолкнулся от дерева, размял плечи и, не говоря ни слова, начал разминаться, выполняя серию плавных, кошачьих движений. Его тело двигалось с отточенной грацией хищника — ни одного лишнего жеста, ни одной потерянной секунды. Я наблюдала за ним, стараясь запомнить каждое движение, каждый поворот головы, каждое перетекание из стойки в стойку.

— Хватит глазеть, — бросил он, не оборачиваясь. — Разминайся. Нам нужно многое успеть за сегодня. И я не собираюсь тратить время на то, чтобы ждать, пока ты проснёшься.

Я поспешно отвернулась, чувствуя, как щёки заливает краска. Ведь знала, что Аарон невыносим, резок и холоден как лёд, но в его присутствии всё равно терялась, чувствуя себя неуклюжей и неловкой. Каждое его слово било в цель, как отточенный клинок.

— Да ладно тебе, капитан Агвайр, — раздался насмешливый голос откуда-то сбоку. — Не пугай нашу звёздочку. Она же только пришла.

Мы оба обернулись на звук. К нам, не торопясь, приближался высокий светловолосый парень с озорной улыбкой на губах. Даян. Его светлые волосы были взъерошены после сна, а на плече небрежно висела куртка — видимо, он тоже только проснулся и решил прогуляться до полигона.

— Даян, — процедил Аарон сквозь зубы, и в его голосе послышались предупреждающие нотки, словно рычание сторожевого пса.

— Собственной персоной, — парень остановился рядом со мной, и его улыбка стала шире. — Не представляешь, как я рад тебя видеть, Фина. О тебе уже болтают на каждом углу. Поговаривают, ты стала любимицей Филона.

Смущённо улыбнувшись, я опустила взгляд на свои ботинки. Внимание Даяна, в отличие от ледяного безразличия Аарона, меня скорее радовало. В его присутствии я чувствовала себя комфортнее, свободнее, почти как с Илексом, но иначе — в Илексе была хитрость, а в Даяне — открытость.

— Не верь всему, что болтают, — пробормотала я, бросая быстрый взгляд на капитана. Тот делал вид, что наш разговор его совершенно не интересует, но я чувствовала на себе его тяжёлый взор, прожигающий затылок.

— Не скромничай, — Даян подмигнул. — Я слышал о твоём даре от самого Маршала. Говорят, ты — ключ к победе над Фобосом.

— Хватит нести чушь, Даян, — рявкнул Аарон, резко разворачиваясь к нам лицом. Его серые глаза метали молнии. — Оставь её в покое. У нас и без твоих сплетен дел хватает.

— Всегда ты так, — блондин поднял руки в примирительном жесте, но улыбка с его лица не исчезла. — Никакого чувства юмора. Просто хотел познакомиться с нашей спасительницей поближе.

— Тогда выбирай другое время и место, — отрезал капитан. — А сейчас у нас тренировка. Или ты хочешь присоединиться?

Даян, всё ещё улыбаясь, отступил на шаг, явно не желая обострять конфликт.

— Ладно-ладно, сдаюсь, — он снова подмигнул мне. — Увидимся, красотка. Не давай ему себя в обиду.

Он развернулся и направился в другой конец полигона, где уже собрались несколько Нефилимов для общих тренировок. Аарон молча наблюдал за ним, и в его глазах горели огоньки неприязни — той самой, что, казалось, копилась годами.

— Хватит тратить и без того драгоценное время на ненужную болтовню, — буркнул он, поворачиваясь в мою сторону. — Я не собираюсь уделять тебе больше пары часов в день. Так что цени каждую минуту.

— Я и не прошу большего, — сказала я тихо, не желая разжигать конфликт.

Аарон резко вздохнул, но ничего не ответил. Он подошёл к дереву, возле которого лежали два тренировочных меча, и одним точным движением бросил один из них в мою сторону. Я едва успела его поймать — рукоять была холодной и скользкой от утренней росы.

— Покажи, чему тебя учили, — скомандовал Агвайр, принимая боевую стойку. Его ноги пружинисто расставились, меч взлетел вверх, и я снова ощутила себя мышью перед горой.

К горлу подступил противный ком, я почувствовала, как в животе завязывается тугой узел. Тренировка с Аароном была настоящим испытанием, и не только физическим. Он не давал мне никакой поблажки, словно стремясь выжать все силы до последней капли и проверить, до какого порога я смогу дойти. Но где-то в глубине души я знала, что он делает это не из злости. Он просто хотел, чтобы я стала сильнее.

Я перехватила меч поудобнее, встречая стальной взгляд парня.

— Не нужно меня жалеть, капитан, — бросила я, принимая боевую стойку. Хоть и дышать уже становилось тяжелее после разминки, я твёрдо стояла на ногах. — Я пришла сюда не в игрушки играть.

Он приподнял бровь, удивлённый моим резким тоном.

— Вот как? — уголок его губ тронула тень улыбки, которая могла бы быть ободряющей, если бы не холод в глазах. — Тогда покажи, на что способна. А то твои умения на матах меня особо не впечатлили.

Он не стал мешкаться, атаковав первым. Капитан двигался с неуловимой, выверенной скоростью, его меч превратился в размытое пятно серебра. Мне едва удавалось блокировать его удары — я чувствовала, как от напряжения горят мышцы, как пот заливает глаза, как каждый выпад отдаётся болью в запястьях. Я знала, что Аарон сдерживается, не использует и половины своей силы, но даже так бой был похож на танец на лезвии ножа — один неверный шаг, и я окажусь на земле.

Увернувшись от очередного выпада, целившегося мне в плечо, я контратаковала. Мой меч, словно живой, описал дугу в воздухе, целясь в незащищённое плечо капитана. Он парировал удар без видимых усилий, но я заметила, как на долю секунды его глаза расширились от удивления. Значит, он не ожидал, что я решусь на атаку. Это уже что-то.

— Неплохо, — пророкотал он, отступая на шаг и перекатывая рукоять меча в ладони. — Но этого недостаточно.

Он снова бросился в атаку, но на этот раз я уже была готова. Я больше не просто защищалась — я отвечала на каждый удар своим, всё более смелым и точным, и чувствовала, как во мне просыпается сила, дремавшая до этого момента. Моё тело превращалось в единый отточенный механизм, подчиняющийся воле и инстинкту, а не разуму. Я перестала думать — я просто двигалась.

И вдруг — резкий прилив знакомой энергии, исходящей из самой глубины моего существа. Тёплый, пульсирующий, он прокатился по венам и достиг кончиков пальцев. Я инстинктивно сжала рукоять меча сильнее, и по лезвию пробежала искра тёмной, пульсирующей энергии. На мгновение меч вспыхнул, словно облитый тенью, и в воздухе запахло озоном.

Аарон резко остановился. Его глаза широко раскрылись от изумления, и он опустил меч, не сводя с меня взгляда.

— Это... что это было? — прошептал он, и в его голосе не было привычного холода — только потрясение.

Я вдруг поняла, что и сама не знаю, что ответить. Впервые случилось такое, что я чувствовала, как по моим рукам струится неведомая сила, готовая вырваться наружу. Обычно это происходило само собой, без моего участия. Тень приходила только в мою голову и руководила моим телом, как ей вздумается. Неужели она решила, что теперь мне нужно ещё и физическое её присутствие? Неужели она хочет показать себя?

— Такое уже было раньше? — голос Аарона прозвучал резко, требовательно.

Я отрицательно помотала головой, отбросив меч на землю. Руки дрожали. Сердце колотилось где-то в горле.

— Она... Она только разговаривает со мной, никогда раньше я её не видела. — Мой голос звучал нервно, я заикалась, словно увидела призрака. И, в каком-то смысле, так и было.

— Что? — Аарон в два шага преодолел расстояние между нами и схватил меня за плечи. Его пальцы впились в кожу сквозь ткань куртки. — Как давно ты с ней разговариваешь?

И только сейчас до меня дошло, что я наделала. Я произнесла это вслух. Меня окутали паника и ужас, мысли заметались в голове, как испуганные птицы. Что теперь со мной будет? Совет? Лаборатории? Клетка, в которой держат таких, как я, чтобы изучать, как подопытных животных?

— Капитан, пожалуйста, не говорите никому. — Мой голос сорвался почти на шёпот, полный отчаяния. Я была готова упасть перед ним на колени. — Я не хочу в Совет, я знаю, что там делают с такими, как я. Пожалуйста, я не хочу.

Аарон накрыл мой рот ладонью — тёплой и твёрдой — и быстро осмотрелся по сторонам. Никому до нас не было дела: Даян и его группа занимались на другом конце полигона, и утренний ветер уносил звуки их тренировки в сторону. Тогда он наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже, и прошептал:

— Не вздумай больше никому об этом говорить. Слышишь? Никому. Твоя Тень... она... — он запнулся, словно подбирая слова, и на мгновение его взгляд стал отсутствующим, словно он смотрел куда-то вглубь себя. — Она сильнее, чем мы думали.

Когда я перестала кивать головой, капитан отступил. Его лицо снова стало непроницаемым, но в глазах ещё тлел отблеск чего-то, похожего на понимание.

— Это плохо? — с тревогой спросила я, глядя на него и пытаясь прочитать ответ в его взгляде.

Он покачал головой.

— Пока рано говорить. Нам нужно разобраться, — он бросил взгляд на меч, всё ещё лежащий на земле. — Больше никаких тренировок с оружием. По крайней мере, до тех пор, пока ты не научишься контролировать свою Тень. Это опасно — и для тебя, и для окружающих.

Я хотела было возразить, но Аарон был непреклонен.

— Это не обсуждается, — отрезал он, и в его голосе не было и тени сомнения. — Завтра я начну обучать тебя контролировать свою энергию. А пока... — он указал подбородком на выход с полигона. — Думаю, тебе стоит отдохнуть. Ты выложилась. Иди, и помни: никому ни слова о том, что здесь произошло.

Хоть и нехотя, я подчинилась, ведь понимала, что капитан прав. Сила, что проснулась во мне, была подобна дикому зверю — прекрасному, но смертельно опасному. И мне предстояло приручить его, прежде чем он вырвется на свободу и уничтожит всё на своём пути. Потому что на его пути буду стоять и я.

Выйдя с полигона, я почувствовала, как ноют мышцы после, казалось бы, небольшой тренировки. Каждый шаг отдавался болью в бёдрах, а плечи горели, словно я таскала мешки с песком. Я пересекла просторный холл Пристанища, направляясь в общий зал — любимое место отдыха Нефилимов после тяжёлого дня. Он был полон людей: кто-то тихо переговаривался у камина, в котором потрескивали дрова, кто-то играл в настольные игры, бросая кости на расчерченную доску, а кто-то просто отдыхал, удобно устроившись в мягких креслах. Я вдохнула тёплый воздух, пропитанный ароматом травяного чая и свежеиспечённого хлеба, и улыбнулась. Здесь, почему-то, я чувствовала себя намного безопасней, чем снаружи. Может, дело было в камине, а может — в людях, которые, несмотря на все опасности, умели смеяться.

— Фина!

Я обернулась на зов и увидела Тию. Она пробиралась в мою сторону, ловко лавируя между креслами и людьми. Спустя несколько дней я могла с уверенностью сказать: её дар — телепортация — как нельзя лучше подходил её характеру, позволяя ей оказываться в самых неожиданных местах в мгновение ока, словно мышь, проскальзывающая в щель.

— Привет, Тия, — я подвинулась на диване, уступая девушке место, и она плюхнулась рядом, едва не расплескав мой чай. — Как ты?

— Никогда бы не подумала, что скажу это кому-то здесь, но занятия по Теням без тебя прошли довольно скучно, — проворчала она, устраиваясь поудобнее и подбирая под себя ноги. — Смотрю, капитан не пожалел тебя на первой тренировке? Выглядишь так, будто тебя стадо мулов переехало.

Я неловко усмехнулась.

— Старается, как может. Говорит, мне нужно научиться контролировать свою Тень.

— Хорошо, что он говорит тебе только это, потому что обычно он очень колкий на язык. — Тия покрутила в пальцах прядку волос и вдруг прикусила губу. Её веселое настроение испарилось, как утренний туман. — Кстати, о тени... Я тут случайно услышала разговор охранников у ворот и кое-что узнала. Говорят, недалеко от восточного форпоста нашли останки чего-то похожего на Гримов. Сразу троих.

Я поморщилась и уточнила:

— Когда бабушка мне рассказывала про Пристанище, то говорила, что это самое безопасное место для Носителя. — И горько усмехнулась, вспомнив её слова.

Тию это, казалось, задело.

— Так и есть, — она выпрямилась и посмотрела на меня с вызовом. — Ни один Грим ещё ни разу не проникал в Пристанище. Цирриус контролирует купол слишком хорошо, чтобы Фобос смог противостоять старейшему Носителю. Но то, что их нашли так близко... это тревожный знак.

В зале внезапно раздался звук, похожий на сирену. Низкий, вибрирующий, он пронёсся по коридорам и заставил всех присутствующих замереть на месте.

— Отбой? Так рано? — я взглянула на Тию, и та отрицательно замотала головой.

— Нет, это не отбой. Общий сбор в столовой. Наверное, объявят, кто в какую группу попадает для дополнительных отрядов патрулей. Пойдём, нужно поспешить.

Лица присутствующих оживились, когда они двинулись в сторону столовой, чтобы услышать важное сообщение. Я чувствовала, как напряжение витает в воздухе — густое, осязаемое, — и моё сердце забилось быстрее.

Когда мы вошли в просторное помещение, оно уже было заполнено людьми. Нефилимы всех рангов собрались здесь, и гул голосов отражался от сводчатых потолков. Лейтенант Эйтиль стоял в центре, обсуждая что-то с капитанами и несколькими старшими офицерами, и его светлые волосы резко выделялись на фоне тёмных мундиров. Аарон стоял чуть поодаль, у стены, с седовласым мужчиной в золотой экипировке — генералом Селестером. Они о чём-то негромко переговаривались, и выражение лица капитана было мрачнее тучи.

Когда последние люди собрались в столовой, Аарон поднял руку, призывая к тишине. Гул стих мгновенно.

— Мы знаем, что вы все обеспокоены происходящим в Пристанище, — начал он, и его голос, твёрдый и уверенный, разнёсся по залу без всяких усилий. — То, что нашли рядом с форпостом, вызвало бурю эмоций как у командующих, так и у наших солдат, и мы не можем не придать этому значения. Но я могу заверить каждого, — его взгляд прошёлся по помещению и задержался на мне, всего на секунду, но достаточно, чтобы я почувствовала, как по спине пробежал холодок, — вы находитесь в полной безопасности, и я лично гарантирую её любому из вас.

Он сделал паузу, посмотрел на карту, что висела на одной из стен — испещрённую пометками и стрелками, — и продолжил:

— Но вы знаете, что сила Фобоса крепчает. Гримы становятся сильнее, быстрее, бесстрашнее. Поэтому мы организуем дополнительные патрули в радиусе восточного сектора, чтобы укрепить наше положение. Лейтенант Эйтиль возглавит один из отрядов. — Он указал в сторону блондина. — Прошу тех, кто будет назначен в группу лейтенанта, подойти к нему после собрания.

Я заметила, как Тия бросила быстрый взгляд в сторону Эйтиля. Её глаза выражали смесь волнения и смущения, а пальцы нервно теребили край рукава.

— Что касается Носителей первого ранга и тех, кто ещё не прошёл полную подготовку, — капитан перевёл взгляд на нас, — вы останетесь в Пристанище. Первая группа, которую распределит лейтенант, выходит в патруль сегодня. Прошу вас пройти перекличку и доказать, что Первый Легион не зря в вас верит.

Эти слова вызвали у меня смешанные чувства. С одной стороны, я понимала важность сохранения наших жизней в безопасности. С другой — внутри горело желание принять участие в защите нашего дома. Но приказ есть приказ.

Собрание завершилось, и люди начали рассредоточиваться по столовой и коридорам, чтобы подготовиться к своим задачам. Тия обернулась ко мне, её взгляд был полон растерянности.

— Никогда не слышала, чтобы ребят из второго ранга брали в патрули, — пробормотала она. — Видимо, дела совсем плохи.

Я вдруг задумалась и ощутила в животе неприятный укол несправедливости.

— Мне кажется, что тебя бы тоже можно было отправить в патруль, — сказала я. — Ты уже давно практикуешь телепортацию и хорошо справляешься.

Я ободряюще погладила девушку по плечу и как раз в этот момент заметила приближающуюся каштановую макушку.

— Привет, девчонки, — Илекс остановился рядом и ободряюще заулыбался. Его веснушки, казалось, светились в полумраке. — Какие перемены дома, а? Ещё чуть-чуть, и нас на убой отправят.

Тия недовольно закатила глаза и чуть отстранилась от парня.

— Не говори ерунды, — буркнула она, начиная разглядывать кого-то среди толпы. — Никто не видел Эйтиля?

— Решила всё-таки признаться ему в своих чувствах? — подколол её Илекс, за что получил смертоносный взгляд. — Давно пора.

Покрасневшая Тия быстро ушла в сторону толпы, где проходило распределение, и я проводила её взглядом.

— Зря ты так, — сказала я Илексу, когда мы направились в сторону выхода из столовой. — Она и так тебя недолюбливает.

— Да, — подтвердил парень, пожав плечами. — Боится, что я разболтаю её маленький секретик. Но мне это незачем. Я много разного повидал.

Я остановилась.

— Что ты имеешь в виду? — до меня вдруг дошло. — Какой у тебя дар, Илекс?

Парень ехидно улыбнулся. Он выдержал театральную паузу, наслаждаясь моим любопытством, и наконец ответил:

— Успокойся, кошечка, я не читаю мысли. Могу только считывать ваши эмоции и чувства.

Я почувствовала, как облегчение слегка отпустило, но любопытство осталось. Эмоции и чувства — это могло многое объяснить в поведении Илекса, в том, как точно он иногда попадал в настроение собеседника.

— Это звучит интересно и, наверное, очень полезно, — заметила я. — Но, должно быть, иногда это довольно сложно?

Илекс пожал плечами, сохраняя свою характерную ухмылку.

— Иногда сложно, особенно когда вокруг так много людей, — признался он, и я заметила проблеск искренности в его взгляде. — Но каждому из нас досталась своя ноша. Вот ты, например, можешь управлять Тенью и приказывать ей, это тоже большая ответственность.

Я не ответила сразу, обдумывая его слова. Да, мой дар был уникален и, в какой-то мере, страшен. Он требовал контроля, обучения и большой осторожности. Но, с другой стороны, он дарил силы и уверенность, что я смогу защитить тех, кто мне дорог.

— Думаю, у нас всех свои особенности, — сказала я наконец, улыбнувшись. — И в этом наша сила.

Илекс кивнул, хотя его взгляд оставался на мне, словно он пытался прочитать нечто большее между строк.

— Верно, — согласился он. — Поэтому и нужно держаться вместе. Особенно сейчас, когда Гримы так близко.

Мы продолжили путь по коридору, разговор плавно перешёл к обсуждению каких-то бытовых тем, и я чувствовала, что наше взаимодействие стало чуть более дружеским. Возможно, способность Илекса чувствовать окружающих помогала и ему самому находить понимание с другими. Мы разошлись у входа в тренировочные залы, где я всё ещё планировала провести немного времени, работая над своим контролем над Тенью, следуя совету капитана.

Пока я наблюдала, как Илекс скрывается за дверью, мои мысли вновь вернулись к Тии. Я прекрасно понимала, зачем она искала Эйтиля. Её тренировки телепортации и твёрдая уверенность в том, что она готова к заданиям, сейчас сыграли ключевую роль. Попасть в патруль было её мечтой с тех пор, как она попала в Пристанище. Мне оставалось лишь надеяться, что её мечта не обернётся кошмаром, и гадать, увижу ли я девушку ещё раз. В этом мире нельзя было знать наверняка.