ГЛАВА II

Скай

Я всегда приходил в госпиталь рано.Не из вежливости - из тревоги.Болезнь делает время липким. Кажется, что, если прийти позже, что-то изменится. Или уже случилось.И ты опоздал. Навсегда.

Тётя Лин всегда говорила:- Успокойся. Я не умираю. Ещё свадьбу мою третью, а может и четвёртую, застанешь.

Она сидела в кресле у окна, в больничной пижаме, с чашкой мятного чая. Свет ложился ей на лицо. Слегка опухшее, с лёгкой помадой - как у женщин, которые не сдаются.

- Всё хорошо? - спросил я, присаживаясь рядом.

- Лучше, чем у тебя, мальчик, - усмехнулась она. - Посмотри на себя. Лицо как у Иова.- Как у кого?- Прочти Библию, мой светлый. Там такие мужчины были, ты и рядом не валялся.- Спасибо, тётя. Вдохновляюще.

Она рассмеялась.Смех у неё был старый, как чай в медной кружке: терпкий, но уютный.Я смотрел на неё - эту женщину, которая прошла через три развода, рак груди и кучу чужих предательств - и удивлялся, как можно ещё верить в любовь.

- Элли в порядке? - спросила она, уже тише.- Сегодня не в настроении. Не захотела вставать с кровати.- А ты?- Я тоже.

Она дотронулась до моей руки.

- Твоя боль, Скай, не делает тебя плохим. Просто делает тебя живым.- Иногда я не хочу быть живым.- Я знаю.

Мы молчали.Молчащие минуты с тётей Лин - как глотки тёплой воды после обжигающего чая.Я чувствовал, как в груди чуть-чуть теплеет. Как будто этот мир всё ещё не полностью против меня.

- А знаешь, - сказала она вдруг, - я решила: если выйду отсюда, выйду замуж. В четвёртый раз. За того идиота, который каждый день приносит мне цветы и всё ещё стесняется смотреть в глаза.

- Ты о мсье Морене? - я чуть приподнял бровь. - Тот, что всегда роняет трость у ресепшена?

- Он симпатичный. И хоть старше на десять лет - смеётся, как подросток, когда я читаю ему стихи.- Ты читаешь ему стихи?- Да. И больше тебе не скажу ни слова, пока не начнёшь наконец читать Библию.- Я лучше выучу пару поэм, честно.- Поэзия - тоже путь к Богу. Особенно, если у тебя нет других ключей.

Она снова отпила чай. Пальцы дрожали. Незаметно, но я видел. Она делала вид, что нет. Я делал вид, что верю.

- Как Элли в школе? - спросила она.- Всё по-разному. Иногда - героиня фильма. Иногда - никто.- А ты?- Я... тоже никто.

Она медленно положила чашку на подоконник и посмотрела на меня.

- Ты всегда так говоришь.- Потому что это правда.- Нет, Скай. Это просто боль, которая стала твоим голосом.

В этот момент за окном кто-то засмеялся. Детский смех. Громкий, звонкий, будто мир не знал о госпитальных палатах.

Я встал, потянулся, сделал шаг к двери.

- Я принесу тебе твой любимый апельсиновый йогурт. Тот, что со стеклянной крышечкой.- Скай...- Да?- Не теряй себя. Даже если придётся потерять кого-то.

Я не ответил.Только кивнул.Потому что в горле застряло что-то слишком живое.

Я вышел в коридор.Мимо белых стен. Мимо медсестёр, чьи лица научились быть нейтральными. Мимо запаха антисептика, который впитывался в одежду, как память.

Возле ресепшена рыжий Марсель ждал меня, ковыряя автомат с кофе. Я махнул рукой:- Сейчас вернусь.

Он ничего не сказал. Только кивнул - как будто чувствовал, что мне надо немного выйти из мира, чтобы хоть на пару минут побыть тишиной.

Я вышел на улицу.Холодный воздух коснулся лица, как будто напомнил, что я всё ещё жив.Я вдохнул. Медленно.И пошёл в сторону магазина за йогуртом.

Маленькие шаги.Большой вес на плечах.Но внутри...Где-то очень глубоко,что-то чуть-чуть сдвинулось.Как будто грядёт встреча, о которой ты пока не знаешь.Но уже идёшь ей навстречу.