Стекло в еде

Было жарко, душно и лениво. В популярной закусочной стоял типичный летний бардак: кто-то ел, кто-то кидался салфетками, кто-то уже сбежал на задний двор.

Вы, Клуб Неудачников, заняли привычный стол в углу. У всех перед собой — одинаковые пластиковые контейнеры с «чем-то» — макароны, мясо, немного салата. Ничего особенного, но лучше, чем пустой живот.

– Я вам говорю, если бы пришельцы решили завоевать землю, они начали бы с этой столовки. – Ричи жевал с выражением трагедии на лице. – Потому что ни один организм не выживет после вот этого.

– Ты же всё равно ешь, – заметила Беверли, закатывая глаза.

– Потому что у меня желудок из титана. Я уже и не человек, я мутант. Рожденный в столовой.

Ты рассмеялась и взяла вилку, поднося еду ко рту. Всё было нормально, пока не стало резко, неожиданно больно.

Острая боль прошила язык. Как будто кто-то ткнул тебя иглой. Ты инстинктивно отпрянула, схватилась за рот.

– Чёрт… – прошептала ты.

Все тут же уставились на тебя.

– Эй? Ты в порядке? – спросил Майк.

Ты осторожно открыла рот и… вынула маленькую стекляшку. Настоящую, острую. Она была в крови. Твоей крови.

Ричи:– Ох, твою ж… это стекло?! Ты серьёзно?!

Ты не ответила. Просто резко повернулась к нему, выдернула вилку из его руки, не дожидаясь разрешения, и начала копаться в его еде.

Он открыл рот:– Эй! Женщина! Я вообще-то…

Ты подняла палец:– Молчи.

Через секунду — нашла ещё одну стекляшку.Меньше. Почти незаметная.Показала Ричи. Он тут же побледнел.

Ты встала, подняла руку с этим осколком, и сказала максимально громко, с чуть хриплым голосом (кровь всё ещё шла):– Не ешьте это. В еде стекло.

Вся компания замерла.

– Что?.. – спросил Билл, уже с половиной вилки во рту. Он быстро выплюнул еду в салфетку.

– Это ж… – начал Эдди, глядя на тебя испуганно. – Тебе сильно больно? Я… у тебя кровь изо рта… это вообще… это опасно?! Тебе… тебе надо промыть! Я сейчас! Сейчас! Где вода?! Где бинты?! Кто-нибудь дайте мне йод, водку!

– Спокойно, – сквозь боль сказала ты. – Просто… не ешьте.

Беверли уже доставала салфетки.– Покажи. Дай. Давай, сюда. Сейчас остановим.

Майк подошёл к мусорке и выкинул весь свой поднос.– Думаете, это… просто случайность? Или…?

– Или кто-то решил подгадить, – тихо сказал Бен. – Причём конкретно. Стекло — не шутка.

Ричи смотрел на осколок в своей тарелке и тихо, без привычного театра, сказал:– Кто бы это ни сделал… это не ошибка. Это — кто-то целился.

Ты уже держала салфетку у рта.Губы были в крови, но ты говорила чётко:– Если бы я съела, а не почувствовала — всё могло быть хуже. Порезало бы внутри. Не просто язык.

Молчание.Тяжёлое.Знакомое.Такое, которое приходит только тогда, когда снова становится ясно:в городе есть не только монстр. Есть и люди. И они — порой хуже.

Ты сидела, прижав салфетку к губам. Рядом — Беверли, сдерживающая гнев. Майк — уже спрашивал у персонала, откуда еда. Ричи — рядом, как всегда, но без шуток. Просто рядом.Ты чувствовала боль, но ещё сильнее — злость.

И в этот момент вы все почувствовали:Да, вы Неудачники.Но если кто-то попытается навредить одному — все остальные встанут рядом.

Даже с кровью. Даже через боль.Всегда.